совсем!
— Мариит! Там же были другие женщины! Что с ними?!
— Тихо, тихо! — ее попытку выпутаться из одеяла и нагишом бросится на спасение томящихся в подвале пленниц, пресекли жестоко и очень приятно. Крепкими объятьями и нежным шлепком по голой попе.
— Их тоже нашли. И вовремя. Еще день два, и партия для отправки Чардаш была бы готова. Приказом Императора всех разместили во дворце, для лечения и допросов.
Ох, что за облегчение! Иллин рассеянно оглядела просторную комнату, щедро предоставленную Императором, и зябко поежилась, вспомнив сырые, вонючие клетки
— Это хорошо, — пробормотала она, — хорошо, что вовремя. Я так боялась что… Что все закончится там…
— Не закончилось бы. Ты звала меня, девочка. Не один волк не бросит свою самку в беде. Как бы при этом не хотелось надрать за обман и непослушание ее маленькую попку.
Очередной шлепок был куда ощутимее. Эйнар все еще злился и она поспешила увести разговор в более безопасное русло.
— Звала тебя?
— Думала обо мне, нуждалась во мне, просила моей помощи. Не словами. Между парами всегда есть связь и взаимная тяга. И метка — это не только знак принадлежности, но и привязка к своему партнеру.
Иллин погладила плечо. Опухлость пропала, как, впрочем, и остальные раны и синяки, теперь под пальцами была только гладкая кожа.
— Она болела. Я почувствовала ее сразу после первой встречи с магом.
Расслабленное до этого лицо мужчины потемнело, из-под губы полезли клыки.
— Магичкой, — рыкнул он, — Император давно искал того, кто торгует живым товаром с рабовладельцами Чардаш. Но все без толку! Я почуял твой зов, когда искал тебя вместе с отрядом по всему городу. Счастье, что ты была близко, и нашей неокрепшей связи хватило, чтобы я сумел найти тебя! Мои воины перехватили зачинщика на выходе из подземных лабиринтов дворца. Но за маской скрывался не мужчина, а женщина! Одна из верховных магичек элитного императорского караула.
Мужчина все рычал про то, как выбивали правду из этой "вшивой шакальей суки", а она потрясенно слушала взбешенного оборотня и не могла поверить, что весь этот ужас затеяла женщина!
Эйнар замолк на полуслове. Резким движением опрокинул ее на спину и навис сверху, внимательно и тревожно всматриваясь в лицо.
— Тебе необходим целитель. Подожди немного.
Соскочив с кровати, мужчина решительно направился к двери. Десяток минут назад Иллин смотрела на обнаженную, мускулистую спину взглядом полным отчаянья, сейчас же ее глаза метали самые настоящие молнии. Он что, в одних штанах по дворцу щеголять собрался?! Перед всеми этими дамами? Которые придворные. Ах он коврик драный! Ее эмоции не остались незамеченными, Мужчина послал ей кривую ухмылку, приоткрыл дверь и… громко крикнул:
— Целителя!
Дверь захлопнулась, и оборотень преспокойно направился к расставленной в углу резной ширме. Только сейчас она заметила, что через ее край была переброшена мужская рубаха, а внизу небрежно развалились знакомые сапоги с темной опушкой.
— Мою маленькую, упрямую девочку что-то беспокоит? — промурлыкал несносный оборотень, неторопливо расправляя ткань. Солнечные лучи, что беспрепятственно проникали сквозь витражные окна и тончайшую тюль, освещали его могучую фигуру от макушки до кончиков стройных, мускулистых ног. Иллин закусила губу, удерживая восхищенный стон. Еще хоть одно движение широких плеч или поворот скульптурного корпуса и перед лекарем предстанет мычащая и пускающая слюни восторга идиотка. Иллин энергично затрясла головой, пытаясь вернуть ускользающий здравый смысл.
— Беспокоит. В основном наличие раскрепощенных и, как оказалось, щедрых женщин аристократического сословия. Может похвастаешь, что ныне соизволят дарить придворные дамы?
Выразительно хмыкнув, оборотень, хвала Богам, все же натянул рубаху.
— Чаще всего подвязки.
Иллин была уверена, что на ее лице не дрогнул ни один мускул, но почему-то глядя на нее мужчина громко расхохотался. Подошел и, усевшись на краешек кровати, сгреб ее вместе с безразмерным покрывалом себе на колени.
— Маленькая, ревнивая девочка кое-что пронюхала? Интересно… Твоя настырная сокамерница подсказала?
Кто ревнивая? Она? Вот уж не правда! Но использовать эти подвязки в качестве удавок для их обладательниц хотелось подозрительно сильно.
— Мариит не настырная, — буркнула Иллин, избегая смеющегося взгляда, — она пишет научную работу. И от нее я узнала об айсвиндцах больше, чем за все это время от тебя!
Оборотень опять фыркнул.
— Кто-то был слишком сердит, чтобы слушать об истории и обычаях моего народа. Я лишь давал тебе время свыкнуться с мыслю о нашей связи.
— Точно, время. При этом не выпуская меня из-под себя.
— Для оборотней нет никого желанней собственной пары, маленькая моя, — и ей достался порочный, раздевающий взгляд.
— Скажи это девочкам мадам Клариссы!
Вот. Все таки сорвалось с языка. И пусть Эйнар еще не спал с ней, но осадочек, что называется, остался и исчезать не планировал. Ее осуждающие слова возымели ошеломительный эффект. Мужчина смутился! Видеть его таким было настолько странно, что Иллин мигом позабыла о своих претензиях.
Вздохнув, оборотень выудил из складок ткани ее руку и приложил к своей. Иллин с интересом посмотрела их прижатые друг к другу ладони. Разница в пальцах более чем на две фаланги. Внушительно.
— Такая маленькая…, — хриплый голос прозвучал неожиданно трепетно, — когда я увидел тебя там, на озере, то вместе с радостью в моем сердце проснулся страх. Я испугался порвать тебя. Не справится со своим зверем, что обезумел не только от желания взять свою пару, но и от осознания того, что избранная самка еще не тронута. Все, что я мог, это поставить метку. И сбежать, наступая на горло желанию завершить нашу привязку на голых камнях. Да, я нашел доступных женщин. И брал их, что бы хоть немного измотать себя. Чтобы наша первая ночь не превратилась для тебя в кошмар…
Деликатный стук в дверь прервал его речь. Эйнар нахмурился, но приглушенное "целитель для госпожи" вынудило мужчину устроить ее обратно на постель и пойти открывать лекарю.
Иллин же старалась согнать с лица глупую улыбку. Пусть ее не радовал выбранный способ сброса напряжения, но придумать нечто другое было вряд ли возможно. Объяснение Эйнара вполне успокоило ее маленькое недовольство и на сердце стало совершенно легко.
Под бдительным присмотром оборотня лекарь, полноватый старичок в светло серой хламиде, провел довольно тщательное обследование. Пока она рассматривала золотую вязь по краям его одежды, знак принадлежности к верхушке целительской элиты, господин Мартис с умным видом водил над ней ладонями, что изредка вспыхивали молочно-золотым светом.
— Ну что ж, — подытожил, наконец, он, — конечно после трехдневной лихорадки Ваш организм еще ослаблен, но хорошее питание и здоровый сон это исправят. Ни магии, ни лекарств Вам больше не понадобится. Единственное, что я оставляю — легкое снотворное зелье.
