раз топя его лезвие глубже, чем казалось возможным.
Гаргот Скалистый — мужчина, чьё тело вспыхивало алой руной, с каждым движением превращая его из воина в нечто большее, звериное и неуязвимое.
Онине просто сражались. Они уничтожали. Глава наблюдал, пока его люди открывали бойню, но затем пришла его очередь. Аннександер, спокойно сделал шаг вперёд, поднял клинок, и воздух вокругсодрогнулся.
Магия рванулась вперёд, разрывая пространство, и в ту же секунду первая линия монстров остановилась. Не потому, что их сковало. Потому что они вдруг осознали, что противник перед ними — не просто враг.
Он — конец всему, что они знали. Аннександер сделал один взмах мечом и половина чудовищ испарилась в ослепительной вспышке.
— Отступают! — произнесла Лира через несколько часов боя, не поверив своим глазам. Твари, ещё минуту назад не знавшие страха, пятились, натыкаясь на сородичей.
Артур опустил меч, чувствуя, как дрожь усталости пробирается в мышцы.
— Не отступают… — пробормотал он, следя, как чудовища перестраиваются вдали. — Перегруппировываются.
Василий усмехнулся, сбрасывая пустые обоймы:
— Значит, дадим им новый урок.
Над крепостью сгущались тучи. Битва была далека от завершения.
Глава 15
Веррагор тут же покинул нас, сославшись на важные дела племени, а мы с Марком зашагали в сторону его хижины. По дороге мы не проронили ни слова, но когда мы оказались возле жилища старого грубияна, то я на мгновение замер. Дом явно не соответствовал темпераменту моего учителя. Было видно женскую руку…
— Пожалуйста, подожди здесь… — стушевался Мидлер. — Я зайду и предупрежу, что у нас гости.
Я пожал плечами и встал у миловидного забора, наблюдая за домиком. Небольшой, но уютный, с резными ставнями и дымком, вьющимся из трубы. Спустя несколько минут из двери вышел сам Марк с тарелкой дымящегося мяса в руках. Рядом с ним — женщина с каштановыми волосами, заплетёнными в косу, и глазами, как два озера в лунную ночь.
— Ну наконец-то! — Марк махнул мне рукой, широко улыбаясь. — А я думал, ты вечность будешь пялиться на мой забор. Мила, знакомься — это тот самый нерадивый ученик, о котором я трещал без остановки.
Мила улыбнулась, слегка покраснев, и протянула мне руку. Её ладонь была тёплой и мягкой, а в глазах читалось любопытство.
— Слухи о ваших подвигах разлетаются в этом месте быстрее всего. Марк каждую ночь бормочет во сне: «Не лезь туда, там ловушка! Зорин опять победил!»
— Он что, и во сне командует? — я фыркнул, открывая калитку и заходя во двор.
— Ага, — Марк хмыкнул, ставя тарелку на уличный столик. — Профессиональная деформация… Чего уж тут.
Учитель щелкнул пальцами и за столом под яблоней задымился гриль. Нежданно-негаданно прилетел Ребелл и молча улегся в тени. Он методично слизывал соус с ребрышка, которое, видимо, затрофеил у людей Веррагора. Его хвост лениво подёргивался, а глаза были полуприкрыты — явно наслаждался моментом.
— Опять у кого-то хавку спер⁈ — Марк швырнул в него куском мяса, но лев ловко поймал его на лету, не открывая глаз.
— А что? Прикажешь мне людей жрать? — проворчал Ребелл, разгрызая хрящи. — Ты тут мясо жаришь, а я — дегустирую. Это искусство.
— Лодырь хренов… — проворчал в сторону льва Мидлер и поставил передо мной стул. — Присаживайся, старина. В ногах правды нет.
— Я лодырь⁈ Да если бы не я! Весь наш мир рухнул бы! — загремел Ребелл и перевел взгляд на меня. — Я недавно опять спас его задницу.
Я откинулся на спинку стула, внимательно наблюдая за перебранкой друзей. Марк махнул рукой и стал суетиться, подкладывая Миле лучшие куски, а его глаза светились так, будто он нашёл клад в развалинах старого мира. Мила смеялась, шутливо отмахиваясь от его заботливости, но в её взгляде читалась нежность.
— Ну что, Монарх, как тебе моя скромная обитель? — Марк разлил по кружкам что-то крепкое и дымное, явно местного производства, причем, своего…
— Уютно, — я кивнул, оглядываясь. — Только вот Ребелл портит атмосферу.
— Эй! — лев поднял голову, облизывая морду. — Я тут украшение интерьера. Без меня было бы скучно.
— Скучно? — Марк фыркнул. — Ты только и делаешь, что ешь и спишь.
— Это называется «наслаждаться жизнью», — Ребелл улёгся на бок, явно не собираясь вставать.
Я улыбнулся, но что-то в поведении Марка заставило меня задуматься. Он был слишком… счастлив. Не то чтобы это было плохо, но для человека, который всю жизнь провёл в боях, это выглядело странно. Я активировал Око, и картина изменилась: вокруг Милы пульсировала едва заметная аура — двойная.
— Марк… — я положил нож на стол, пристально глядя на него. — Ты в курсе, что Мила беременна?
Марк замер с вилкой в воздухе. Мила потупила взгляд, а Ребелл подавился костью.
— Ч-что⁈ — Марк уставился на жену, его глаза стали размером с блюдца. — Это правда⁈
— Да… — Мила улыбнулась сквозь слёзы радости, положив руку на живот. — Хотела сказать после ужина…
Марк вскочил, обнял её, потом схватил меня за плечи:
— Ты теперь точно не уйдёшь без охраны! Я буду рядом, пока…
— Успокойся, — я прервал его, вставая. — Твоё место здесь. Приготовься к свадьбе, а не к бою.
Ребелл фыркнул:
— Свадьба? Теперь мне придётся терпеть его слюнявые речи?
— Заткнись и жуй, — Марк швырнул ему ещё одно ребро, но в уголках губ дрожала улыбка. — Но я не смогу теперь спать спокойно, зная, что от тебя зависят наши жизни. А если с тобой что-то случится⁈ Я должен быть рядом с тобой!
— Ты знаешь мои силы. — возразил я другу. — Никто не сможет меня прикончить. Я так просто не дамся. А случись что, я тебя призову в реальность.
— Если так… То ладно. — сдался Мидлер и чмокнул в щечку свою будущую жену.
Мила рассмеялась, а я почувствовал, как в груди что-то сжалось. Марк был счастлив. По-настоящему. И это было хорошо. Но где-то в глубине души я понимал, что его место теперь здесь, а не на поле боя.
— Ну что, — я поднял кружку. — За будущего наследника?
— За наследника! — Марк звонко чокнулся со мной, а Ребелл, не вставая, поднял лапу с костью.
— За наследника, — проворчал он. — Только чтобы он не был таким ворчуном, как его отец.
Мы смеялись, ели, пили, и на какое-то время я забыл о войне, о Первых, о том, что ждало меня впереди. Но где-то в глубине души я знал, что это затишье — лишь передышка.
Покидая Домен, я еще раз встретился с Изначальным. Он вел себя спокойно, но чувствовал себя не в своей тарелке. Я приободрил его, намекнув, что скоро начнем веселье и покинул Домен.
