Петроград. Волосовский район.
— Да уж… — протянул Дмитрий Евграфович, окинув нас с Морозовым немного растерянным взглядом. — Мне казалось, что вы передумаете, но судя по вашим лицам, настрой более чем серьёзный. Может, озвучите причину этого поединка?
— Решили выяснить, кто из нас сильнее, — ответил я Давыдову за нас двоих, не став оглашать истинный повод, а Морозов поддержал эту версию хмурым кивком. — Инициатива полностью моя, а Максим Александрович просто не смог отказать.
— Всё так, — коротко подтвердил ректор, жёсткости взгляда которого могла позавидовать пятка огна.
— А я не вчера родился на белый свет, — ухмыльнулся Давыдов, махнув рукой. — Ладно. Не хотите говорить — не надо. У меня тоже есть свой интерес, потому и вызвался.
— Это какой? — проявил любопытство Максим Александрович, пристально глядя на второго перста.
— Интересно узнать, на что способен Станислав, — совершенно не смущаясь, озвучил Дмитрий Евграфович. — В силу последних событий весьма любопытно взглянуть на того, кто избавился от четырёх верховных шаманов-отступников и разрушил их святилища, в деле, — видя, как бровь собеседника слегка приподнялась, второй пожал плечами. — Тебе бы следовало почаще держать руку на пульсе Российской Империи, Максим. Помимо этого, князь умудрился выжить после попадания гиперзвуковой ракеты, выпущенной из Сиамского залива. Такие дела творятся, а ты не в курсе. Кстати, подводную лодку, откуда производился пуск, уничтожил ВМФ малайцев.
— Это не может не радовать, — новость была действительно приятной.
— Вот так-то, Максим, — второй перст развёл руками.
— У меня помимо этого много дел, — смурной ректор подарил мне ещё один суровый взгляд. — Правила стандартные или будут дополнения?
— Стандартные дуэльные правила, — подтвердил я, чувствуя, как моё тело слегка подрагивает, что не укрылось от Дмитрия Евграфовича.
— Станислав… Вернее, глава рода Герас, напоминаю, что ещё не поздно отказаться, — второй перст ожидающе посмотрел на меня. — Хоть поединок длится до того момента, пока один из вас не сможет продолжать бой, всё же не исключён летальный исход. Особенно учитывая, кто твой противник. Если не уверен, советую отказаться, это не будет считаться трусостью.
— Даже не подумаю, — у меня внутри поднимались азарт и волнение. — Уже давно хотелось оценить способности кого-то из перстов императора. Хоть Максим Александрович и девятый, но я прекрасно отдаю себе отчёт, на что иду.
— На многое, князь Герас, — Давыдов едва заметно усмехнулся. — В качестве информации для размышления, хочу заметить, что наши номера не являются объективным показателем силы. Некое соответствие прослеживается, но, согласись, князь, сложно классифицировать выходящее за рамки писаных норм. Я к тому, что звание «Перст Императора» не следует сразу за «Повелителем эфира», коим заканчивается таблица магических степеней РИ. Между ними огромная пропасть.
— Вот сейчас и проверим, — подытожил я, поглядывая на своего соперника. — Вы готовы, ректор?
— Можем начинать, — кивнул Морозов, который сегодня не отличался многословностью.
— Тогда расходитесь на два десятка шагов и ждите моей команды. Пусть победит сильнейший.
«Как инфомаг молвил…» — подумав об этом, я молча развернулся и зашагал по пустырю в указанном направлении. — «Только мне ни скверха лысого непонятно, что можно ждать от Морозова. То, что он до одури сильный маг — сомнений нет. На этом мои познания заканчиваются. Никто никогда не видел, как сражается кто-то из перстов Иоанна, а кто видел — те уже не расскажут. Сразу переть на него — не вариант. Морозов уж точно не в той „весовой“ категории, на ком можно использовать подобную тактику. Однозначно следует проявлять осторожность, прощупывая его слабые места. Особенно напрягает этот длинный оружейный кейс в руке ректора. Сдаётся, там далеко не рабочие тетради студентов лежат».
Что ж, я был прав в своих предположениях. Едва оказавшись на отметке, Морозов открыл короб, извлекая на свет его содержимое.
Содержимым оказался… хищного вида топор. «Кто бы сомневался» — такова была первая мысль. — «Явно не для лесозаготовки».
Лязгнуло складное топорище, увеличиваясь в длину. Описав несколько кругов за один миг, лезвие легло на землю, а от места соприкосновения разошлась волна ледяного крошева.
«Орудует будто тростинкой, причём одной рукой». — В моей же ладони, блеснув золотистым светом, материализовалась кристальная ваджра.
В первоначальной расстановке плетений в нужные области моего духовного тела не было необходимости. Отточенные навыки позволяли осуществлять все нужные манипуляции в бою. Единственное, что я решил изменить — распределение слоёв усиления. Сразу три легло на область «Мысль», куда переместился «Мрак+». По моим прикидкам, данный манёвр должен сбить Морозова с толку, пока я буду подбирать к нему «ключик».
Давыдов дал отсчёт, после чего прозвучала команда к началу. Надежды, что Максим Александрович вначале проявит осторожность, тут же развеялись о грубую реальность — монструозный топор без промедления отправился в бреющий полёт.
«Что-то медленно», — успел подумать я, активируя «Контур», перед тем, как чуть не лишился головы.
Метнув топор, Морозов исчез из виду, будто скользнув за ширму, появившись прямо передо мной. Перехватив свой палаческий инструмент за рукоять прямо в полёте, он едва не отхватил мне голову. Спасло то, что успел вовремя присесть. Вернее, «почти» спасло. В момент удара ректор мигнул, а через мой живот протянулся длинный, но неглубокий порез.
«Скаа… Быстро»
Я тут же разорвал дистанцию, уйдя «слайдом» на десяток метров вправо, и вот здесь произошло нечто странное. Моя техника ещё не завершилась, а сверху на голову уже опускалось блестящее лезвие ректорского топора. Складывалось впечатление, будто он заранее знал, где я окажусь. Пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы не располовинило, а топор угодил в мёрзлую землю. Глухо ухнуло, по лицу ударили разлетающиеся в сторону брызги земляного крошева. Они ещё не успели опасть, как ректор совершил выпад, едва не вонзив носок лезвия прямо мне в лицо. Я отклонил голову вправо, и тут же поплатился за беспечность. Развернув свой инструмент, Морозов, будто багром, подтянул моё тело к себе, попутно врезав коленом в брюшину, и держа как на крючке, мотнул орудием, отшвыривая меня в сторону.
Сгруппировавшись в полёте, не без помощи управления оргоном, я стабилизировал своё положение, мягко приземлившись на ноги. Топор ректора вспыхнул фиолетом эфира, который резко уплотнился и изменил частоту, окрасившись в багровый цвет. Последовал взмах. Ревущий магический вал, взметая комья промёрзшей земли, устремился ко мне. Скрестив предплечья, принял технику ректора на «Заслон+», который благодаря клиновидной форме, разделил поток выпущенной ректором магии на две части, что просвистели дальше.
— А ведь это всего лишь разминка. Я даже не начинал, — мрачный Максим Александрович крутанул топор одной рукой. — Ты ещё можешь отказаться от боя, — взгляд ректора мазнул по второму персту, — и от своих стремлений тоже.
— Так я тоже разминаюсь, Максим Александрович.
Взгляд Морозова выразил откровенный скепсис. Пришлось незамедлительно развеять данное заблуждение. После активации способности духовного артефакта «Фрагмент Маяка» окружение утратило краски, погружая пространство в мрачную серость. Это должно было резко поубавить прыть ректора из-за притупившейся реакции, но мне этого показалось мало, поэтому следом активировал «Мрак+» с тремя слоями усиления, находящийся сейчас в области духовного тела «Мысль». Ваджра глухо ухнула в моей руке, обнажая золотой клинок, сотканный из эфира жизни. Я применил «слайд» с попутным использованием техники Орсини из школы фехтования «Fiore dei Liberi», что специализировалась на молниеносных выпадах с колющими ударами высокой пробивной способности. Идеальный выбор, учитывая личность моего соперника. Жаль, что придётся отказаться от оригинального исполнения, изменив цели для сдвоенного укола на плечо и живот. Как ни печально признавать, но этим поединком я изначально поставил себя в невыгодное положение. Сомневаюсь, что Мила обрадуется, если убью её дядюшку. Да и мне самому отправлять ректора к Атминтису не с руки. Он хоть и со своими скверхами в голове, что целый укрепрайон там отгрохали, но мужик нормальный.
Яркая направленная вспышка света ударила в лицо Морозову, ослепляя его. Будто в замедленной съёмке я видел, как ректор лишь поморщился, продолжая стоять подобно статуе. Последовал первый укол. Стоило острию лезвия ваджры всего лишь на сантиметр
