а она совершенно не замечала его. Было немного неловко.
Мы снова смеемся и начинаем наперегонки рассказывать дурацкие случаи, связанные с Tinder.
Он рассказывает о девушке, которая без конца спрашивала его, как часто он писает сидя, а потом призналась, что ставит рядом с кроватью большую кружку с логотипом «PG Tips»[56] и писает в нее, не утруждая себя походом в туалет. Я рассказываю ему о парне, который через полчаса после начала свидания спросил, нравится ли мне, когда у меня сосут пальцы на ногах. И о том, как потом он романтическим голосом поведал, что в тот день не занимался мастурбацией, как обычно, поскольку берег себя для меня.
И так далее.
Когда мы выходим из ресторана, морозит, на улице стоят последние клиенты, и Натан обнимает меня.
— Было весело, — говорю я, меня опять охватывает страх. Что сейчас происходит? Прежде у меня не было ни одного свидания, которое мне действительно понравилось бы.
— Да, правда, было весело, — улыбается он и мимоходом добавляет: — Не хочешь зайти ко мне? Отсюда всего несколько минут ходьбы.
Он кивает на главную улицу, а я в нерешительности стою на дороге. Мне действительно нравится Натан, он веселый и сексуальный, но я представляю себе ухмылку Джоша. В этом-то и состоял его план. Я рисую в своем воображении, как утром приползаю домой с туфлями в руках, и слышу, как Джош радостно кричит, что Натан добился именно того, чего хотел. Но кому какое дело, что, заманив меня сюда, он пошел на хитрость, верно? Все мы, любители секса, ведем себя как животные и не должны этого стыдиться. Или должны?
К тому же я побрилась.
Но, если я пойду к нему, он решит, что я распутница.
Это абсолютно старомодно и смешно. В любом случае разве вызвал бы у меня интерес парень, осуждающий меня за то, что я так поступаю?
Я поеживаюсь.
Но он расскажет своим друзьям, что я дала ему на первом же свидании.
А мне какое дело?
Но он почти нравится мне, и Джен отчитает меня.
Я возбуждена.
Но он осудит меня.
Натан кажется слегка растерянным. Мой внутренний монолог слишком затянулся, и, вероятно, я строила рожи.
— Пойдем, тут недалеко, — говорит он, беря меня за руку. — Я не хочу, чтобы все сейчас закончилось, мы можем просто поболтать. У меня в холодильнике есть вино.
О, как предусмотрительно. Я снова колеблюсь.
— Э, на самом деле все отлично, — слышу я свой голос. — Я поеду домой, с утра у меня много дел, и прежде всего мне нужно навестить отца. Все было замечательно, но… ты понимаешь.
Он как будто в смятении.
— Мне не хотелось быть назойливым, просто я подумал, что мы могли еще выпить, — словно защищаясь, говорит он.
— О, я понимаю, только… лучше я вызову «Uber», — говорю я, вынимая телефон. Натан пристально смотрит на меня уже не обольстительным взглядом, а так, словно готов убить. Внезапно мое желание уехать домой крепнет.
Он вздыхает, когда я открываю приложение. Машина в двух минутах езды отсюда.
— Хорошо, — холодновато говорит он. — Я подожду вместе с тобой.
Мы стоим и неловко молчим, и я чувствую себя очень разочарованной. Разочарованной его реакцией и разочарованной самой собой. Видимо, я, сама не зная как, испортила весь вечер.
Нужно что-то сказать.
— Я… — Сигналит машина, подъезжая. Мое такси.
Натан открывает мне дверцу и чуть натянуто улыбается.
— Извини, — выдавливаю я из себя, а потом ненавижу себя за это. — Я прекрасно провела время.
Он кивает.
— Я напишу тебе SMS.
Он действительно присылает мне SMS. Когда через двадцать минут я вылезаю из машины у своего дома, мой телефон вибрирует.
Привет, Элли, я отлично провел вечер, но не думаю, что мы подходим друг другу, прости. Будь осторожна. Удачи в поисках. Пока.
Я роняю телефон в сумку, словно он обжигает меня. Уф. УУУУУУф. Что это такое? Все потому, что я отказала ему в сексе? Мне что, снова шестнадцать, чтобы меня бросал парень за то, что я не захотела трахнуться с ним? Впервые я действительно приятно провела время на свидании. Встретила мужчину, с которым у нас возникло взаимное влечение. И меня оттолкнули. Тогда какой смысл во всем этом? Ясно, что я никогда не встречу никого приличного.
Слава богу, Джоша нигде не видно, когда я тащусь в свою комнату и падаю на кровать.
Я так оскорблена. Сколько неоднозначных сообщений получают женщины в наше время. Я снова и снова повторяла себе, что никогда не найду любовь, продолжая заниматься сексом, чтобы весело провести время. И вот я прекращаю заниматься сексом, чтобы весело провести время, а меня по-прежнему отталкивают.
Мне нужно было просто заняться с ним сексом.
Нет! Это глупо! Хорошо, что я не пошла к нему. Потом я чувствовала бы себя еще более униженной, я бы подумала, что понравилась ему, а на следующее утро получила бы то же самое сообщение.
Не знаю, что и думать. Нам было весело, верно? Только он так внезапно взбесился. Какая досада.
Вот дерьмо. Уф.
Я реву, уткнувшись в подушку, высчитывая, сколько сейчас времени в Калифорнии.
Половина пятого, это означает, что Джен привезла дочку из школы. Я звоню ей.
— Что?
Джен всегда так отвечает по телефону.
— Привет. Как дела? Что делаешь?
— Занята. — Она не занята. — Как у тебя дела?
— Хм, полагаю, что нормально. Я просто хотела поздороваться с тобой.
Она с подозрением спрашивает:
— Зачем?
Я шмыгаю носом.
— Я только что вернулась со свидания. Удачного и очень неудачного свидания. Мне очень грустно, это так изматывает, он просто морочил мне голову. Мне нужна была поддержка, я хотела услышать дружеский голос, в общем, я не знаю, зачем звоню тебе.
— Я могу поддержать тебя, если захочу, — возмущенно говорит она. — Не моя вина, что ты отказываешься от помощи. Ты такая же глупая, как папа. На днях я предложила познакомить его с мамой моей подруги. Она славная и живет совсем рядом с ним. Она тоже вдова, то есть у них много общего. Я все устроила, но вместо того, чтобы дать ей шанс, он только жаловался, вернувшись домой.
Я оживляюсь, думая о том, что завтра услышу обо всем от папы. По крайней мере, он тоже прошел через ад, сходив на свидание.
— На что он жаловался? — спрашиваю я.
— Ох, ну, знаешь, обычные отговорки: «Джен, она слишком стара для меня. Ей восемьдесят два года. Джен, она ничего не слышит, потому что у
