точно такого же мнения, что лишь подтверждало верность моих выводов.
При этом Тохтар был крайне осторожен. Остановившаяся армия немедленно приступила к оборудованию укреплённого лагеря, окружив его барьером. Относительно слабым, но опять же — не пропускающим никого под маскировкой. Нельзя было пройти даже с талисманами иллюзии. Естественно, сигнальную защиту они поставили и сверху. А за пределами укреплений не было ни одного человека. Судя по всему, Тохтар был не просто умен и взвешен, но и зверски осмотрителен.
Единственным, кого отчасти радовала сложившаяся ситуация, оказался Хродан. Блондин наконец-то получил надежду и жаждал открытого боя, уже не раз и не два выдвигая предложения немедленно начать штурм вражеских позиций. Я же ломал голову, пытаясь понять, как можно подобраться к чужой армии.
Открытое противостояние хорошим выходом точно не являлось. Наличие защитных барьеров не помешало нам провести разведку, и, судя по её результатам, в армии пяти принцев было немало сильных Владеющих. Не только их собственные солдаты и воины, завербованные на землях Владыки Ильшата, но ещё и отряды наёмников. Да, в плане численности мы их превосходили. Но если дело дойдёт до боя, сложно сказать, как всё обернётся. Не то чтобы я сомневался в победе — она была почти гарантирована. Вопрос был в объёме потерь. Если мы оставим на поле боя половину нашей армии, то вес оставшихся сил в глазах Сулмета и остальных участников войны за престол изрядно снизится.
Тогда как взятие под контроль армии, что сейчас расположилась напротив нас, автоматически сделало бы нас сильнейшими из всех конкурентов. Не оставив Сулмету никакого выбора. Потому что, располагая подобными силами, мы могли самостоятельно осадить столицу, а при необходимости организовать её штурм. Если верить словам всех взятых под контроль начальников, суммарная численность столичного гарнизона не превышала пяти тысяч человек. Личная гвардия Сулмета насчитывала ещё тысячу. При этом солдаты гарнизона присягнули принцу далеко не в полном составе. Как минимум несколько сотен из них были перебиты в тот день, когда он провозгласил себя Владыкой. Какое-то количество погибло во время недавнего мятежа. Да и сам тот мятеж, вполне вероятно, был поддержан отдельными группами воинов гарнизона, которые смогли каким-то образом снять с себя присягу.
Последнее предположение было откровенно сомнительным, но подобные техники существовали. И если уж на то пошло, я не видел ни одного препятствия, которое могло бы помешать использовать их противником Сулмета. Даже если нет — по сведениям разведчиков Сагата, количество мятежников доходило до двух тысяч человек. И среди них было немало достаточно сильных Владеющих. Сомневаюсь, что гарнизон и гвардия Сулмета смогли расправиться с ними, почти никого не потеряв. С высокой долей вероятности уровень их потерь перевалил как минимум за тысячу солдат.
Всё это подводило к одной простой мысли — под началом Сулмета от трёх до четырёх тысяч воинов. Возможно, он сможет поставить в строй какое-то количество горожан, которые являются Владеющими. Но это не профессиональные солдаты и боевыми техниками они не владеют. Не говоря уже о том, что их уровень силы не позволит оказать эффективное сопротивление. Так что, обнаружив под стенами армию из десяти тысяч воинов, Сулмет был бы обязан пойти на переговоры. Оставалось лишь одно — установить контроль над войском противника, обеспечив себе тот самый перевес.
Пока же мы продолжали переписку. Когда прибыл очередной боевой волк, доставивший послание от Тохтара, его привели прямо в мой шатёр, где уже собрались все соратники, которых я в последнее время, с подачи Арсы, стал называть военным советом.
В новом письме Тохтар излагал свои предложения по конкретным формулировкам клятв, что должны были принести все участники договора. И если судить по тексту, который мы сейчас читали, принц искренне считал Ралию лидером всей нашей армии. Поскольку среди предлагаемых фраз были те, что исключали применение любых ментальных техник против пяти «соправителей» и их людей. Более того — предполагалось, что Ралия не сможет отдавать любые приказы, связанные с использованием подобных техник на их землях. То есть, с одной стороны, он пытался обеспечить безопасность своих людей во время визита в столицу, а с другой — исключал возможность «вербовки» сторонников Ралии на своей территории.
Когда сама принцесса дочитала письмо вслух, в воздухе зазвучал голос Хродана.
— Я ведь говорил, нужно просто атаковать. Оторвать голову каждому из этих пяти принцев и заставить их воинов дать клятву верности.
На секунду замолчав, добавил:
— Ну или наклеить на них талисманы контроля, как вы это любите. Но сначала оторвать всем головы.
Арса усмехнулась, смотря на него, но начать говорить не успела. В этот раз её опередила принцесса.
— Тохтар осторожен. Он не стал бы являться сюда со всей своей армией, не будь у него запасного плана.
Поняв, что её заявление привлекло всеобщее внимание, Ралия чуть развела руками.
— Он никогда не ввязывался в авантюры, которые были слишком рискованными. Если появился здесь и выступает от лица всех остальных, значит он считает, что вероятность победы выше шестидесяти процентов. Как минимум.
Как только она замолчала, в шатре раздался голос адепта Школы Трёх Черепов:
— Какие у него могут быть козыри? Я не заметила среди солдат ничего необычного. Просто Владеющие, готовые сражаться. Если он считает, что его шансы выше шестидесяти процентов — твой Тохтар круглый идиот.
Взгляд принцессы метнулся к женщине, а сама Ралия слегка нахмурилась.
— Тохтар никогда не был слишком популярен. Остальным не нравилась его излишняя холодность. А сейчас он стоит во главе армии из четырёх тысяч солдат. И сразу четыре принца признали его своим лидером.
Усмехнувшись, продолжила, озвучивая вопрос:
— Знаешь, сколько у них было гвардейцев до начала междоусобной войны?
Арса почесала лоб, потом без особой уверенности предположила:
— Сотни по три? Четыре?
Ралия отрицательно покачала головой.
— Не больше ста. У каждого. А теперь они собрали армию в четыре тысячи копий. И явились сюда, точно зная, где мы будем и чего стоит опасаться. Тебя это вовсе не смущает?
В голосе девушки послышалась лёгкая ирония, а вот Арса скривилась, как будто решила пожевать сосновой коры.
— А раньше ты об этом сказать не могла?
Принцесса пожала плечами.
— Я говорила, что у Тохтара не может быть столько солдат. И намекала, что ему кто-то должен был помочь. Ты просто плохо слушала.
Выдохнув, я негромко ударил рукой по стоящему в центре шатра деревянному столу, обрывая спор двух женщин, которые в последнее время весьма косо друг на друга поглядывали. Судя по всему, подозревая,
