Иногда между собой сражались отдельные Школы, для которых были интересны те или иные локации. Бывало и такое, что в руинах сталкивались отряды отдельных правителей, тоже интересовавшихся артефактами Древних времён. Либо желающих использовать Древние города в качестве полигонов или лабораторий. Но во всех этих случаях речь шла об обычных войнах. Иногда сопровождаемых использованием боевых зверей либо конструктов. Тем не менее никто из нынешнего состава армии, включая самого принца Сагата и Мастера Школы Старого Рассвета, не слышал о настолько гигантских боевых конструктах.
Что до лагеря адептов Школы, который оказался уничтожен драконом, функционал у них был самый обычный. Они занимались разработкой новой версии конструкта, который должен был стать чуть более продвинутым. Плюс экспериментировали с иными формами. Своего рода небольшой научный проект, который предполагалось снабжать ресурсами за счёт захваченных городов.
Школа Старого Рассвета изначально специализировалась на старом вооружении. Создание разнообразного нового оружия и конструктов, из металла Древних — их профиль. Так что, говоря с их великим мастером, я по сути вёл беседу с человеком, что должен был отлично разбираться в подобных вещах. Тем не менее даже он не смог вспомнить ничего, напоминающего гигантского механического дракона.
Зато теперь точно было ясно, что тот располагал громадной силой. Потому как про уровень укрепления своего лагеря Великий мастер Школы Старого Рассвета тоже рассказывал вполне детально. Система артефактов, которую они применяли, была сильной. Настолько, что отправь Сагат в битву треть своей армии, тем пришлось бы постараться, чтобы сломать их оборону. Руины древних городов были опасным местом, где водились самые разнообразные монстры. Поэтому на защиту в их пределах Школа не скупилась. В противном случае ни один из проектов не имел бы никакого смысла.
Ещё у адептов, которые находились в Иже, имелось древнее оружие. Восстановленные образцы, что раньше использовались жителями тех самых Древних городов. По словам Великого мастера — весьма эффективные. Пусть и в малом количестве. Задействовали они их против дракона или нет — оставалось загадкой. Но если да, выходит, конструкт оказался весьма устойчивым к повреждениям. Что лишь усиливало его опасность.
Правда, пока я не мог даже предположить, под чьей властью этот самый конструкт находился и чьи интересы защищал, уничтожая людей в руинах Ижа. Тогда как, на мой взгляд, это было самым важным. Вполне могло оказаться так, что там столкнулись интересы более высокого порядка. И раз так, то это могли быть люди, абсолютно не интересующиеся вещами вроде битвы за наследство, войны за наследство Владыки Ильшата.
Если сам я эту ночь отдыхал, то вот группа из двадцати «помощников» вовсю трудилась, изготовив четыре с половиной тысячи новых талисманов контроля. На мой взгляд — вполне достаточно, чтобы взять под управление даже крупную армию. Предположительно, на месте встречи нас должно было ждать от восьми до девяти тысяч солдат. Хотя скорее всего окажется несколько меньше — часть отрядов банально не успеет добраться. Что значит — талисманов контроля хватит даже не на половину, а процентов на семьдесят от общего числа Владеющих.
С какой стороны ни посмотри, ситуация казалась проигрышной для противника. С нами был их принц, так что никаких проблем с подчинением возникнуть было не должно. Как я предполагал, Сагат попросту въедет через главные ворота, а потом мы соберём всех военачальников высшего звена перед его глазами. И я благополучно задействую талисманы контроля.
План казался почти идеальным. И надёжным. Ровно до того самого момента, как перед глазами оказался полевой лагерь, разбитый в точке сбора.
Глава XVII
Поворот с лагерем был настолько неожиданным, что в первый момент я даже не поверил своим глазам. Но нет — они не лгали. Над полевыми укреплениями развевались штандарты Школы Старого Рассвета. Вместе с ними были вывешены и иные знамёна, но насколько я понимал, они принадлежали военачальникам Сагата. Поскольку личного герба принца ни на одном из них не имелось.
При этом атаковать нас не спешили. Все войска оставались в пределах укреплений, а снаружи, были лишь дозоры.
Ситуация прояснилась спустя совсем недолгое время — после того как к нам примчалось очередное «посольство». Которых за последние несколько дней было уж слишком много.
В данном конкретном случае отправленный посланник встретился с самим Сагатом и заявил, что принц «ненастоящий».
Как выяснилось, у одного из военачальников, который являлся правой рукой Сагата, имелся специальный артефакт. Ментально связанный с разумом сына Владыки Ильшата и позволяющий отслеживать его состояние. Не в деталях, естественно — такого бы Сагат точно не стерпел. Но если говорить о вмешательстве в сознание, то артефакт вполне мог это продемонстрировать. Так что процедуру использования талисмана контроля он определил более чем чётко. Не оставив военачальнику никакого выбора. А если быть точным — открыв перед ним громадное окно возможностей. Потому как сам принц утверждал, что отданный приказ был достаточно чётким: взять на себя командование оставшимися войсками и сделать всё, чтобы вернуть Сагату свободу.
Формально именно этого посольство и требовало. Предоставить им принца, чтобы они провели особую процедуру, которая, по словам прибывших Владеющих, должна была восстановить его разум. Вернуть ту самую свободу действий, которая имелась в виду. Вот только впустить его они были согласны исключительно в гордом одиночестве. Без единого телохранителя либо иных сопровождающих. Естественно, включая адептов Школы Старого Рассвета, которые были вместе с нами. Что до них — власть своего Великого Мастера они тоже признавать отказались. А он, как выяснилось, предпочёл промолчать о том, что некоторые из Мастеров Школы имеют возможность отслеживать уже его собственный разум. И при помощи тех же самых особых артефактов способны аннулировать привязку клятв адептов к личности главы Школы.
Хорошей новостью было то, что я использовал талисманы контроля буквально на каждом из солдат своей армии. Это означало — предать меня они не смогут. Даже если кто-то из противников сможет пустить в дело технику, влияющую на их клятву. С другой стороны — я только что лишился всех рычагов влияния на ситуацию. Во-первых, воины противоположной стороны были в курсе, что мы в состоянии влиять на человеческие сознания и благодаря этому находились в относительной безопасности. Например, к каждому из членов посольства перед отправкой к нам провели своего рода замеры состояния разума. Которые, естественно, изменились бы после использования талисмана контроля. О чём глава «дипломатической миссии» заявил сразу же после прибытия — явно желая обезопасить себя от вмешательства. Потому что если бы я использовал свой талисман контроля, по возвращении его точно не ждало бы ничего хорошего.
