давно восемнадцатилетняя пловчиха Кейти Ледеки побила собственный рекорд в заплыве на 1500 метров вольным стилем. Совершенно неожиданно это произошло во время предварительных соревнований в Казани. «Если честно, это был легкий заплыв, – рассказывала потом пловчиха. – Я была совершенно расслабленной». Однако Кейти не считает, что ее победа произошла благодаря потоку. «Я побила рекорд лишь потому, что упорно работала, а также была в отличной форме, как и сейчас».
Кейти занимается плаванием с шести лет. У нее репутация пловчихи, которая не жалеет сил на каждой тренировке и иногда даже тренируется с мужчинами. Кейти говорит, что три года назад она чуть не потеряла сознание во время заплыва на 1800 метров вольным стилем, в котором выиграла золотую медаль. «Многие не понимают одного, – говорила она после той медали, – то, что ты вкладываешь на тренировках, является твоим преимуществом на соревнованиях».
* * *
Вот моя собственная история легкой целенаправленной практики, когда я ощутила поток. Несколько лет назад со мной связалась продюсер Джулиет Блейк с предложением дать шестиминутную TED-лекцию[23].
– Конечно, – сказала я, – с удовольствием!
– Вот и отлично, – ответила Джулиет. – Когда будете готовы, мы устроим видео-конференцию и потом дадим вам обратную связь. Проведем небольшую репетицию, так сказать.
«Интересно… – подумала я. – Какая еще обратная связь? Какая у вас может быть реакция на мое выступление, кроме аплодисментов?» И ответила неуверенно:
– Хорошо.
Я приготовила текст выступления и в назначенный день связалась с Джулиет и ее начальником – руководителем программы TED Крисом Андерсоном. Глядя в глазок камеры над экраном компьютера, я произнесла свою шестиминутную речь и замолкла в ожидании заслуженной похвалы.
Но слов похвалы я от них не услышала.
Крис сказал, что потерялся в научных словах, которые я часто употребляла. В моей презентации было чересчур много сложных и непонятных слов и явный перебор картинок. И не было достаточно ясных примеров. Кроме того, он так и не понял, каким образом я из учителя стала психологом. Джулиет с ним согласилась. Она заметила, что в моем рассказе не было ничего захватывающего. Я неправильно построила свою презентацию, словно рассказала сначала концовку анекдота и только потом сам анекдот.
Ой-ой-ой! Все оказалось очень плохо. Крис и Джулия – люди очень занятые, и мне вряд ли представится второй случай, когда они захотят научить меня тому, что хорошо знают. Я даже начала сомневаться, кто лучше может выступить на тему упорства – они или я?
В общем, я поняла, что они – опытные мастера разговорного жанра, а я всего лишь ученый, выступление которого можно значительно улучшить.
Я переписала текст выступления и решила отрепетировать его, зачитав членам семьи, которые тоже были не в восторге от моей речи.
– А чего ты все время говоришь «Ну так вот»? – спросила меня старшая дочь Аманда.
– Да, мам, зачем ты это все время повторяешь? – встряла младшая дочь Люси. – И ты губу постоянно кусаешь. Не надо этого делать. Это отвлекает.
Я снова репетировала речь перед зеркалом и переписывала текст.
Наконец, настал день, когда я должна была снова зачитать свое выступление Крису и Джулии. Мой новый текст сильно отличался от старого. Он был гораздо лучше. Намного лучше. Вы сами можете посмотреть это выступление на YouTube и оценить. Это был настоящий поток. Вы можете долго искать на YouTube примеры плохих и нудных лекций, но, скорее всего, не найдете. Никто не хочет демонстрировать людям свой неудачный опыт. Все хотят похвастать качественным конечным продуктом.
После выступления я бросилась к мужу и свекрови, которые присутствовали на съемках, чтобы меня поддержать. Как только я подошла к ним, то громко заявила: «Пожалуйста, только похвала, и ничего больше!»
И они меня похвалили.
* * *
Немного позже я стала опрашивать упорных исполнителей и их тренеров, как они чувствуют себя, занимаясь целенаправленной практикой. Многие из них соглашались с Мартой Грэхам, что пытаться сделать то, что выше твоих сил, сложно, больно и во всех смыслах неудобно.
Тем не менее некоторые из них отметили, что осознанные целенаправленные занятия могут приносить большое удовлетворение, которое человек ощущает, не думая о будущем, а непосредственно в процессе занятия. И все же для описания целенаправленной практики я бы не использовала ни слово «удовольствие», ни слово «боль». Топовые исполнители, помимо прочего, отмечают, что полная противоположность целенаправленной практики, то есть бездумное повторение ряда действий тоже бывает в высшей степени неприятным.
Я некоторое время размышляла над этими противоречащими друг другу мнениями и решила снова обратиться к информации, собранной вместе с Эрикссоном у финалистов конкурса по правописанию. Я прекрасно помнила: ученики писали, что целенаправленная практика требует больших затрат сил и не особо приятна, но описания их ощущений очень различались между собой. То есть у каждого ученика было свое понимание и восприятие целенаправленных занятий.
Я стала внимательно изучать, как самые упорные участники конкурса воспринимали свою практику. Оказалось, они не только провели больше часов за осознанной практикой, но и оценили ее как более приятный метод и одновременно наиболее сложный. Получается, работая упорнее других, они в то же время получали от этих занятий больше удовольствия.
Сложно сказать, что именно означает эта противоречивая информация. Возможно, самые упорные ученики, занимаясь целенаправленной практикой, с годами привыкают к тяжелому труду, а также видят его результаты. Может, некоторые люди не любят идти простым путем?
Я не знаю, какое объяснение верно, но у меня есть подозрение, что оба справедливы и правдивы. В Главе 11 мы подробнее поговорим, почему субъективное ощущение усилия и напряжения может меняться, когда человек понимает, что он получит вознаграждение за свои труды. Я наблюдала этот феномен у своих дочерей, которые постепенно привыкли упорно трудиться, да и у самой себя.
С другой стороны, тренер Кейти Ледеки Брюс Геммелл утверждал, что этой пловчихе всегда нравились трудности и сложные задания.
– Я видел короткий видеоклип, снятый родителями Кейти во время одного из ее первых заплывов, – рассказывал мне Брюс. – Ей тогда было шесть лет, и она проплыла бассейн в длину всего лишь один раз. Она делает несколько гребков и хватается за канат, разделяющий дорожки. Потом снова делает несколько гребков и снова хватается за канат. Потом подплывает к бортику и вылезает из воды. Снимающий видео ее папа спрашивает: «Ну как? Как себя чувствуешь после своего первого соревнования?» Она отвечает: «Отлично!» И через пару секунд добавляет: «Было сложно». Но при этом она улыбается во весь рот. Вот какое у нее всегда было отношение к трудностям.
Брюс рассказал, что Кейти по собственной
