напоминало… И несло от него соответствующе….
Ну да! Я стоял и рассматривал его. А как было оторваться? До этого я в жизни не видел ничего ужаснее. Эти мёртвые глаза припечатали меня к стене.
Я и не заметил, как снёс ногой урну и теперь стоял в мусоре.
У моих ног валялись смятые бумажные полотенца со следами крови. И ещё там были зубы! Не этот ли человек откашливал их, мучаясь в агонии?
Я увидел столько всего мерзкого, и лишь теперь к горлу подступила тошнота. Казалось, сейчас меня наизнанку вывернет. Я подбежал к раковине. Желудок был пуст, горло только спазмировало. Но я кашлял и чувствовал, что передние зубы шатаются…
Симптомы! Зараза уже проникла в моё тело. И я опять побежал к выходу, стал барабанить по двери, кричал: «Откройте! Мне нужна помощь! Вызовите врача!».
Никто не открывал. Меня осеняли догадки: что-то случилось… Вспышка новой чумы, от которой вздуваются чёрные нарывы, выпадают зубы и… пропадает память?
Меня заперли в туалете, как заражённого. Я хотя бы жив, а другого парня задушили.
Хотелось верить, что думать так преждевременно. Однако моя рука странно зудела. Я взглянул на тыльную сторону ладони и увидел чёрный нарыв! Кожа вздувалась прямо на глазах. Волдырь уже стал размером с лесной орех.
Я по привычке вернулся к крану. Хотелось смывать с себя заразу, но воды не было.
Нарыв дёргал болью от любого прикосновения. Стоило чуть сжать его пальцами, и он лопнул, брызнув чёрным гноем мне в лицо! В раковину потекла вязкая жидкость. Запах мёртвой крови…
Ощущения были такими, словно под моей кожей бегают миллионы мелких насекомых. Я чувствовал отвращение к собственному телу. Хотелось содрать с себя всю заражённую плоть и оставить голые кости.
Как это было гадко, омерзительно и страшно.
Что я думал? Казалось, миру конец! Если эта липкая гадость натекла из-под порога, значит и снаружи всё то же самое. Спасения нет. И мне поздно думать о поиске безопасного места, ведь инфекция уже внутри меня.
На руке появился ещё один нарыв. И я был в ужасе от того, что мне выпало сдохнуть в вонючем сортире, так и не узнав ничего о происходящем.
Но оказалось, что я там не один. Что-то шумело в кабинках. И не в той, где сидел мертвец! Хотя мне думалось, что остальные были пусты…
Звуки такие, будто кто-то скребёт руками по унитазу. И я спросил: «Кто здесь?».
Нет, я не испугался. Что могло сделать ситуацию ещё хуже? Мне хотелось просто увидеть другого человека, чтобы почувствовать себя немного спокойнее. Хоть бы кто-нибудь сказал мне слова утешения.
У меня вылетело из головы, что в туалете придушили парня. Из-за паники не сумел сложить два и два, чтобы догадаться – это и мог быть убийца…
На мой вопрос не ответили, а звуки только нарастали. Что-то происходило в средней кабинке. Я подошёл и распахнул дверцу. Ох, что там было!
Из унитаза торчали руки! Тонкие, грязные, с длинными чёрными ногтями. Пальцы хватались за ободок, локти дёргались…
Я сейчас улыбаюсь, но это нервное… Мне было не до смеха. Что-то выбиралось наружу из унитаза. Над ободком показалась верхушка головы, мокрые волосы. Выглядело безумно! Кто мог пролезть в узкую трубу?
На меня смотрели жуткие глаза. Чёрные бездонные зрачки, а белки, воспалённые от воды. Это был человек… Да я сам не верил тому, что вижу. Думал, брежу из-за лихорадки.
Из унитаза поднималась девушка или женщина… Её черты были неразличимы из-за гниения кожи. Она выглядела хуже трупа. Вся сморщенная, покрытая слоем нечистот. По её лицу стекала коричневая слизь.
Эта нежить выползла наверх уже по грудь, потянулась рукой ко мне и сплюнула нечистую воду. Слишком натурально всё выглядело для галлюцинации. Она была как настоящая!
Её пальцы, её ногти. Кто кроме неё мог задушить того парня? Теперь пришёл мой черёд!
Грязная нежить ещё не выбралась, а уже пыталась за меня ухватиться. Я ударил ногой по дверце так, чтобы этой твари попало по башке, а потом заметался по туалету. Как защититься от неё?
В углу рядом с раковиной стояла швабра с грязной тряпкой. И когда гниющая дама выбралась из кабинки, я был готов её ударить.
Размякшая плоть висела на её костях. Куски отваливались при каждом шаге. Нежить таращила глаза, шевелила губами и казалось, что она говорит что-то вроде: «Пошёл прочь!». Но при этом она тянулась к моей шее.
Я толкал её шваброй и кричал: «Отвали!», «Не лезь ко мне!», «Да уйди ты!», «Что тебе надо?!».
Гниющая дама пёрла и пёрла на меня, оттесняла к стене, зажимала в угол.
Я занёс своё орудие над головой. Хотел треснуть ей по черепу. Надеялся, что у неё башка отвалится. Но нежить вильнула в бок. Швабра ударилась об пол и переломилась.
Вся моя рука уже была покрыта чёрными волдырями. Тело сотрясалось от озноба, а я всё ещё боролся за свою жизнь. Или хотел выбрать другую смерть – не от её грязных зловонных рук.
Но казалось, у меня не было выбора. Нежить загнала меня в угол, и мне осталось только закрыть глаза и терпеть.
Я был готов, что сейчас холодные ладони лягут на мою шею, острые ногти проткнут горло. И даже хотелось, чтобы это побыстрее случилось. Поскорее отмучиться!
Ничего не происходило. Она как издевалась и оттягивала мгновение.
В туалете стало темно. Я на секунду подумал, что ослеп. Но нет – из-под порога расходился веер света.
А эта гнилая нежить куда-то исчезла. Я долго стоял в углу. Просто не знал, что делать дальше. Думал, обречён – в любом случае умру от неизвестной болезни и дверь закрыта.
Но потом я решил проверить ещё раз. Толкнул – открыто! Свет прожекторов бил мне прямо в лицо. Я шагал вперёд, но ничего не видел. Только потом понял, что нахожусь не в баре, а в просторном пустом помещении. И никакой музыки вокруг. Всё казалось незнакомым.
Ко мне подбежали ваши сотрудники… на них были комбинезоны. Я принял их за медиков. Меня взяли под руки и повели куда-то. Думал эвакуируют из заражённого объекта.
Но на них не было масок. Они не боялись прикасаться ко мне голыми руками. Меня отвели в небольшую комнату, усадили на кушетку, слушали сердце, замеряли давление, проверяли зрачки.
И на вопрос: «Как вы себя чувствуете?», я ответил, что заразился и, похоже, умираю. Просил срочно вколоть мне что-нибудь от этого вируса.
Один ваш сотрудник, сказал другому, спокойным
