часто встречаются в народных сказках. Соответственно колебаниям в древнейших представлениях Солнца то юношей, то девой, и в сказках оно является – то как златовласый царевич, то как царевна – золотая коса, непокрытая краса или Ненаглядная Красота. Царевна Ненаглядная Красота[454] живет в золотом царстве – там, где восходит ясное солнышко; она совершенно тождественна с Василисой – царевной[455], которая обитает там, где солнце из моря подымается, и плавая по морю в серебряной лодочке – гребет золотым веслом. Про эту царевну рассказывается у всех индоевропейских народов: немецкие сказки[456] знают королевну с золотыми косами, живущую далеко за морем; венгерская сказка[457] говорит о морской деве, которая выходит из глубины морских вод, каждое утро купается в
молоке и тело ее получает от того такую нежность, как будто бы она снова народилась на белый свет. Из одного источника с этим сказанием создался греческий миф о рождении Афродиты из морской пены, и индийский[458] миф о рождении красавицы Лакшми, супруги Вишну, в волнах млечного моря. У славян и литовцев Солнце представлялось богиней; дворец ее был на востоке; она ездила по небесному своду в золотой колеснице, и утружденная дневным путешествием, запыленная земным прахом, купалась вечером в море и поутру снова являлась ясною и светлою[459]. У малороссов до сих пор существует поговорка: «Сонце ся в море купае». По греческому преданию, Гелиос, после дневного странствования, спускался к западу на усталых конях, жаждущих успокоения в волнах того всесветлого океана, что обтекает кругом всю землю. Точно также древненемецкое предание свидетельствует, что ранним утром Один выводит солнце на небо, а ночью вместе с ним погружается, в море и на корабле плывет в подземное царство. Чрезвычайно интересна южнорусская сказка о
морской пани Анастасии Прекрасной[460]: добрый молодец отправляется в ту далекую сторону, где ночует Солнце, приезжает в его терем, построенный над синим морем, и спрашивает царя Солнце: зачем он переменяется три раза в день? Солнце отвечало: «есть в море Прекрасная Анастасия; когда восхожу я утром, она брызнет на меня водою – я застыжусь и покраснею; потом, поднявшись на высоту, я посмотрю на весь божий свет – и мне станет весело; а вечером, когда захожу, Анастасия снова брызнет на меня волною – и я опять покраснею.» Олицетворяя солнце и юношей и девою, фантазия создала это поэтическое сказание о влюбленной чете, при чем прекрасный образ девы-Солнца слился с представлением утренней и вечерней зари.
Известный миф, будто Солнце, нарождаясь ежедневно, восходит поутру прелестным младенцем, мужает в полдень и к вечеру погружается в океан дряхлым стариком, – также не забыт в русских сказках, и дедушка – золотая головушка, серебряная бородушка играет в них не последнюю роль[461]. Чешская сказка повествует о добром молодце, которого король послал за тремя золотыми волосами Деда-Всеведа; он пришел в золотой замок и нашел там вещую старуху-судицу, которая сказала ему: «Děd-Vševed je muj syn – jasné Slunсe: rano je pacholatkem, v poledue mužem a večer starym dědem». Вечером прилетело в светлицу западным окном Солнце – Starý dědeček se zlatou hlavou, и заснуло на коленях своей матери; а рано поутру, вместо старика, пробудилось krasné zlotovlasé ditě – boži Slunéčko, и вылетело восточным окном на белый свет[462].
Прекрасная царевна-Солнце в одной из русских сказок является под именем Марьи-Моревны (дочь моря). Содержание сказки таково: прилетают Сокол, Орел и Ворон, сватаются за трех царевен и уносят их в свои далекие царства. Эти птицы олицетворяют в своих образах естественные явления природы, неразлучные с летними грозами; самый прилет их сопровождается темными тучами, вихрем и молнией. Народный эпос заставляет своих героев возвращаться из подземного царства на крыльях баснословной птицы, которая столь огромна, что затемняет собою солнечный свет, и летит быстрее стрелы, пущенной с тугого лука. Бурное дыхание ветров, нагоняющих на небо тучи, издревле уподоблялось птичьему полету, и миф иначе не представляет вихри и ветры – как существами крылатыми. Отсюда понятно, почему под крыльями сказочной птицы хранятся пузырьки с живою водой (дождем[463]), почему стоить ей только дунуть и плюнуть на отрезанные икры молодца – и они тотчас же прирастают к его ногам. В сказке о Марье-Моревне Орел (Носитель Зевсовых громов) воздымает бурю и с помощью своих товарищей оживляет убитого царевича: Ворон приносит целящей, а Сокол живой воды. В других сказках, вместо этих чудесных птиц, прямо выведены силы природы под собственными своими названиями, так в сказке – о Федоре Тугарине – сватаются за красавиц и уносят их с собой Ветер, Град и Гром. Тех же мифических героев, только с заменой Града – Дождем, встречаем и в сказке про Ивана Белого[464]; женившись на трех сестрах царевнах, они учат брата их – царевича великой премудрости: Гром научает его грохотать в поднебесье, Дождь – лить потоки и топить города и села, а Ветер – дуть, царства раздувать да хаты перевертать. Во́рона Во́роновича народный эпос ставить наряду с Солнцем и Месяцем; так, по свидетельству одного предания, все они трое женятся на родных сестрах[465]. Красные девицы, которых сватают и уносят названные герои, суть небесные светила. Закрытие блестящих звезд, луны и солнца темными облаками на языке метафорическом называлось похищением ненаглядных красавиц драконами, великанами, добрыми мо́лодцами, Орлом, Соколом и Во́роном, и вступлением с ними в насильственный или добровольный брачный союз. В некоторых вариантах уносимые вихрем девицы прямо называются Луной и Звездой.
Выдав своих сестер за Орла, Сокола и Во́рона, царевич идет посмотреть на их житье-бытье, и на пути женится на Марье-Моревне; но брак их не продолжителен: Марью-Моревну уносит Змей, или по другим сказкам – Кощей Бессмертный, оба равно опасные похитители сказочных красавиц. В польский сказке[466] król podziemny Kościéj niesmiertelny заступает место Морского Царя. Змей и Морской Царь (в его первоначальном значении) – дожденосная туча, помрачающая солнечный свет. Сказка представляет Змея скованным: в крепко запертой комнате дворца он висит на железных крюках и цепях, что означает тучу, окованную зимним холодом (смотри ниже), и только тогда срывается с них, когда вдоволь напьется воды, т. е. весной. Вода, наделяющая его такой громадной силой, что ему нипочем разорвать железные цепи, есть дождь; в одной сказке она названа живой водой[467]. Согласно с этим представлением Змея в зимних оковах, ему дается название Кощея. Имя Кощей родственно с словом кость (переход звуков cт в щ очень обыкновенен, напр. расти –
