Его женами могут быть звери, птицы и человек.
У Нзамби было три жены: Дибемби — Голубка, Нгуали — Куропатка, и человеческая жена. У всех трех жен было двое детей, но Нзамби любил только Дибемби, а к остальным был холоден. Однажды он решил испытать на любовь и верность своих жен. Нзамби притворился умершим. Женщина сильно плакала и горевала, отказывалась от пищи. Голубка, любимая жена Нзамби, ела, веселилась и говорила, что его не оживишь и незачем страдать ради умершего. Куропатка оплакивала мужа, но видно было, что она просто говорит то, что положено. Никакой печали не было в ее словах. Нзамби отправил Голубку и Куропатку к их родителям и оставил в своем доме только одну жену — дочь человека. Вот почему Нзамби заботится больше о людях, чем о зверях и птицах[176].
В другом варианте мифа у Нзамби было две человеческие жены.
Когда две жены Нзамби были на сносях, он сказал им:
— Я ведь бог? Бог. Поэтому я не могу находиться в одной деревне с вами, пока вы рожаете и кормите младенцев. Я уйду на время и вернусь, когда ваши сыновья начнут ходить[177]. Если вы были верны мне, дети ваши должны отличаться от людей: у них будет по одной ноге, одной руке, одному глазу и одному уху. Я не признаю сына своим, если какая-нибудь часть тела будет у него, как у человека, парная.
И Нзамби оставил свою деревню. Пока его не было, у каждой из его жен появилось по сыну. У одной он был таким, каким хотел видеть его отец, — с одной ногой, одной рукой, одним глазом и одним ухом, а у другой — как нормальный человек. Мать его очень боялась возвращения мужа.
Когда мальчики могли уже ходить и даже бегать, Нзамби вернулся. Завидев его издали, сыновья побежали ему навстречу, но Нзамби одного из них, одноногого, приласкал, а другого, нормального, побил и прогнал. Нзамби пришел домой и сказал жене, родившей двуногого сына, что с нею, неверной женой, он жить не хочет. Он оставляет ей деревню, землю, все, что у нее есть, а сам с другой, верной, женой и ее сыном отправляется жить в другое место.
Прошло время. Покинутая жена Нзамби и ее сын жили хорошо, ни в чем не нуждаясь, но счастливы они не были, потому что были одиноки. Мальчик, которого Нзамби не признал своим, был на редкость хорошим и умным ребенком, и слух о его уме дошел до ушей Нзамби.
Бог был очень раздосадован. У него было уже два одноногих сына, и оба — дураки. «Надо убить этого двуногого, — подумал Нзамби. — Ведь это позор для меня: сын моей неверной жены умнее моих сыновей — сыновей бога! Нет-нет, этого терпеть нельзя». Нзамби послал убить мальчика по очереди Кабана, Слона, Крокодила. Но заслышав песню мальчика, звери теряли силу и не могли причинить ему зла. Нзамби решил сам расправиться с мальчишкой, который теперь сделался ему еще более ненавистным: мыслимое ли дело, чтобы человек имел больше силы, чем он, бог Нзамби, чтобы люди подчинялись не его воле, а какой-то невидимой силе, исходящей от ребенка?!
Все произошло так же, как происходило и раньше. Нзамби уже натянул свой лук, когда мальчик запел. Нзамби опустил оружие, устремился к мальчику, обнял его и покрыл поцелуями. Он понял, что это его сын, ведь мальчик сразу узнал в нем отца, хотя видел его всего один раз, когда был совсем маленьким[178].
Таким образом, Нзамби в этих мифах предстает мужем и отцом, а эти функции присущи прародителю, а не богу-демиургу. Он предстает в качестве первопредка — прародителя человеческой родовой группы — и принадлежит эмпирическому времени. Постепенно происходит обожествление Нзамби в образе всеобщего отца, а его местожительство переносится в иной мир — на небо.
Африканские народы с развитой мифологией представляют бога в образе человека или животного. Большинство божеств йоруба (Нигерия) антропоморфны, а некоторые из них имеют антропотеоморфный облик, то есть сочетают в себе черты человека и животного[179]. Однако традиционно изображений их не делалось. В настоящее время под влиянием европейских художников стали появляться произведения искусства, изображающие божеств йоруба. В деревне Ошогбо в священной роще Осун-Осогбо в Нигерии установлена статуя богини плодородия Ошун. Эта роща является действующим религиозным объектом, где совершаются богослужения в честь богини.
Боги, как и люди, в африканской мифологии добры и злы, благородны и коварны, мстительны и милосердны. Им присущи такие людские пороки, как ревность, жадность, зависть и др. Так, богиня Нзамби в мифе «Нзамби и трясогузка» вступает в спор с маленькой птичкой.
Нзамби создала весь мир, всех людей и зверей, но забыла создать барабаны, чтобы люди и звери могли танцевать. Трясогузка смастерила барабан и устроила праздник. Нзамби услышала и захотела присвоить инструмент себе. Птичка не захотела отдавать его богине, но Нзамби считала себя хозяйкой всего на земле. Она посылала к птичке разных животных, чтобы они забрали у нее барабан. Лишь муравью удалось украсть его. Когда трясогузка обнаружила пропажу, она потребовала у старейшин рассудить ее и Нзамби. И вердикт был таков: «Это правда, что Нзамби — мать всех нас, но правда и то, что трясогузка сама сделала барабаны. Теперь, когда Нзамби нас сотворила, она отпустила нас и позволила жить нам так, как мы сами того захотели. Если бы Нзамби послала нас в мир с барабанами, только тогда барабаны были бы ее»[180].
Барабан. Федеративная Республика Нигерия.
Wellcome Collection (по лицензии CC BY 4.0)
МОНОТЕИЗМ И ПОЛИТЕИЗМ
Многие ученые неоднократно предпринимали попытки доказать существование у народов Африки монотеизма и прамонотеизма. В работе «Происхождение идеи Бога» немецкий этнолог и религиовед Вильгельм Шмидт ввел термин «оригинальное» или «примитивное единобожие». Он полагал, что у истоков первобытной религии в сознании так называемых «примитивных народов» существовало представление о высшем существе, трансцендентном от всего земного. Эта теория имела много сторонников среди африканистов. Они сходились во мнении, что для разных африканских народов характерна вера в высшее существо, которое является тайной, недоступной для человеческого понимания. Этот бог был до появления человека, он создал Вселенную и все вещи в ней. По мнению Джеффри Парриндера, «вера в высшее существо — это полностью африканская концепция, которая появилась задолго до прихода христианских и мусульманских миссий во
