ярости, прогрызавшей путь наружу, — уходи.
Я резко вскинул голову и взглянул на тонкую фигурку, обнимавшую себя руками. Арина больше не смотрела на меня. Она отошла к окнам: ночи больше не такие белые, но все еще светло, несмотря на позднее время.
Мне стало страшно. За нее. Если бы не знал, что это все спектакль… Дурные мысли проникли в голову, отодвигая жажду мести. Я сделал шаг к ней, руки буквально вибрировали желанием обнять, прижать к себе, утешить. Какой же я слабак! Пару эффектных слезинок и картонных страдающих поз и готов простить ей все.
Резко развернулся, ушел. Захлопнул дверь и отрезал себя от этой женщины эмоционально. Она никто для меня! Если докажут, что сливала информацию, то предстанет перед судом вместе с подельником. Никакой милости и снисхождения! Именно так решил, лбом упираясь в дверь ЕЕ квартиры…
Глава 21
Арина
Как только шаги затихли и хлопнула дверь, я рухнула на пол сломанной куклой. Еще недавно казалось, что у меня выросли крылья, а сейчас их выбрали с мясом и жилами.
— За что… — прошептала в тишину и в голос зарыдала. Сейчас можно. Он не услышит. Больше никогда не услышит. Больно. Как же больно. Его слова душу в клочья раздирали. Полосовали, ранили, убивали. Разве можно быть таким жестоким? Таким циничным? Так искусно притворяться влюбленным? — За что… — выла в постылую тишину.
Как он мог! Никита… Я ведь поверили, что он другой. Что не машина. Не эгоистичный самец. Думала, он человек, умеющий любить и созидать. Ошиблась. Он игрок, победитель, достигатор, а я игрушка, которая упорно отказывалась играть по правилам, подчиняться, уступать. Меня нужно было завоевать, приручить и сломать. Потом стало неинтересно. Старо как мир, но от этого не менее больно.
Пусто. Внутри тягучая слепая пустота. Я протянула руку к прохладному стеклу и провела пальцами до самого края. Теперь понимаю людей, идущих на отчаянный шаг. Иногда боль так острая, что легче умереть.
Тряхнула головой, отгоняя ничтожные слабые желания. В этом мир есть люди, для которых я много значу! Которые будут страдать, если меня не станет. Я буду жить ради них! Улыбаться ради них! Идти вперед! Но это завтра… Сегодня просто хочу забыть.
Я свернулась калачиком у самого окна, колени подтянула к подбородку и закрыла глаза. Не хочу думать. Хочу забыть. Пусть его не будет в моей жизни. Пусть исчезнет из памяти. Мамочка, ты мне так нужна.
Я забылась в тревожном сне. Сегодня мне снилась мама: она расчесывала длинные золотые кудри, больно, но потом они сияли на солнце. Всякое исцеление начинается с боли…
Из забытья вывела телефонная трель. Я с трудом разлепила глаза, тело затекло и ныло, в тяжелой голове туман. Всего на мгновение допустила мысль, что это ОН звонил. Возможно, сказать, еще что-то унизительно жестокое или, наоборот, объявить все это ужасной шуткой. Я боялась любого из этих вариантов. В глазах Никиты была прежняя ледяная стена, холодная и безразличная. Прохлада способна на удовольствие, но холод убивает все.
— Да, — сипло ответила. Горло прихватило на холодном полу и с открытым окном. Звонила Лизка.
— Привет. Прости, если разбудила, — она тоже была не сильно в настроении. — Я еду к бабушке. Дождь пошел, и я вспомнила, что у тебя есть резиновые сапоги. Одолжишь? Ты просто выстави их за дверь. Я не буду мешать. Твой мэн ведь приехал?
— Не мой, — тихо поправила и буквально физически ощутила, как Лиза напряглась.
— Что с голосом? — осторожно поинтересовалась.
— Да так… Та женщина оказалась права. Я просто мясо для него.
— Буду у тебя через десять минут, — бескомпромиссно объявила и отключила вызов. Я устало поплелась в ванную: смыла остатки макияжа, привела себя в подобие порядка, заварила крепкий чай. Опухшие глаза, темные тени, потухший взгляд — совсем на себя не похожа.
Лиза вошла, скептически осмотрела меня и вынесла вердикт:
— Едешь со мной!
Я даже не пыталась возражать. Мне здесь невыносимо сегодня. Ехать было около полутора часов. Вроде недалеко от города, но деревня, где жила баба Тая, достаточно маленькая и глухая. Я давно туда не наведывалась. Лет пять, наверное. Но, когда подруга навещала ее, мы созванивались: баба Тая в кадре появлялась.
По дороге я уснула. Усталость навалилась разом. Я вся выдохлась, опустела, оболочка одна осталась. Мне поможет только время. Надеюсь.
— Лиза! — нас встречала баба Тая. В сапогах. Возле двора грунт размыло. Поскольку резиновая обувь была только меня, мы с Лизой решили погибать в кроссовках вместе. — Арина, девочка, — обняла меня крепко. — Проходите в дом. У меня пирожки почти готовы и творог домашний.
Мы завтраками жадно и молча. Вчера, пока ждала Никиту, извелась вся, а потом не до ужина стало.
— Теперь рассказывай, подруга, — Лиза посмотрела пытливо. Баба Тая устроилась рядом.
— Никита уехал в Москву, — произнесла просто.
— Без тебя, — сочувствующе сжала руку Лиза. Я кивнула.
— Он подтвердил, что Диана его невеста, а я была так, для развлечения. Я слишком простая, глупая и неинтересная для такого мужчины, — закусила щеку, чтобы опять не начать выть белугой.
— А расстаться по-человечески ему что, религия не позволяет?! Или врожденный мудизм? — взъярилась Лиза.
— Я ему дорого обошлась. Он взял с меня плату пресным сексом и невкусной едой.
— Батюшки! — ахнула баба Тая.
— Так и сказал?! — Лизка вскочила. — Ты офигенно готовишь, а он урод! Думала, Макс конченный подонок, но твой примерно на том же уровне.
— Он не мой.
Лиза переглянулась с баб Таей, которая сидела с озабоченным лицом, потом выдала:
— Давай я о нем напишу или ролик сниму. Опозорю на весь рунет!
— Нет! — испуганно воскликнула и умоляюще заглянула в глаза. Не потому что мне было жалко репутацию Никиты, я за Лизу боялась. Это безжалостная каста людей. — Даже не думай. Это совсем другого полета человек. С ним не до шуток, поверь.
Лиза насупилась воинственно, но больше ничего радикального не предлагала.
— Что дальше? — тихо спросила.
— Мне нужна новая работа. Это как минимум.
— Он что тебя уволил?!
— Нет, но я не хочу там оставаться и ждать, когда это произойдет. В понедельник напишу по собственному.
— Может, не рубить так? — осторожно вставила баба Тая.
— Риша, действительно, — согласилась Лиза. — Ушел мужик и ушел. Тем более он вообще в Москве. А работа тебе нужна.
— Нужна, но остаться не могу. — я решила рассказать. — Все не так просто, — выдохнула и начала с самого начала: про Сергея, дом и Никиту.
— Ариша, я не поняла, — изумленно проговорила баба Тая, — это сериал или
