Ведь навигация и связь у пришельцев работают именно на принципе модуляции магнитного поля тета-волнами с помощью з'ррбита, так почему бы не попробовать сконструировать подобного рода устройство, передающее сигнал на имплант? Приёмник-то давно известен, вы с ним на боевые задания ходите.
— И что? — с нетерпением подаётся вперёд на экране Шадрин с «Чагоса». — Получилось?
— Да! Мы сделали прибор, который позволяет на некоторое время просто силой мысли перехватить управление имплантом. Но не всё так просто. Прибор позволяет только доставить ваши тета-волны в нужное место и выдать их за приказы командования, но настоящие-то приказы командования при этом не исчезают! Поэтому у человека, который работает с этим… хм… гипнотизатором, должна быть большая ментальная сила, чтобы приоритет отдавался именно его командам. Пока взять на несколько секунд под контроль одного блевоида получилось только у Томпсон и Лекуанта… ну и у меня, — поморщился Номинханов. — Ощущения, если честно, не самые приятные…
Глава IV
Бездна смотрит в тебя
Капитан-лейтенант ВМФ Александр Матюшин, 27 июля 2040 г.
— Как вы знаете, за последнюю неделю было два неудачных перехвата, — с нарочитой бесстрастностью начал Кабрал. — Оба раза «Барракуды» выходили на перехват субмарин снабжения, но те легко уходили и ложились на грунт возле колоний пришельцев. Наши подлодки начинали патрулировать, но противник, снявшись, сразу развивал максимальную скорость — что-то около трёх тысяч узлов. Кстати, обнаружена уже третья колония!
— Когда зачистка-то? — не выдерживает Витёк.
— Уже скоро, но нужны как минимум магнитные бронескафандры на четырнадцать оперативников. И проверить в деле гипнотизаторы и пульсарные гранатомёты. Кстати, о гипнотизаторах. Пескину таки удалось наконец потопить сегодня утром эскорт-разведчик, и на захват пошла восьмёрка с «Меганезии»: Бреме, Пинеда — она у них лучшая снайперша, пять новичков и Мартин Шилл. Представляю… уже не новичков, а старших матросов: Жан Гресье, Родриго Эскобар, Гийом Марсель, Рихард Хайке, Гудрун Штайнбах… — с экрана смотрели улыбающиеся новые лица.
— Отвечаю ещё до вопроса: не город, моя фамилия пишется совсем по-другому! — подмигнул один из французов. — И я не из Марселя, а из Нанта.
— А я не потомок знаменитого мафиозо! — нет, так улыбаться могут только латиноамериканцы, это их сокровенная тайна. Хотя, говорят, Гагарин ещё мог. — Правда, тоже из Колумбии. Привет, команданте Даниэль!
— Родриго, и ты здесь! — откликнулся Сентено. — Устроим герилью аликам!
— Герилья вам, Даниэль, будет уже завтра, — полковник посмотрел в свой планшет. — Следящая станция расшифровала ещё одну субмарину. Тяжёлый крейсер, цель — рейд на сушу, Северное море.
— То есть Британия? — резко подобрался Тальбот.
— Или Норвегия. Но пока тревоги нет. Так вот, восьмым был Шилл. Почему именно он? Потому что у него на данный момент самая большая ментальная сила. Да, они опробовали в бою гипнотизатор, но…
Вынос четырёх тасотлей особо не впечатлил бы, если бы не напряжённое лицо Мартина, вглядывающегося в немного странного вида прибор. Было видно, как он разочарованно вздыхает и пытается повторить — с тем же нулевым результатом.
— Я сделал четыре попытки, — объясняет американец уже в реальном времени. — Всякий раз было впечатление, что пытаюсь нащупать опору, но проваливаюсь в пустоту. Видимо, тасотли под контроль не берутся.
— Или не все тасотли, — заметил Номинханов. — У вас ментальная сила, если я не ошибаюсь, сорок шесть единиц? Этого могло оказаться просто недостаточно. Но нужно продолжать попытки. Кстати, господин полковник, я советовал бы отправить на следующее задание Лекуанта и Томпсон с гипнотизаторами.
— Да, согласен, именно их.
— И ещё! — продолжил профессор. — Посмотрите на Гресье — он видит противника, но почему-то не стреляет. Что произошло? Мне вы это говорили, но расскажите всем.
— Я помню, что успел один раз выстрелить, — отвечает француз. — Не попал. И тут… такое впечатление, что смотрю в бездну. Как кошмарный сон — надвигается бездна, хочешь убежать и не можешь от страха, тело не слушается. А потом вдруг, наоборот, начался приступ дикой ярости, ничего с собой сделать не могу — палю куда попало!
— Вот так и выглядит псионическая атака, всё верно. Сначала, как я понимаю, тасотли пытаются внушить страх — это, видимо, проще всего. Затем — неконтролируемую ярость. Дальше, похоже, вас взяли бы под контроль.
— «Дальше» у него уже не было, — краснеет Гресье. — Мариана его застрелила. А остальных убили ещё раньше.
— Вот кстати, насчёт Марианы! Смотрите: тасотль видит обоих оперативников, причём Пинеда для него явно опаснее — она и ближе, и стрелять ей удобнее. Но тем не менее псионическим атакам подвергается почему-то Гресье.
— На самом деле я тоже почувствовала бездну, — говорит Мариана. — Но она сразу как-то… соскользнула, что ли?
— Скорее всего, у вас высокий порог внушаемости. Но противник прощупывал вас обоих, это однозначно. Можно сделать вывод, что попытками внушить страх тасотли определяют, у кого самый низкий порог, и дальше атакуют именно его.
— Простите, профессор, — вмешался Кабрал. — Только что Альбертини потопил этот тяжёлый крейсер в Гвинейском заливе, у самого побережья. Расу станция определила как «смешанную», но это и понятно — в рейдах всегда принимают участие ещё и киборги. Будем предполагать самое сложное — что это тасотли и трискены. Операция подводная, поэтому опробуем не только гипнотизаторы, но и пульсарные гранатомёты…
Корабельный кот Прасад, 28 июля 2040 г.
Довольно странно, что в Гвинейском заливе оказалась зона вулканизма. Напоминало больше какую-то подводную Исландию или Гавайи — чуть прикрытые коркой трещины с лавой, «чёрные курильщики», невысокие холмики уже застывшей лавы… и огромная трёхпалубная субмарина пришельцев. Да, повреждённая, но всё равно это был тяжёлый крейсер, команда которого отправлялась в сухопутный рейд и потому явно состояла не из штурманов. Да и киборги точно должны быть.
Сентено и Курченко выскакивают первыми — налево, к носу «Тритона». Через несколько мгновений Даниэль замирает и вскидывает звуковую пушку. Что такое? Понятно, что противник, но кто?
Существо — явно существо, а не механизм — напоминало то ли голову стрекозы, то ли сморщившийся воздушный шар с пучком шевелящихся щупалец вместо корзины. Шар этот был грязно-розового цвета и отчётливо разделялся на два полушария, между которыми виднелся провал рта. Оружия не видно. Значит, оно само — оружие!
Экземпляр нового вида между тем, быстро перебирая щупальцами, скользил в сторону «Тритона», но Курченко решил не подпускать его близко. Точное попадание пробило оба полушария, и алик осел на склон холмика.
— Виктор, зря! Я бы парализатором взял! — злится Даниэль.
— Не зря, — вмешивается Кабрал. — А если это что-то типа самоходной мины? Пока не поймём, что это такое — только издалека!
Тальбот, Фербер и Краузе поднялись над нашей субмариной, Веласкес, как всегда,
