набраться сил. Горгульи выносливы и могут обходиться без сна и еды долгое время, но это истощает организм, а я чувствую, что силы мне ещё понадобятся.
Просыпаюсь от непонятного звука где-то поблизости. Солнце стремится к закату, значит, пора начинать поиски. Но не успеваю даже встать, как меня ослепляет яркая вспышка, а дальше пустота.
Прихожу в себя в каком-то странном помещении. Я ощущаю своё тело, но это становится проблемой. Запястья горят адски. Подобной боли не испытывал очень давно и уже успел забыть насколько гадское это ощущение. Перевожу взгляд на руки и вижу, что прикован массивными цепями к потолку. Широкие металлические браслеты, испещрённые странными символами, заставляют кожу покрываться кровавыми волдырями. В теле непривычная слабость, но я пытаюсь собраться. Что со мной сделали?
На полу под собой вижу огромные светящиеся круги с такими же письменами, как на браслете. Тот, кто притащил меня сюда, прекрасно знал, что делает.
- Очнулся? – раздаётся мужской голос где-то сзади. Из-за положения тела не могу посмотреть, кому он принадлежит.
- Что вам от меня надо?
- О, от горгульи нам не нужны услуги. Но ты послужишь отличным стимулом к сотрудничеству для одной милой девушки.
- Лина, - выдыхаю. – Что вы с ней сделали? Где она?
- Твой источник сейчас совершает увлекательную прогулку по нижним этажам нашей обители. Знакомится с той роковой шкатулкой, которая сделала тебя таким. А заодно и с её хозяином.
Мужчина средних лет, наконец, появляется передо мной. Его лицо, не по возрасту изрезанное морщинами, не выражает ни одной эмоции.
- Трорзар, - произношу ненавистное имя, которое, думал, уже никогда не услышу.
- Да, он у нас. А ещё Трорзар точно знает, как твоя девка связана с артефактом. И он расскажет нам.
- Не будьте так самонадеянны, - издаю смешок. – Этот демон никогда не станет сотрудничать. У него на уме только собственная выгода. Вам не заставить его работать на вас.
- Станет. Просто даже догадываться не будет, что это делает.
- Демон? – начал смеяться, поражаясь тупости этих недомагов. – Да он в курсе каждой мысли, которая когда-либо возникала у вас в голове. Трорзар знает всё и обо всех. Его невозможно обхитрить. Скорее, это он затеял с вами игру. Считаете, что сможете выиграть? В таком случае вы непроходимо тупы.
- Замолчи! – цедит мужчина, и в тоже мгновение кандалы начинают жечь с такой силой, что кожа под ними становится чёрной. Помимо воли издаю стон. Перед глазами начинает плыть. – Думаешь, такой умный и всё знаешь? Нам удалось тебя пленить без особых трудов. Мы заточили здесь Трорзара! Если он знает всё и обо всём, то почему не предотвратил свою поимку?
- Возможно, ему просто выгодно это пленение.
- Выгодно находиться здесь несколько веков, испытывать муки от магических оков? Ты бредишь!
Я молчу, не пытаясь разубедить мужчину. Мне только страшно за Лину. Это чувство ещё теплится в груди. Если Трорзар хотел, чтобы её привели к нему, то она в большой опасности, а я не могу сейчас ничего сделать.
Меня оставляют в одиночестве. Когда они приведут Лину ко мне, когда выставят свои требования? Я жажду её увидеть вновь и в то же время не хочу, чтобы она меня видела в таком положении. Защитничек…
Через какое-то время сознание начинает плыть от адской боли в руках. Кажется, что мясо уже прогорело до самых костей. И наверняка эти люди не планируют оставлять меня в живых, даже после того, как Лина им поможет.
А захочет ли она помогать? Я только и делал, что тиранил её, принуждал, угрожал. Она лишь подстраивалась под жизненные реалии, чтобы сохранить себе жизнь. Начинаю периодами проваливаться в темноту, а когда прихожу в себя, мне грезится её лицо. Она то печально смотрит на меня, то безразлично, то зло. Каждый раз моё сознание выстраивает новую картинку. Я не понимаю, сколько прошло времени. Почему Лина не приходит? А может быть, какой-то из образов был настоящим, и она уже была здесь?
Я чувствую, как силы покидают меня, как я превращаюсь в беспомощного, жалкого человека. Такое ощущение, что проклятие выжигает меня до конца, не оставляя в теле жизни. А я почему-то за неё цепляюсь, хотя уже много раз мечтал о том, чтобы всё закончилось.
Не понимаю, сколько я уже нахожусь здесь. День, два, неделю? Меня оставили в одиночестве, сходить с ума от собственных мыслей. Отличная пытка для существа, которое почти не чувствует боли физической и не способен испытывать душевную. Я, в который раз, проваливаюсь в темноту, а придя в себя, снова вижу лицо моей солнечной девочки. На этот раз она смотрит на меня глазами полными ужаса и плачет.
- Крис! – кидается на колени передо мной и обхватывает моё лицо холодными дрожащими ладонями. Видение столь реально, что я не хочу снова терять сознание, хотя боль, растекающаяся по рукам до самого позвоночника, просто невыносима.
- Лина, - шепчу еле слышно. – Не уходи. Побудь со мной, пожалуйста. Хоть немного…
- Крис, я побуду. Я всегда буду с тобой, только помоги мне. Нам надо выбираться отсюда!
Лина нежно целует меня и гладит по волосам.
- Ты пришёл за мной, - плачет, пытаясь поднять меня на ноги. Но у меня нет сил, чтобы ей помочь.
И тут передо мной возникает Трорзар.
Глава 20
Лина
Символы летают вокруг меня всё быстрее и быстрее, создавая мельтешение, перерастающее в светящийся вихрь. Меня отрывает от пола и куда-то несёт, как домик Элли, увлекаемый торнадо. Странно, но я не чувствую дискомфорта, да и страха почти нет. Какое-то необъяснимое спокойствие и осознание, что со мной ничего плохого не произойдёт.
И через несколько секунд моего необычного полёта всё мгновенно прекращается. Я оказываюсь в очень странном месте. Понимаю, что это точно не Земля. Всё вокруг окутано красноватым туманом, который размывает контуры предметов, делая их почти миражами.
Вот рядом со мной камень величиной с человеческий рост. Он блестит от влаги, оседающей на него и будто колышется в пространстве. Видимость сохраняется на расстоянии всего шагов двадцати, поэтому решительно не понимаю, что мне делать и куда двигаться? Вроде бы место, в котором я оказалась, напоминает странный лес или опушку, я с уверенностью сказать не могу. Но за камнем тянется гряда исполинских деревьев с голой кроной. Такое ощущение, что всё здесь мертво,
