решили под мою руку идти, столько лет ведь наместнику служили.
– Решили, что нам с отравителем и предателем не по пути, – ответил за сотника Борис Русланович. – Нам тоже письмо подкинули. Я своих собрал, кто согласен был, и мы все вместе к Брянску двинулись.
– И что, наместник вас так просто отпустил? – удивился я.
– А что ему делать было? – вопросом на вопрос ответил сотник. – Почитай, половина от его дружины уйти собиралась, сто одиннадцать человек нас, да еще тридцать пять из городской стражи. Родных мы, правда, из Орла вывезли, да по деревням, по родне отправили. Попытался бы нас удержать, то, что от дружины останется, потерял бы, потому что драка получилась бы нешуточная.
Я не знал, верить им или нет. Может быть, это все-таки засада, или наместник отправил полторы сотни в качестве засылов. Но звучало это все правдоподобно. Вопрос только в том, почему они вообще решили идти в нашу сторону. Потому что большинство из них за моего отца воевали?
– Ты ведь, Олег, Орел осадить собираешься, я правильно понимаю? – спросил тем временем сотник.
– Правильно, – кивнул я. – А за ним и Курск с Белгородом. А наместников, как отравителей, на костре сжечь. Как и лекаря орловского, который отцу моему мышьяк в еду подсыпал. Они это заслужили.
– Ты мне лучше вот что скажи, – проговорил сотник. – Про тебя говорят много, песни уже поют о том, что ты сын Орловского князя, и должен Пять Княжеств железной рукой объединить. Но чем ты доказать можешь, что ты действительно сын князя Кирилла? Я вижу, что лицом ты на него похож, причем сильно. Но как так вышло, что ты рос, а о тебе никто не знал?
– Если ты под началом отца моего воевал, то и Игната знать должен, так?
– Знаю его, да, – кивнул он. – Два года назад он сбежал из Орла, украв меч князя, его знамя и плащ. После этого его в розыск объявили, но так и не нашли. А что с ним случилось, он с тобой?
– Он был со мной, – ответил я. – Но в том самом бою, когда я боярина Сергея убил, Игнат пал от его руки. Двадцать лет назад была битва на Десне, во время которой князь с лошади упал и зашибся сильно. Ты там был?
– Помню такое, – согласился сотник. – Мы тогда его на телеге увезли до села какого-то. Там лекарка была, молодая совсем, но умелая уже. Она его на ноги быстро поставила, он после этого много подарков ей оставил, да мы дальше в путь двинулись.
– Не все подарки, которые он ей оставил, можно было пощупать и потрогать, – проговорил я. – Через девять месяцев после того, как князь в Васильевском селе погостил, я родился. Он об этом рассказал только Игнату, да и то перед самой смертью. Признать он меня не успел. Но если ты там был, то знать должен, как лекарка его обихаживала.
– А он ведь не врет, Вадим, – проговорил Борис Русланович. – Или действительно так оно и было, или верит в то, что говорит. Значит, ты действительно сын князя Кирилла?
– Сын, – ответил я. – А теперь я еще и князь Олег Орловский. Бояре меня приняли, наместник Денис меня признал. Так что, готовы вы под мою руку идти, если вам с предателем и отравителем не по пути?
– Готовы, – выдохнул сотник. – Для того сюда и ехали, для того от наместника Ивана и ушли. Примешь нашу клятву, князь Олег?
– Приму, – ответил я. – Но сперва расскажите, что там в Орле происходит. Крепость сильная, брать нам ее все равно придется. Наместник знает о том, что Брянск под мою руку перешел, после того, как я наместника Дмитрия убил?
– Знает, – кивнул Борис Русланович. – И после того как узнал, он гонцов разослал к боярам, и к заставам, где дружина стояла. Всех стал в город собирать, собирался тебе навстречу двинуться.
– А про то, что смоленский наместник на мою сторону перешел, он тоже знает? – задал я следующий вопрос.
– Как письма твои до нас дошли, так и он об этом узнал, – ответил сотник Вадим. – И сразу же выступать навстречу передумал, решил в городе запереться. Запасы все приказал с ферм, что снаружи, за городские стены перетаскать. А потом уже мы уходить решили. Сперва семьи тайком из города вывели, но на это внимание мало кто обратил, после того, как узнали, что город осаждать будут, многие решили бежать, да где-нибудь по деревням отсидеться.
– Сколько народа было у наместника, когда вы уходили? – спросил я. – Сколько войска, сколько городской стражи? Из тех, что смогут на стенах биться.
– Меньше двух сотен осталось, – ответил Вадим. – Ну и горожане, конечно, из тех, что будут воду таскать, да смолу. Но и их не так уж и много. Побежал народ из Орла. Твои письма ведь и к городской старшине попали, и к купцам, и даже к боярам. Вот люди и стали уходить, уверены, что если они тебе мешать не будут с наместниками разбираться, то ты их не тронешь.
– Так и есть, не трону, – кивнул я. – А бояре тоже уходят? Не хотят на сторону наместников вставать?
– Есть и такие, – ответил Борис Русланович. – У них у всех же, почитай, имения есть, усадьбы, где отсидеться можно. Вот они и решили, что лучше дождаться, пока кто-то из вас побеждать начнет.
В голосе бывшего орловского начальника стражи прозвучала зависть. Ну да, я помнил его слабое место: он худородный, но выбиться из низов смог, и на боярское место метит. Кстати говоря, этим можно будет его к себе и привязать, пообещать ему боярство и имение от тех из бояр, что сторону наместников возьмут. Но лучше эту мысль приберечь на будущее, когда разберёмся окончательно, действительно ли они решили перейти на мою сторону, или их Иван послал, чтобы мне в спину ударить.
–Так ведь если наместник победит, то он им этого так не оставит, – проговорил я. – Он ведь запомнит, тех кто на его сторону не встал, а потом и жизни им не даст.
– После того, как ты наместника Дмитрия убил, а дружина его на твою сторону встали, многие уверены, что победишь ты, – ответил Вадим.
– К тому же бояре, они ведь все древних родов, и уверены, что ничего им наместник не сделает, – продолжил Борис Русланович. – Да и хватит ли у наместника сил. Вы ведь в любом случае друг друга обескровите, а бояре смогут между собой договориться, объединиться. Как бы так не вышло, что они главной силой
