ее голод. Иначе рехнется от этого сводящего с ума запаха. И мысли, с каким удовольствием Маленькая брала его ртом. Первый раз. Сама. Без просьб и лишь по собственному желанию.
Стремительный рывок и девушка оказалась в постели. Одежда исчезла, оставляя на белых простынях два обнаженных тела. Получив недовольный толчок в плечи, Эйнар притормозил, чем плутовка и воспользовалась. Перевернувшись на животик, девочка приподняла бедра, раскрываясь и принимая его любимую позицию.
Мир вокруг вспыхнул и исчез. Все, что осталось перед глазами — призывно виляющая попка и налитые, блестящие от смазки складочки, жаждущие скорее принять его член.
Резкий толчок и он внутри. Почти весь. Она слишком узенькая, чтобы впустить его за один раз. Еще один толчок и, уткнувшись в подушку, Маленькая застонала. Захватив пятерней растрепанные пряди он потянул вверх. Осторожно, но уверенно заставляя запрокинуть личико. Вот так. Пусть кричит, стонет его имя, умоляет двигаться сильней. И плевать, кто их может услышать. Ей хорошо, ему хорошо, а остальное не имеет значения.
Опустив голову, Эйнар любовался видом ее лона, охотно принимающего твердую плоть в себя. Вязкие капли ароматной смазки пачкали растянутые складочки, позволяя проникать невозможно глубоко. Протяжно застонав Маленькая резко выгнулась, с пошлым шлепком соединяя их бедра.
— Эйнар!
Мышцы вокруг него напряглись и часто-часто запульсировали. Его страстная девочка кончила быстро и сильно.
Из горла вырвался глухой рык. Перехватив двумя руками ее под бедра, он двигался резко, отрывисто, мощными толчками приближая свое удовольствие. Мышцы живота свело сладкой судорогой и волна невыносимого блаженства всколыхнула перед глазами сотни огненных искр.
Почувствовав в себе горячий поток, Маленькая довольно замычала и сама прижалась крепче, вбирая все до капли. Полностью излившись в трепещущее лоно Эйнар рухнул на кровать и сгреб свою пару в охапку.
Сытая улыбка растянула губы. Вот тебе и поцелуй на ночь. Пожалуй, после такого стражники у дверей если не передохли от зависти, то непременно сбежали в поисках любой доступной женщины. Чтобы не лопнуть от напряжения. Маленькая тем временем слегка повозилась и затихла. Стройная ножка была заброшена на его бедро, а ручка обнимала торс.
— М-м-м, какой… добротный поцелуй, — промурлыкала она.
— Моих сил хватит, чтобы целовать тебя всю ночь, — хохотнул Эйнар, тихо дурея от состояния абсолютного блаженства, — но тебе действительно стоит поспать.
Маленькая зевнула, но уверенно произнесла:
— Я не против поцеловаться разок другой. Ты ужасно здорово это делаешь.
Эйнар хмыкнул. Склонился и несколько раз чмокнул лохматую макушку.
— Халтурщик, — сонно пробормотала Маленькая и неожиданно добавила, — Эйнар, а почему… почему я? И Мадлен… Вы ведь любую забрать можете. Хоть принцессу…
Знает про Ларса и Мадлен. Не иначе как пронырливая, книжная мышка настрекотала его самочке все, что успела узнать.
— Твой запах, Маленькая. Оборотни находят свою половину именно так. Это случается редко, но один раз учуяв избранную, волк не сможет жить спокойно. Он всегда будет желать соединится с ней. И как только между ними произойдет близость и шею женщины украсит парная метка, привязка вступит в полную силу. Зверь больше не захочет ни одной женщины. Неважно принцесса это или королева.
— Ужасно, — засыпая, прошептала Иллин, — у вас совсем нет выбора. А вдруг твоей парой… оказалась какая-нибудь… хм-м-м…
Его девочка была бесконечно права. Благословение Матери Волчицы порой оборачивалось проклятием. Тем сильнее было его ликование, когда Эйнар увидел, что избранная самка не только чиста, но и хороша собой. А наблюдая за девушкой в таверне, он кроме жгучей ревности испытывал тихую радость от того, что пара не обделена умом и расторопностью. Но самое важное, как оказалось, заключалось в другом. Маленькая могла заставить его улыбнутся.
— Мне повезло — тихо произнес Эйнар, еще раз целуя мягкие волосы на макушке. Иллин не ответила. Она уже спала.
Глава 23
Дни во дворце тянулись одной длинной и местами скучной вереницей. Эйнар успешно примерял на себя роль строгой няньки и неустанно следил за тем как проходит ее день. По большей части Иллин ела, спала или занималась чем то необременительным, вроде чтения или кратких прогулок в сопровождении служанок. Кроме того ее досуг был разбавлен встречами с Мариит. Впервые увидев девушку без дурацких тряпок на голове Иллин не сразу ее узнала. И только розовые следы подживающих ожогов и небесно-голубые глаза, нет глазищи, подсказали ей, что эта улыбчивая, миловидная шатенка и есть ее бывшая сокамерница. Иллин очень обрадовалась их встрече. И даже не обратила внимания, что Эйнар сбежал из комнаты, стоило ладной фигурке в сером балахоне появится на пороге. Как оказалось — зря.
Мариит пришла в неописуемый восторг, узнав, что ее Эйнар это тот самый Эйнар. Через пол часа беседы Иллин готова была бежать следом за оборотнем с криками о помощи. У милой Мариит в роду совершенно точно водились рыбы-прилипалы. Удовлетворить ее любопытство было все равно что наполнить водой кувшин без донышка. Девушка постоянно уводила разговор в сторону интересующей ее темы. Апогеем стал вопрос о постельных предпочтениях айсвиндцев, заданный самым невинным тоном и с наивно распахнутыми голубыми омутами.
Алеющая Иллин не знала, сердится ей или в который раз проигнорировать пытливый и уже порядком обиженный взгляд. Но все попытки объяснить, что на некоторые вопросы она, во избежание неприятностей, ответить не может, разбивались о стальное "это нужно для науки" Нет, ну кое-что "для науки" рассказать она смогла. Но въедливой Мариит было все мало. Спустя нескольких таких изматывающих встреч Иллин в голову пришла потрясающая идея.
Однажды вечером, после сытного ужина и взаимных нежностей, она забралась на грудь довольного Эйнара и озвучила свое предложение.
— А давай возьмем Мариит с собой.
Все знают, что брови физически не могут очутится на затылке, но у Эйнара это почти получилось. Оборотень был так шокирован, что не сразу нашелся с ответом.
— С ума сошла? Ее?! Эту…
— Книжную мышь. Настырную и болтливую. Я помню. Но Мариит очень умная! И добрая! А еще целеустремленная. И потом, она же вас изведет! Да-да, не фыркай! Отстанет только если ее в клетку обратно посадить. Мариит и запреты Императора не указ — спит и видит свою научную работу. Так пусть ваши шаманки возьмут ее к себе. Расскажут про легенды и обычаи. А она поможет… Ну не знаю, рассортировать их, что ли? Или книгу какую придумает. Она же прирожденный библиотекарь и сказитель! Я думаю, этого занятия ей на пару лет хватит, о вас и узнают уже все… И потом, работы Мариит помогут людям быстрее привыкнуть и принять мысль, что
