я чуть не врезалась ему в грудь. Но придержал, взяв за плечи и отстранив.
– Добро пожаловать домой, – торжественным шепотом произнес он, тут же отпуская. – До встречи, Анна.
– До встречи, – ответила я растерянно.
Я не заметила, как оказалась в своей спальне. Моей настоящей спальне. С небольшим столом, конспектами, лежащими аккуратно стопкой, дипломом, выставленным на полку. И как только он попал на Землю?
Кровать, шкаф, окно, задернутое плотной шторой.
Я стояла, боясь пошевелиться. Вдруг все это ненастоящее и растает от одного неловкого движения? Втянула воздух. Запах дома.
Я несмело двинулась. Взяла в руку книгу, провела большим пальцем по страницам, находя закладку именно на том месте, где я бросила ее читать. Сотая, номер страницы отпечатался в памяти.
– Не обманул, – произнесла я тихо, но хотелось кричать. Я дома! Мам, я вернулась! – Я дома, – присела на кровать, смяла в объятиях подушку и заулыбалась, как дурная.
Я как очнулась после продолжительного кошмара, из которого не могла вырваться. Распахнула глаза, внутри все еще тянет страх, но я счастлива, что всё закончилось.
Напоминанием обо всём, что случилось со мной, служила одежда. Я, не раздумывая, принялась расстегивать пуговки блузы, наплевав на подозрения, что принц Преисподней не оставил меня одну. Я не чувствовала его присутствия или присутствия его слуг, были лишь догадки. Убрав комплект одежды, подаренной Сеаром, надела привычные домашние штаны и футболку. Боже мой, да хотелось плакать от такой мелочи!
Я вышла из комнаты, заглянула к маме. Она спала. А меня раздирало чувство любви. Утром обязательно ее обниму и скажу, как сильно скучала, пусть она не поймёт порыва, посмеется или нахмурится. Я всему буду рада. По коридорчику я дошла до кухни.
– М-м-м, – простонала, чувствуя аромат жареной картошки.
Живот отозвался урчанием. Не раздумывая, взяла вилку и с аппетитом уплетала обжаренные ломтики прямо из сковороды.
– Ты что тут делаешь? – мама застала меня у плиты, щелкнув выключателем на стене и ослепляя.
– Приве-е-ет. Ем. Хочешь?
Мама отрицательно покачала головой.
– Нет, мы же плотно поужинали.
– Да что-то проснулась от жуткого голода, – оправдалась я. – А огурчиков нет соленых?
– Ань, какие соленые огурчики? Лето за окном.
– А малосольных?
– Не готовила.
Я улыбалась и ела, достав кусочек хлеба и собирая масло со дна сковороды.
– Анна, ты беременна? – ужаснулась мама. С ее лица слетела сонливость, глаза округлилась.
– Нет, что за мысли?
– Но, – она выразительно посмотрела на меня, – ты ложилась спать в другой пижаме. Тебе было плохо, да? Сменила одежду, а теперь хочется есть… – она или спрашивала у меня, или рассуждала.
– Мам, – возмутилась я. Не так я себе представляла свое возвращение.
– Да ты и странная какая-то последние дни.
– Насколько странная? – уточнила я, откладывая вилку и гадая о поведении иллюзии в мое отсутствие.
– Настолько, чтобы спрашивать меня об этом.
– Мам, я не беременна! – заверила я. – Просто проголодалась. Ты так вкусно приготовила.
– Вообще-то это ты жарила.
Че-е-ерт!
“Молчание – золото”, – раздался голос Сеара.
– Что? – спросила я, окинув взглядом кухоньку. И в ней точно не было принца Преисподней.
– Ты готовила ужин, Ань, – мама отодвинула меня плечом от плиты, накрыла сковородку крышкой и положила грязную вилку в раковину.
– Да, я готовила, – подтвердила я, выглядывая в коридор.
– Ты не хочешь мне ничего рассказать? – настаивала мама.
– Нет, мамуль.
“Как нехорошо лгать матери. Ты точно ее любишь? Так спешила к ней. Переживала о ее судьбе. Скучала”, – я продолжала упорно слышать голос демона.
– Сейчас медицина шагнула далеко вперед. Надеюсь, ты не затянула со сроком?
– Мама! – крикнула я. – Я не беременна! Я лучше пойду спать, – я вернулась в свою комнату, закрыла дверь, прижалась к ней спиной и тихо позвала: – Сеар?
“Мы только расстались, Анна, зачем ты меня беспокоишь?” – прозвучало насмешливо у меня в голове.
– Я беспокою?! – возмутилась я, чувствуя нестерпимое желание взглянуть в бесстыжие глаза демона. – Я так и знала, что в договоре будут пункты, которые дадут тебе преимущество.
“Ну-ка, скажи какие? Хотя бы один, к примеру”.
Он что издевается?! Я сжала руки в кулаки.
– Вот этот! Почему я слышу тебя? Это ненормально, – добавила я тихо, замечая тень. Кажется, мама стояла за дверью.
“Так это воздействие метки. Разве я не предупредил тебя о ней, Анна? Я же говорил, что восстановлю метку, – я молчала. – Анна?” – повторил он настойчиво.
– Предупредил, – процедила я сквозь зубы.
“Тогда я не понимаю, за что ты зла на меня?”
Я закрыла глаза, перевела дыхание и поинтересовалась:
– Какие еще функции у этой метки?
“Функции, – хмыкнул демон. – Я рассказывал”.
– Я могла не запомнить всего.
“Так я расскажу при встрече”.
Определенно издевается.
– А до этого момента ты будешь все время присутствовать в моей голове?
“Получается, так”.
– А если я не хочу?
Это же самый настоящий кошмар! Сеар будет слышать все, со мной что происходит.
“Так и ты можешь обращаться ко мне. В любое время”, – уточнил он.
– А если я не хочу?! – повторила я истерично. – Так нечестно! Демоны понимают значение слова честность?! – не знаю, подслушивала мама сейчас или нет. Мне было все равно.
“В чем несправедливость, Анна? Ты можешь слышать меня. Я могу слышать тебя”.
– Ни в чем, – капризно ответила я, сдергивая с кровати плед и плюхаясь на нее. – Я буду спать. Спокойной ночи.
“Спокойной ночи”.
Следующие полчаса я лежала, прислушиваясь. В голове была блаженная тишина. Относительная тишина. Принц преисподней больше не насмехался, но… собственные мысли сводили с ума.
Он сильнее.
Он старше.
У него больше опыта и ресурсов. Многих ресурсов. И сомневаюсь, что я знала обо всех возможностях Высшего демона.
А что есть у меня? Я перевернулась на спину и уставилась в потолок. Ничего. Ничего, что могло бы соперничать со сверхъестественными силами. Я человек. Если только при встрече ударить Сеара новёхоньким дипломом.
Буду надеяться, что я надоем ему. Наскучу.
– Идиотка, – буркнула я, дернув от раздражения ногами и обняв тонкое одеяло.
Я быстрее отдам богу душу, чем бессмертный демон устанет от меня. И не в переносном смысле, а в прямом. Умру от старости, если доживу до преклонных лет…
Приятные чувства от возвращения домой истлевали. А с пробуждением после беспокойного сна исчезли. Мама не оставила тему моей беременности, и вместо бодрящего кофе я получила бодрящую фразу:
– Я договорилась. В час идем к моему гинекологу.
– Мама!..
– Я хочу убедиться, что…
– Что я тебе не вру?
– Нет, что меня не ожидает неприятный сюрприз.
– Тебя он не ожидает, – ответила я, разворачиваясь и покидая кухню.
– В любом случае будет
