class="p1">– Спасибо за уточнение, – перебил я ее, пока она не раздула мою глупость до размеров вселенной. – Снимок был сделан 17 июля.
– Отлично, я смогу добраться до экстренной разблокировки.
Лея отвернулась и снова сосредоточилась на взломе. Через несколько секунд она ввела цифры 1, 7, 0, 7 и продолжила. Долгое время она хмурилась, но продолжала возиться с замком. Вдруг раздался щелчок.
– Готово, – объявила довольная Лея, отойдя от двери.
Я ответил натянутой улыбкой: теперь, когда мы у цели, я даже не уверен, что найду силы войти внутрь. Было проще простого сбежать от Эджа и добраться до гаража, но теперь я заволновался. Смешно, да?
– Так и будешь тут торчать? – спросила девочка, скрестив руки на груди. – Если да, то сразу скажу, что это глупо. Ты никогда не найдешь то, что ищешь, если не войдешь.
У меня вырвался смешок. Лея склонила голову набок, пытаясь понять мое поведение, – что ж, девочка, удачи тебе, я и сам себя не до конца понимаю. Заметив, что она уже места не находит от нетерпения, я повернул ручку. Холодный металл обжег ладонь, придав мне решимости. Ну же, Эван, вперед! Я толкнул дверь, и спертый воздух ударил прямо в нос. Этот гараж не открывали целую вечность? Такая вонь! Я осторожно прошел внутрь, но ничего не увидел. Вдруг впереди замерцал луч света.
– Ты не очень предусмотрительный, – заметила Лея, светя фонариком.
Еще одно очко в ее пользу.
– А у тебя случайно не найдется второго фонарика для меня?
За спрос ведь ничего не бывает, не так ли? Малышка скорчила гримасу, пошарила в кармане и достала второй фонарик.
– Конечно, найдется, я же все предвидела! Если один фонарик не работает, обязательно нужно захватить второй, чтобы его заменить.
Я взял фонарик у нее из рук, едва удержавшись от комментария, что если оба фонарика не включатся или сядут, то она останется ни с чем. В таком случае, следуя ее логике, придется таскать с собой целый ящик фонариков. Но сейчас я был рад, что оба фонарика работают.
– Ты знаешь, что мы ищем? – спросила она, встав перед горой какого-то хлама.
– Более-менее.
– Либо ты знаешь, либо не знаешь. В твоем ответе нет никакой логики. Не хочу тебя пугать, но, если мы начнем искать тут повсюду, боюсь…
– Лея! Хватит!
– Извини, я просто перечисляю факты.
– Знаю, но помощи от тебя мало. Отец прислал только адрес – и ничего более. Думаю, тут должно быть что-то важное. По крайней мере, мне так кажется.
– Тебе кажется, это, конечно, замечательно, но лучше бы ты был уверен!
– Да уж. Просто… я думал, артефакт сразу бросится в глаза, как только я окажусь на месте.
– К счастью, это не так, иначе бы тебе было очень больно!
– Что ж, это точно, – рассмеялся я.
Вынужден признать, от увиденной внутри горы мусора решительности поубавилось. Гараж был небольшой, но отец набил его под завязку. Вдоль стен выстроились высоченные башни из коробок, а на полу валялись разбросанные пыльные книги. Шкафы. Старые ящики. Папки повсюду.
– Порядок явно не был коньком Ришара, – проворчала Лея, поморщившись.
В ответ я лишь пожал плечами. Странно обсуждать отца с Леей: она даже не пыталась соболезновать или показать, что сочувствует мне. Разговаривать с ней о его смерти было проще и даже легче. Она подошла к какой-то книге и прочитала название. С чего начать? Зачем отец отправил нас сюда? Я передвинул четыре коробки в сторону и открыл одну из них. Заинтересовавшись, Лея приблизилась. Лучи фонариков забегали по содержимому: безделушки, книги, какая-то одежда. Ничего стоящего. Я открыл следующую коробку и посмотрел внутрь – то же самое, никакой разницы.
– Можно посмотреть? – спросил Лея, когда я открыл третью коробку.
– Смотри, – ответил я, перейдя к четвертой.
В последней лежали фотоальбомы. Сердце сжалось в груди, когда я открыл один из них на фотографии родителей. Как же я скучаю. Каждый день, проведенный без них, буквально убивает часть меня. Конечно, я люблю бабушку, но она не сможет их заменить. Никто не сможет. Никогда. Я навсегда приговорен жить с этой пустотой внутри.
– Все хорошо?
Я повернулся к своей сообщнице. Она внимательно разглядывала меня.
– Да. А что?
– Ты пялишься на этот альбом уже три минуты тридцать семь секунд и не двигаешься.
Я резко захлопнул альбом. Ноздри защекотало поднявшееся облако пыли. Отлично.
– Все нормально, не переживай. Нашла что-нибудь интересное?
– В этой коробке только старые тетрадки с оценками и детские книжки.
Сомнения росли с каждой секундой. Со злости я оттолкнул коробку и пнул шкаф. Раздался грохот – я едва успел отскочить. А Лея – нет. Коробка упала ей прямо на голову.
– Ай! Ты правда тупой!
Вышло нечаянно, но невольная улыбка поползла у меня по лицу. Может, я и тупой, но везучий. Коробка, стукнувшая Лею по голове, лежала у моих ног, а на ней – я не поверил своим глазам и посветил фонариком, чтобы убедиться, – символ золотого сечения.
– Ты это искал? – спросила Лея, подняв коробку с пола.
Девочка встряхнула ее и открыла, даже не спросив разрешения. Конечно, чувствуй себя как дома! Внутри лежали блокнот и деревянная шкатулка. Я взял в руки блокнот и пролистал. Сомнений нет, это папин почерк. На первый взгляд похоже на что-то вроде дневника его поисков и открытий. У меня не было времени досконально изучить написанное.
– Кажется, у нас проблемы, – голос Леи опустил меня на землю.
Она права: деревянная шкатулка заперта на странный замок, и даже с гениальностью Леи нам придется потрудиться, чтобы открыть ее. Замок был похож на своеобразный пазл, очевидно, что его кусочки надо было сложить в рисунок, но я не понимал, чем руководствоваться, какая логика у этой головоломки. Даже Лея нахмурилась и закусила губу, дав понять, что и ей придется попотеть над замком. Она пошарила в коробке и нашла там деревянную дощечку.
– Кажется, это сюда, – предположила она, вставив дощечку в паз на шкатулке.
Казалось, картинка сложилась полностью, но ничего не произошло. Девочка убрала дощечку и заметила, что элементы пазла можно двигать в разные стороны. Я вздохнул.
– Опять задачки!
28. 110000110000110000110000110010111000
– Если принять во внимание, что здесь девять дощечек, которые могут скользить в разные стороны, количество возможных комбинаций равно…
– Даже знать не хочу, давай не сейчас.
В этот раз Лея не настаивала, а просто пожала плечами, за что я был ей очень благодарен. Вот уже десять минут она гоняла дощечки на шкатулке туда-сюда, пробуя всевозможные комбинации. Успокаивала только
