сверхскоростной субмарины. И только после этого налью себе виски.
Штефан… Могучий швейцарец, ты с первого боя был с нами. С того первого боя, когда погиб Фогель. Теперь нет и Штефана Гункеля… Ни лучший стрелок, ни яростный боец — просто спокойная уверенность народа, привыкшего невозмутимо отстаивать свои горы. И ведь был уже готов сверхпрочный магнитный бронескафандр! Но я знал тебя, Штефан. Ты не взял бы себе единственную броню, раз на всю группу сделать ещё не успели.
Приказ прислали? Ах да, Эндрю Кук стал мичманом. Но не такого повышения он хотел бы, знаю. И ещё копия приказа для ознакомления мне и Чейни — из российского ВМФ, Матюшин теперь капитан-лейтенант…
Мичман X–COM Виктор Курченко, 12 июля 2040 г.
Ну вот и большую субмарину в Тихом океане потопили! Звуковые излучатели действительно оказались прямо-таки вундервафлей — стреляй с максимального расстояния, тебя в ответ не достанут, а боекомплект просто ох… офигенный. Судя по силуэту, опять «снабженец», но окончательно на месте разберутся.
Разбираться отправилась восьмёрка с «Меганезии». Не десятка — и восемь-то магнитных бронескафандров сделать еле успели на двух базах. Бреме, правда, хотел пойти в старом аквапластиковом, но Кабрал напрямую запретил: «Лучше только восемь оперативников, но все с хорошей защитой!» Приказать не идти в бой самому Рудольфу он тоже формально мог, но не стал — очень уж командир «Меганезии» казнит себя за гибель Штефана. Капитан-лейтенант Рудольф Бреме, мичман Манфред Хафнер и шестеро старшин, все на этот раз со звуковыми пушками. И первый раз в магнитных бронескафандрах!
Бреме и Эйлифф, выскочив через шлюз «Тритона», синхронно стреляют и взмывают на магнитном поле вверх. Стреляют они по двум ракожопам, караулящим среди останцов, и сразу все остальные начинают выбегать, открывая пальбу на ходу. Самыми удачливыми оказались Хафнер и Пинеда.
— Все поднимаемся, кроме Марильо! Проверяем работу скафандров! — командует Бреме. — Марильо — пока в резерве, готовить ментосканер!
Шоб я так воевал!.. Впрочем, тоже так и буду, уже на следующем задании. Всё как на ладони, и попытки ещё двух аликов укрыться выглядят сверху просто нелепо — на этот раз «рисуют лангустов на скафадрах» Луи Ревеню и сам командир. Да и большие субмарины, соображаю, теперь можно атаковать сверху, в них же есть выход на самый верх.
Бреме тоже это соображает:
— Пинеда, Эйлифф, Ревеню и я — атакуем субмарину сверху. Хафнер и Северн — через входной люк и спускаются на первую палубу. Хэнд — облетает сзади. Марильо — к входному люку, ментосканер наготове!
Они скользят в воде, и тут в Хафнера попадает ультразуковой заряд. Невероятно, но Манфред даже не ранен! Хотя с такими бронескафандрами, перефразируя знаменитую «Алису», «ещё до завтрака успеешь поверить в семь невероятных вещей». Немец продолжает двигаться как ни в чём не бывало, Эйлифф и Пинеда слегка задерживаются для разборки с ракожопом, но потом догоняют Бреме и Ревеню. Ворвавшись в субмарину через открытую площадку на третьей палубе, эта четвёрка сразу валит двух аликов, а полуминутой позже — ещё одного.
— Хавьер, вижу противника! — кричит в это время Хафнер. — Кто?
— Бортинженер, — отвечает Марильо. — Два.
«Два» — означает, что ракожоп не ранен, и нужно минимум два попадания или два тычка парализатором. Манфред стреляет, и выскочившая из-за его спины Аманда, уверовав в чудодейственность новых скафандров, летит с выставленным вперёд парализатором. Алик дважды стреляет в упор, но американка добегает. Всё-таки ранена…
В капитанской рубке на верху — ещё два противника. Одного срубает парализатором Пинеда, другого достаёт выстрелом Эйлифф, и после получаса муторного шмона Бреме встаёт у «Тритона» с парализатором «подвысь»:
— Ich bin gerecht… und gerächt!..[19]
К.ф.-м.н. Никита Проливин, 20 июля 2040 г.
Вот это неожиданность! Двадцать наших оперативников не расселись в семинарской, как обычно, а выстроились в парадной форме. А на столе перед полковником — два кортика. Кортики в X–COM полагаются от мичмана и выше, старшинам — только если наградные. Но награждать вроде не за что — уже неделю никаких боевых заданий. Значит, кого-то произвели в мичманы?
— Капитан-лейтенант Даниэль Сентено!.. Лейтенант Виктор Курченко!.. Мичман Карлос Агилера!.. Мичман Леон Пешё!..
Ура! Для Виктора равновесие восстановлено — теперь он и в X–COM лейтенант. Ох, это ж такой будет «вынос тела», как вояки отмечание очередного звания называют… А Леон тоже заслужил — без его идеи ещё долго не было бы у нас тех штучек, с которыми он же и пойдёт в бой.
— Поздравляю! — завершает торжественную часть Кабрал. — Вольно! Теперь послушаем учёных, у них очень важные для всех новости.
— Пульсарным гранатомётом теперь можно пользоваться в бою, — докладываю я. — На нём есть небольшой тактический экранчик, нужно зарядить гранатомёт выстрелом и задать несколько точек, между которыми будет распыляться взвесь мелких кристаллов з'ррбита. Потом нажимаете на спуск, и в заданном объёме произойдёт генерация пульсарных волн.
— А какое безопасное расстояние до ближайшей точки? — интересуется Тальбот.
— Если вы в магнитном бронескафандре — не меньше десяти метров. В упор стрелять точно нельзя! То есть можно, но только один раз. Кстати! Следите, чтобы между вами и первой точкой взрыва не было препятствий!
— А между точками?
— Тоже. Выстрел идёт по ломаной и оставляет в каждой точке часть взвеси кристаллов. Если будет препятствие, то все кристаллы окажутся именно около него.
— Огромное спасибо! — благодарит полковник. — Принимаем на вооружение. Приказываю: в бою заряжать только непосредственно перед выстрелом, а не в «Тритоне»! Оружие для субмарин на этом принципе разрабатывается?
— Да почти разработано. Взяли торпедный аппарат для «Уранов» и такой вот выстрел, только увеличенный. К сожалению, боекомплект — только две торпеды.
— Тогда лучше на такие пушки особо не рассчитывать, — заключает Кабрал. — Есть ещё одна новость, самая интересная! Профессор Номинханов, прошу!
— Мы исследовали тасотлей в плане псионики, — начал профессор. — Об их биологии пока известно немного, но сейчас нас интересовали прежде всего псионические способности. Они действительно есть, и довольно мощные, с учётом, конечно, индивидуальных различий между особями. Именно на тета-волны тасотлей настроены все контролирующие мозговые импланты остальных пришельцев. Более того, некоторые особи настолько сильны в этом смысле, что способны подавлять волю даже разумных существ без таких имплантов, то есть людей. Опять же — не всех, а только тех, у кого низкий порог внушаемости.
— То есть меня, например… — огорчённо вздыхает Веласкес.
— Да. Поэтому против тасотлей вам на задание лучше не выходить. Но перехожу к главному! Мы создали эмулятор их тета-волн и смогли в лаборатории перехватить контроль над имплантами блевоидов, а потом и жаберов. Естественно, возник вопрос: а нельзя ли сделать такой эмулятор для боевых заданий?
