Владеющий пропустил как минимум несколько смертельных ударов.
Рядом недовольно засопел Косолапик. То ли из-за того, что против нас выступали его сородичи, то ли негодуя по поводу того, что до сих пор не вступил в битву сам. Я же взглянул на Арсу.
— Рекомендации? Советы?
Женщина звучно хмыкнула. Посмотрела на Хродана, который как раз пытался снова взлететь в воздух. В этот раз завязнув в трёх вражеских техниках и будучи вынужден спуститься на землю. Правда, при этом врезался ногами прямо в голову очередного медведя, буквально разнеся ту на куски. А потом опустил руку на плечо его всадника. Который сначала окутался облаками, а потом взорвался сотнями мелких ледяных осколков. Рядом же зазвучал голос Арсы.
— Я бы посоветовала найти ещё десяток таких безумцев и бросить их в бой. А если это невозможно, то окружить их и задавить числом.
Вздохнув, я снова перевёл взгляд на поле боя. Воины корпуса, что оказался на пути атакующих, всё ещё сражались. Погибая и отчаянно сопротивляясь. Учитывая плотность боевых порядков, которые были сформированы с расчётом на необходимость формирования коллективных техник, возможности отступить и нормально перегруппироваться у них не было. А судя по той интенсивности, с которой неизвестные косили моих людей, продолжить в таком же ритме означало как минимум потерять тысячу человек. Возможно и больше. Всё зависело от того, насколько этот отряд выдохнется к моменту, когда закончит резать глотки первому из корпусов.
Бросив быстрый взгляд на адептку Школы Трёх Черепов, я покачал головой.
— Есть ещё один вариант. Включить их в состав своей армии.
Судя по её лицу, женщина хотела сказать, что это тоже попахивает своего рода безумием. И уж точно не является безопасной опцией. Но озвучить ничего из этого она не успела — я использовал талисманы иллюзий, скрывая себя с барсом от взглядов окружающих. После чего тихо озвучил команду.
— Сама пока побудь в стороне. Наблюдай. Если что-то пойдёт критически не так — вмешайся, попробуй меня вытащить.
Убедившись, что Арса услышала и подтвердила это кивком головы, я устремился вперёд.
На первый взгляд, задача выглядела максимально сложной. По крайней мере так казалось моему разуму. Который отталкивался от зашкаливающей эффективности противника в рукопашном бою. И действия аур, ощущавшихся даже на приличном расстоянии. Они не были разрушительными или ядовитыми. Но как будто высасывали из тебя силы. Лишая мотивации сражаться и заставляя думать лишь о том, как было бы неплохо упасть на землю, свернуться клубком и отдохнуть.
Поняв, что мысль про «свернуться клубком» пришла от Снежка, я отправил ему мыслеобраз, пытаясь взбодрить барса. А сам двинулся к ближайшему медвежьему всаднику. Лавируя между собственных воинов и пытаясь оставаться незамеченным.
Приблизившись, вытащил талисман контроля и какое-то время оставался на месте, наблюдая за противником. Потом сделал быстрый рывок вперёд и спустя секунду впечатал талисман контроля прямо в бок его зверя.
С животными подобная схема, как я успешно выяснил в процессе своих экспериментов, тоже работала. Не совсем так, как с людьми, понятное дело. В конце концов у зверей не так часто формировался полноценный разум. Для этого их нужно было долго и упорно их тренировать, повышая уровень развития силы. А ещё лучше заниматься этим с самого раннего детства.
Тем не менее, какими-то зачатками сознания медведь точно обладать был должен. И, как вскоре выяснилось — это действительно было так. Громадный зверь взревел, пытаясь встать на дыбы. А когда изрядно удивлённый таким поворотом событий всадник вернул его на четыре лапы, медведь не нашёл ничего лучше, чем просто рухнуть набок.
Ментальная связь между нами тоже имелась. Вот только мыслеобразы зверь начинал разбирать не сразу. Судя по результатам моих опытов, животные начинали воспринимать команды начиная с десятой, то и пятнадцатой секунды действия талисмана контроля. До этого момента находясь в состоянии своеобразного ступора и желая отгородиться от всего окружающего мира.
Впрочем, поведение медведя открывало передо мной новые возможности. Устремившись вперёд, я оказался около его наездника, который сейчас пытался подняться с земли. И опустив руку, наклеил талисман контроля тому прямо на шею.
В следующую секунду на мой разум обрушилась настоящая лавина ощущений. Жива этих Владеющих отличалась от привычной и, как только что стало понятно — их разумы тоже были чуть иными. Я получил намного больше впечатлений противника, чем до того. Всю гамму его эмоций и все мысли, что сейчас крутились у него в голове. Плюс почувствовал его яростное желание убивать.
Но в этом был плюс — мои ментальные команды он тоже чувствовал куда более детально. Так что я мог озвучить ему достаточно подробный приказ. А потом, передать тонкую стопку талисманов контроля.
Недавняя победа за счёт дозорных, что выступили «распространителями», многому научила. Например, концепции работы чужими руками.
Потому следующего медвежьего всадника взял под контроль не я, а мой новый солдат. Наклеивший талисман контроля прямо на кисть руки воина. Следом проделал то же самое с третьим, а мне подвернулся четвёртый. Который сам оказался рядом и открылся.
Прежде чем остальные поняли, что происходит нечто странное, я успел взять под управление почти половину отряда. После чего победа оставалась делом техники.
Оставшиеся «свободными» всадники не понимали, кто из их собратьев по оружию является врагом, кто же выступает против них. И слишком поздно осознали, что следовало бы отступить.
Последние из них и правда пытались сбежать, но оказались быстро настигнуты своими товарищами. После чего благополучно превратились в моих марионеток. А ту пару, что пыталась отбиваться, не подпуская к себе абсолютно никого, прикончил Хродан.
Убивать людей, которых я не знал, да ещё и прибывших сюда с непонятной целью, было не слишком приятно. А с другой стороны — они сами атаковали наш лагерь. Без всяких видимых причин. Потому как моими врагами они точно не были. Равно как и врагами принцессы Ралии.
Поняв, что на поле боя не осталось ни одного «свободного» противника, я с лёгким облегчением выдохнул. Но уже в следующую секунду понял, что их полный разгром обернулся неожиданным поворотом — дракон, который только что утюжил остатки лагерь войска пяти Принцев, повернул к нам. Яростно ревя, полыхая вспышками живы и, судя по всему, будучи всерьёз расстроенным. У зверюги только что появилась причина разделаться и с моей армией.
Когда тот пересёк две трети расстояния, что разделяли наши полевые лагеря, по нему снова ударили. Ещё пять коллективных техник. Мощный, слитный удар. Который, на мой взгляд, должен был как минимум заставить его затормозить. Но дракон выдержал.
