науку женского перевоплощения!” – то и дело шпыняла меня преподаватель по метаморфозам. Но была в корне не права. Я просто не хотела играть, не видела смысла. Мне не требовалось окунаться в болото лжи. Раньше.
– Мой спаситель! – захлебывалась я слезами, практически упав в руки монарха, едва ошеломленную Августу от меня оттащили.
От его объятий у меня сводило скулы. Меня тошнило от запаха, что исходил от этого мужчины. Мне было так мерзко, что приходилось бороться с дурнотой, превозмогая себя, но я доиграла эту роль до конца.
– Она хотела убить меня! – всхлипывала я испуганно. – За то, что меня отправили на службу во дворец вместо нее. Все твердила, что подле вас я заняла ее место!
– Это неправда! – воскликнула блондинка обескураженно. – Она лжет!
Услышав вполне обоснованное обвинение, я разрыдалась еще сильнее. От моего воя с веток вспорхнули птицы, кабаны перепугано сорвались с места, а более крупная дичь и вовсе затихарилась.
Пожалуй, я позволила себе окунуться в настоящую истерику впервые с тех самых пор, как стало понятно, что в моем будущем больше не осталось места для света. По моим щекам текли самые правдивые слезы. Я захлебывалась ими, но оплакивала свое прошлое, жалела себя за все то, что мне пришлось пережить.
За прошедшие четыре года я испытала столько, что хватило бы на несколько жизней, а теперь наконец отпускала свою боль.
Потому что была готова встретиться со своими страхами.
Я была готова их победить, ощущая незримую поддержку герцога Трудо у себя за спиной.
– Немедленно отправьте леди Африль во дворец. В сопровождении гвардии. И заприте ее в покоях до моего особого распоряжения, – приказал Световолд капитану своей охраны и обратился непосредственно к Августе: – Но скажу сразу: при дворе вашей семье больше делать нечего. Вы опозорили весь свой род. Не умеющие сдерживаться леди сидят в провинции.
Лицо блондинки нужно было видеть. Я не знала, о чем она думала, пытаясь прикончить меня, но на такой исход явно не рассчитывала.
А вот я именно таких итогов и ожидала. Не злорадствовала. Мне не нужна была ее казнь. Я хотела для нее сопоставимое содеянному наказание, а именно ссылку.
В конце концов, кто-то должен был избавить общество от этой дамы. Во времена студенчества от нее пострадали слишком многие, за кого некому было вступиться, и все выходки сходили Августе с рук.
Но не теперь. Теперь мы были взрослыми самостоятельными леди и наши возможности также отличались от прежних.
– Мой король, я так благодарна вам за свое спасение. Я искала вас в лесу, когда она напала на меня, – произносила я дрожащим голосом, глядя королю прямо в глаза. – И раз нам удалось свидеться…
– Да-да? – наклонился мерзавец еще ближе, обдавая меня своим дыханием.
Не утерпев, я спрятала взгляд, но на самом деле все лицо, чтобы не дать ему и шанса даже на самый крохотный поцелуй. Я и так с трудом выдерживала эти объятия.
– Вы не могли бы дать мне разрешение на поездку в город на завтра? Я имею все намерения продать свои земли герцогу Трудо, – улыбнулась я лживо, на миг стрельнув взглядом, чтобы рассчитать реакцию собеседника.
Реакция Световолда не радовала. Услышав мои слова, он мгновенно поджал губы, тем самым выражая недовольство, и тогда я прибегнула к главному козырю:
– Мой король, вы и сами знаете, что мне некогда заниматься маркизатом. Ведь мое место при дворе. Мое место подле вас.
Об этих словах я пожалела этим же вечером.
Глава 8. Финальная ошибка
Нас с королем встречали у шатров как… королей.
Световолда, потому что вместе со своей гвардией и представителями высшей аристократии он все же загнал не только кабана, но и косулю. Я не знала, сколько выстрелов понадобилось монарху, чтобы одолеть прыткую животинку, но туши выглядели целыми, отчего закрадывалась мысль о магическом вмешательстве. Тем более что в охоте также участвовал и придворный маг.
Кроме двух главных трофеев, отличились и другие мужчины. Кабаны, зайцы, куропатки. Ужин под ночным небом должен был произвести настоящий фурор, однако именно из-за меня его перенесли во дворец.
Удивительно, но я являлась той, кого на поляне у крепости встречали молча и с уважением во взглядах. Не только потому, что получасом ранее сюда под конвоем притащили плачущую Августу Африль. Под многочисленными взглядами девушка вместе с отцом демонстративно была помещена в дормез, который под охраной отправился обратно в столицу.
О нет, на меня смотрели иными, на этот раз трезвыми взглядами лишь потому, что часть сопровождавших короля гвардейцев вернулись к шатрам менее четверти часа назад и навели шороха среди дам.
Смирная лошадка с испорченными ремнями подпруги появилась в нашей тесной компании как раз в тот момент, когда я намеревалась грохнуться в обморок посреди леса, чтобы наконец отвязаться от монарха.
Однако пришлось побыть в себе еще несколько минут. Отловившие чернявую красавицу гвардейцы внимательно изучили подрезанные ремни, а я рассказала душераздирающую предысторию нападения на меня Августы. И про то, кто провожал меня в лес, с улыбкой желая удачи. И про угрозы, которые посыпались на меня от Озии, едва я покинула экипаж по приезде. И про то, как я не хотела об этом рассказывать, но раз уж все уже увидели лошадь…
Обратно на поляну я возвращалась, источая вокруг себя кротость и повиновение. Но так как мне все же стало плохо от “переизбытка чувств” и “прирожденной впечатлительности”, наша часть отряда двигалась значительно медленнее. Причем мне пришлось ехать вместе с королем, боком разместившись перед ним. Но то были такие мелочи!
Во-первых, придворный маг залечил мне все синяки и ссадины. Во-вторых, я все равно притворялась бессознательной, а как только Его Величество пытался прилезть с поцелуями, делала вид, что съезжаю с коня, и ему приходилось меня ловить.
– Так плохо! – сетовала я, едва разлепляя веки. – Кажется, меня укачало!
Услышав последнюю фразу, подкрепленную попыткой облегчить желудок, Световолд быстро передал меня гвардейцу, наказав придворному магу еще раз проверить мою магию от и до под присмотром придворного целителя. И конечно, ни один из чародеев никакой угрозы моему здоровью не обнаружил.
Зато меня наконец оставили в покое в лекарском шатре, куда буквально через несколько минут явились Вейола и Берана. Они-то и сообщили мне крайне приятные новости.
Во-первых, всех негласных фрейлин бывшей фаворитки короля попросили освободить покои во дворце. Странное наказание за попытку меня убить, но я даже этой демонстрации была рада. В назидание другим.
Во-вторых, с самой Озией сейчас
