я появлюсь, может что-то и получится, — задумчиво произнёс Газиз, встал со стула и покинул комнату.
Я же попросил рабыню, чтобы она смочила мои раны на спине водой, надо было убирать засохшие корки ран. Рабыня сделала всё аккуратно. Я пробовал узнать у неё имя, но молодая женщина отрицательно покачала головой, так и не назвав мне своего имени.
После ужина, я достаточно плотно поел, я отдыхал, за окном солнце зашло, смотреть там не на что. Я прилёг на кровать и задумался, над тем, сможет Газиз провести меня тайно или нет.
— Собирайся, попробуем проскочить незаметно, — негромко сказал Газиз, как только вошёл в комнату, которую мне определили в виде жилья и лечебницы.
Я сложил в поясную сумку артефакты, которые успел зарядить, да и в запасе кое-что имелось. В этот момент вспомнил о своём амулете «невидимка». Эх, зря я его в рюкзак положил, когда мы возвращались последний раз с егерями из сумрака. Сейчас бы не думал, как сбежать из своего плена. Но чего нет, того нет. Я даже вздохнул с сожалением. Пристроив свою сумку на поясе, посмотрел на Газиза, говоря всем своим видом, что готов. Ортарин осмотрел меня, велел надеть на голову головной убор кочевников, надвинуть на лоб, чтобы немного скрыть лицо.
— Сейчас темно, не должны обратить внимание, старайся держаться за моей спиной, — дал мне распоряжение Газиз и мы вышли из комнаты.
По пути к комнате, где лежал больной Снор, нам встречались рабы, слуги и даже воины, но никто толком не обращал на нас внимание. Газиз нерядовой воин, лишний раз к нему с вопросами не подходят. В общем добрались без приключений, меня похоже никто не приметил. Когда вошли в комнату к Снору, я сразу почувствовал запах болезни. Больше скажу, не просто болезни, а явное заражение. Присел рядом с лежанкой Снора, гигант лежал на животе. То ли спал, то ли был бес сознания. Я посмотрел на Газиза, тот молча пожал плечами. Больше не отвлекаясь, использовал истинное зрение, чтобы осмотреть больного. Диагноз для Снора неутешительный. Началось заражение тканей на спине, всё идет к тому, что у Снора раневая инфекция. Возможно, уже гангрена, вполне вероятно, что гигант просто умрёт, если не оказывать помощь. Для начала я прочитал заклинание и запустил волну энергии на рану, чтобы затормозить и снять воспалительный процесс. Достал нужный артефакт и пристроил на спине у Снора.
— Газиз, надо, чтобы никто не обратил внимание на артефакт, а завтра почистить раны, промыть чистой водой. Вечером мне снова сюда прийти следует, за день я подготовлю усиленный артефакт, чтобы полностью убрать заражение ран. Найдёшь кому доверить такое дело, чтобы не болтали лишнего? — вопросительно посмотрел я на Газиза.
— Сделаю, одну из тех рабынь, что за тобой ухаживали поставлю, она всё сделает незаметно, не сомневайся, — тихо ответил ортарин.
— За ночь артефакт опустеет, пусть она мне его принесёт, в течении дня я сделаю зарядку, выберу время, — так же тихо добавил я.
Мы вернулись в мою комнату, ошейник Газиз на меня одевать не стал. Так что после его ухода, я сел в позу медитации и взялся за своё лечение. Себя надо поставить на ноги за день, максимум за два. А вот со Снором придётся повозиться.
На следующее утро рабыня принесла использованный артефакт, когда подавала мне завтрак. Я себя чувствовал значительно лучше. Сегодня днём займусь собой, а вечером надеюсь посетить Снора. Я достал из сумки очередной артефакт и подал рабыне.
— Незаметно положи прямо на спину Снору, часа через три забери и верни мне в обед, — велел я рабыне, имперский язык она понимала.
Девушка молча кивнула, что поняла меня. В этот день я занимался чисто собой, запускал заклинания лечения. Два раза посидел в медитации, чтобы восполнять свои силы. Ну и конечно же плотно кушал. Газиз организовал на мой стол овощи, фрукты и много мяса. Для питья приносили сок, не нравится мне местный кумыс. Вечером мы с Газизом вновь посетили Снора, он по-прежнему без сознания, но оздоровление уже началось, я запустил процесс вполне удачно. Зато с утра началась моя работа по приёму больных, которых скопилось за время моей болезни достаточно много. В основном это рабы или воины Орбал-хана. Сам хан всё ещё в Астане, Газиз отправил к нему посыльного с сообщением о том, что я оклемался и приступил к работе. Посетил родича Газиза, здесь процесс двигается по плану, через месяц у ортарина будет новенькая рука. Что я ещё заметил, у местных кочевников высокий уровень восстановления организма от ран. С такими работать проще. Например, отращивание руки происходит значительно быстрее, нежели это происходило бы у имперцев. Скорей всего регенерация тканей организма очень высокая. Дни стали походить на рабочие будни. Днём я занимался лечением, после наступления темноты посещал Снора в сопровождении Газиза. Так прошло три дня. С утра привезли трёх орков, явно чистокровные, расположили их в комнатах отдыха охраны дворца. Я приготовил смесь для восстановления конечностей, слепил нужные макеты и закрепил инвалидам шиной. Артефакт у меня был один, но я обратился к Газизу, чтобы он принёс мне костей сумеречных монстров не ниже четвёртого класса, что было сделано в течении трёх часов. Я сделал ещё пять артефактов для отращивания рук и ног. Дело пошло. Меня особо не дёргали, даже разрешили прогулки во дворе дворца. В очередной раз пришли к Снору, я обнаружил, что гигант в сознании. Лежит на животе, голова повёрнута в мою сторону. Сам Снор смотрит на меня вполне осмысленным взглядом.
— Скажи, лекарь, зачем ты вытащил меня из лап смерти, я уже приготовился уйти в долину духов? — хрипло спросил меня Снор.
— Как ты сказал, я лекарь, а значит должен лечить, может таково моё предназначение, хочу стать целителем, а для этого нужно много работать, — ответил я.
Снор помолчал некоторое время, видимо собирался с силами. Я между делом заменил ему артефакт, закрепил и активировал. Зачитал заклинание, чтобы усилить эффект лечения. Как только я закончил с заклинанием, Снор заговорил.
— Газиз, выйди, я хочу поговорить с лекарем без свидетелей, — обратился Снор к ортарину Газизу.
Газиз несколько секунд думал, но всё же вышел. Снор вновь помолчал, собираясь с силами, было заметно, что говорит он с трудом.
— Мать Газиза была моей кормилицей, потому мы с ним почти братья, — тихо произнёс Снор.
Чтобы
