class="p1">Томас и Ковач переглянулись.
– Нам нужно место, где мы сможем проанализировать данные, которые вы скопировали, – сказал инспектор. – Место, не связанное с официальными структурами. Мерсье может иметь доступ к системам наблюдения Департамента.
– У меня есть идея, – медленно произнес Томас. – В этих тоннелях есть… сообщества. Люди, живущие вне системы. Беглецы, диссиденты, те, кто не вписался в "рациональное общество" Нового Вавилона.
– "Корневая община", – понимающе кивнула Майя. – Ты думаешь, они помогут нам?
– "Корневая община"? – нахмурился Ковач. – Впервые слышу.
– Неудивительно, – Томас взял один из работающих фонарей. – Они существуют вне официальных записей. Для системы эти люди либо мертвы, либо никогда не существовали.
– И вы предлагаете довериться этим… призракам? – скептически спросил Ковач.
– У нас немного вариантов, инспектор, – ответил Томас. – Мы не можем вернуться на поверхность – там нас наверняка ищут, особенно вас. Мерсье, вероятно, уже распространил информацию о "предательстве" инспектора, работающего с подпольными верующими.
Ковач мрачно кивнул: – В этом есть смысл. Как представитель системы, я вряд ли получу теплый прием у ваших подземных друзей, но другого выхода действительно нет.
– Они помогут, – уверенно сказал Томас. – Если мы объясним им ситуацию. Мерсье угрожает не только верующим, но и всем, кто не соответствует его представлениям о "правильном" обществе. А "Корневая община" принимает всех.
Он проверил фонарь и направил луч в темноту тоннеля за дверью: – Нам нужно двигаться на север, к старой транспортной развязке. Оттуда есть путь к их основному поселению.
– Ведите, профессор, – кивнул Ковач. – Но имейте в виду: если это ловушка, я буду действовать соответственно.
– Это не ловушка, инспектор, – устало ответил Томас. – Это, возможно, наш единственный шанс спасти тысячи жизней.
Они покинули техническое помещение и двинулись вглубь подземного лабиринта. Томас уверенно вел их, используя малозаметные метки на стенах – тайные знаки, оставленные подпольной церковью для своих. Маленькая рыба, высеченная в камне. Стилизованный крест, спрятанный в геометрическом узоре. Буква "альфа", сплетенная с "омегой". Для непосвященного – случайные царапины. Для знающего – надежные указатели.
После часа ходьбы по извилистым тоннелям они достигли обширного пространства, некогда бывшего подземной транспортной развязкой. Полуразрушенные платформы, ржавые рельсы, обвалившиеся своды – все говорило о долгих годах запустения.
– Мы почти на месте, – сказал Томас, направляясь к неприметному проходу в дальней стене.
– Стойте, – вдруг резко произнес Ковач, вскидывая руку. – Там кто-то есть.
Они замерли, вглядываясь в темноту. Луч фонаря выхватил несколько фигур, двигавшихся к ним от бокового тоннеля. Люди были одеты в потрепанную одежду, сшитую из различных материалов, лица частично скрыты импровизированными масками и респираторами – необходимость в условиях загрязненного воздуха нижних уровней.
– Не двигайтесь, – предупредил один из них, направив на них самодельное оружие, похожее на модифицированный электрошокер. – Кто вы и что делаете в наших тоннелях?
Томас сделал шаг вперед, подняв руки в знак мира: – Я Томас Лазарь. Ищу убежища и помощи для себя и моих друзей.
Фигура замерла, затем опустила оружие и сняла маску, открывая лицо пожилого мужчины с глубокими морщинами и внимательными глазами.
– Профессор Лазарь? – удивленно произнес он. – Подпольный священник? Мы слышали о вас.
– Значит, мы на правильном пути, – с облегчением ответил Томас. – Это Майя Чен, мой… коллега. И инспектор Александр Ковач.
При упоминании полицейского фигуры напряглись, а оружие снова поднялось.
– Инспектор? Вы привели полицию в наше убежище? – в голосе старика звучало недоверие и тревога.
– Он не враг, – быстро сказал Томас. – Мы все в опасности. Человек по имени Виктор Мерсье, заместитель директора Департамента когнитивного здоровья, планирует теракт, который затронет всех – и на поверхности, и под землей. Нам нужно место, где мы сможем проанализировать информацию и разработать план его остановки.
Старик долго смотрел на них, затем медленно кивнул: – Мы слышали о Мерсье. Жестокий человек, многие из нас пострадали от его "экспериментов". – Он повернулся к своим спутникам. – Опустите оружие. Они говорят правду.
Он снова обратился к Томасу: – Я Исаак, один из старейшин Корневой общины. Следуйте за нами. Совет должен услышать вашу историю.
Они двинулись вслед за подземными жителями, углубляясь в лабиринт тоннелей. После серии поворотов, подъемов и спусков по полуразрушенным лестницам они достигли неожиданно просторного помещения – бывшей подземной станции, преобразованной в подобие поселения.
Здесь жили десятки, может быть, сотни людей. Пространство было разделено на жилые секторы с помощью перегородок из найденных материалов. В центре располагалась общая зона с импровизированной кухней и местом для собраний. Повсюду горели лампы, работающие от самодельных генераторов. В воздухе витали запахи пищи, металла, старых книг и человеческого присутствия.
– Добро пожаловать в Ковчег, – сказал Исаак. – Наш главный анклав. Здесь живут те, кто не нашел места в "идеальном обществе" Нового Вавилона.
Томас осматривал поселение с удивлением. Он знал о существовании Корневой общины, но никогда не представлял масштаба их организации. Здесь были люди всех возрастов – от стариков до маленьких детей, рожденных уже под землей.
– Это… впечатляет, – произнес Ковач, явно потрясенный. – Как долго существует это место?
– С начала "когнитивных чисток", – ответил Исаак. – Почти десять лет. Сначала нас было всего несколько десятков – в основном бывшие ученые, художники, философы, чьи взгляды не соответствовали новой идеологии. Потом к нам присоединились религиозные диссиденты, политические беженцы, люди с "неэффективными" генетическими профилями, которым отказали в месте в "рациональном обществе".
– И вас никогда не обнаружили? – с недоверием спросил Ковач.
Исаак улыбнулся: – Система не ищет тех, кого считает мертвыми или несуществующими. К тому же, у нас есть своя защита – электромагнитные экраны, глушители сигналов, даже примитивная система раннего обнаружения. Мы научились быть невидимыми.
Он привел их в небольшое боковое помещение, оборудованное как примитивный конференц-зал. Там уже ожидали несколько человек – судя по всему, тот самый Совет, о котором говорил Исаак.
– Садитесь, – пригласил старик. – Расскажите нам, что происходит наверху.
Томас, Майя и Ковач по очереди изложили все, что знали о плане Мерсье – его "исправление" исповедовавшихся грешников, похищение Майи, модификация нейроизлучателя для воздействия на участников Празднества Разума.
– Это безумие, – произнесла женщина средних лет, представившаяся как Доктор Сьюзан, бывший нейробиолог. – Технология нейроизлучателя была разработана для подавления определенных нейронных паттернов, связанных с религиозным мышлением. Перепрограммировать ее для стимуляции этих же паттернов теоретически возможно, но эффект будет непредсказуемым. Это может вызвать не просто религиозное переживание, а полный психоз у тысяч людей.
– Именно этого он и добивается, – мрачно сказал Томас. – Хаоса. Разрушения самих основ рационального общества. Он видит себя инструментом апокалипсиса и возрождения.
– У нас есть данные, которые могут помочь понять его план более детально, – добавила Майя, доставая кристаллический чип. – Нам нужно оборудование для их анализа.
