официантка вручила нам папки, когда мы заняли столик на двоих. Никто из нас на нее не глянул, мы сверлили взглядами друг друга и только. – Когда будете готовы сделать заказ?
Молчание.
– Я подойду позже… – мудрое решение. Она ушла, а я поджав губы уткнулась в меню, чтобы не чувствовать этого давящего притяжения. Я будто космолет из Звездных войн, который подошел слишком близко к планете и попал в поле ее притяжения, и теперь никакие силы не помогут избавиться от этой тяги.
– Я на минуту, – Рус поднялся и скрылся за углом, а я понадеялась, что он не официантку трахать пошел. С него станется.
– Я не трахал другую, – передразнила гнусавым голосом очень тихо, чтобы никто не слышал. – Кобель!
Рус удалился, и пока его не было я вся извелась. В голове кружили сцены как Рус в душе с другой. Что они делали? Как делали? Неужели просто разговаривали? Бред…
Мог бы сразу признаться, что переспал с другой, он имеет на это право, мы же друзья.
Друзья?
Внутренний голос не дремал и услужливо напомнил, что друзей к кровати не пристегивают. Но ведь я сделала это для его же блага, чтобы дать понять, что нельзя вмешиваться в эту опасную игру.
Но в то же время в голове мелькнула мысль, что я совсем не по-дружески смотрела на него в ту ночь в темной гостиной и совсем не по-дружески отвечала на его ласки, которые сотни раз прокручивала в голове. То, каким он был нежным, но требовательным. То каким был наглым, но чутким… Мне не так-то просто относиться к нему как к другу, пускай это и самое правильное в этой ситуации решение.
– Ваш заказ, – официантка принесла тарелки с едой, а я вдруг поняла, что Руса слишком долго нет. Он сказал, что уйдет на минутку, а сам отлучился на минут десять или дольше, ведь даже горячее успели приготовить.
Тревога против воли заставил меня подняться из-за стола и благодарно кивнув официантке, я направилась в сторону туалетов, с замиранием сердца отгоняя дурные мысли.
Давыдов же не тронет Руса? Или тронет? Он ведь дал мне время…
Пересекла зал, миновала небольшой холл и едва ступила на кафель коридора, ведущего к туалетам, на мою талию легли наглые лапы этого тупого качка.
– Рус! – выдохнула испуганно и прикрыла глаза, чувствуя облегчение, будто от моего виска убрали пистолет. – Ты чего так долго?
Возмущенно толкнула широкую грудь, но хватка на талии не разжалась ни на йоту. Каримов лишь ближе притянул меня, заразительно ухмыляясь.
– Хотя бы теперь признай, что скучала, – произнес низким голосом, и будто в вальсе подвел меня к стене и прижал собой, отрезая от мира широкой спиной. Одна его лапа переместилась на мою шею, легонько ее сжимая, чтобы я запрокинула голову назад и посмотрела на него, вторая так и осталась внизу, но с талии заскользила ниже, к бедру и сжала. – Я, конечно, терпеливый, но с тобой плохо выходит держаться на расстоянии…
– А ты тренируйся на той бабе, с которой был сегодня, – огрызнулась, едва не скрипя зубами, и пытаясь выбрать из раздирающих надвое бешенства и возбуждения какое-то одно чувство.
– Проблема в том, что ее я не хочу так как тебя… – произнес, подстрекая меня сорваться, и пока я терялась в его черном взгляде склонился и коснулся моей щеки губами. – Поцелуй – это не так сложно…
Отстранился, а я окаменела, ощущая во всем теле непривычную дрожь и слабость. Не было сил противиться, не было мыслей, чтобы возразить, и я просто прикрыла свинцовые веки и отдалась вихрю новых ощущений.
– Это просто касание, – Рус снова подался ко мне и коснулся скулы, и я вдруг со всей ясностью осознала, что от него не несет теми дурацкими духами. Он пахнет мылом и свежестью.
– Умылся? – спросила, вытягивая за уши язвительную стерву внутри, которая уже давно упала навзничь и раскинула ноги руки в стороны от накрывшего кайфа.
– Знал, что ты оценишь, – Рус не повелся на мой тон, не убрал руки с бедра и не разжал пальцы на шее, лишь молча коснулся губами виска, продолжая гипнотизировать своим тембром. – Все, что хотел, я выяснил, больше нет нужды носить на себе этот запах.
Мои глаза распахнулись так резко, что по ним резанул свет.
– Все, что хотел, выяснил? – спросила с дикой злостью отталкивая этого бугая. Он кстати поддался.
– Хотел посмотреть: взбесишься или нет, – просто пожал плечами за что тут же получил от язвительной стервы. Она больше не валялась, а заняла стойку и приготовилась нападать.
– Взбесилась, браво! Только вот зачем это тебе? Не думала что ты опустишься до такой низости как эта… Пробивать меня на ревность намеренно? Рус, в каком классе ты учишься?
– На войне, как и в любви: все средства хороши, – и тут же не дав мне разойтись на полную, легонько подцепил за руку и повел обратно к нашему столику. – Наш заказ уже наверняка принесли, идем есть, я голоден пиздец.
– Не надо меня лапать, – зашипела и выдернула руку из его хватки, увеличивая расстояние между нами. – Я знаю дорогу!
– Боже, ты невыносима, – подкатил глаза, удрученно качая головой, и как только мы дошли до столика, отодвинул для меня стул, галантно усаживая, будто что-то смыслит в правилах этикета. И тут же едва уловимо будто невзначай коснулся моего плеча кончиками пальцев. Я вздрогнула от мурашек по всему телу, Рус это заметил и повел уголком губ в намеке на улыбку, но когда садился за стол, его лицо снова приняло нейтральное выражение. – Расскажи о себе, – попросил, беря в руки вилку, и я на секунду зависла, прикусывая себе язык. Хотела сострить, что не выдаю тайных сведений, но ведь это повод пробить и его на откровенность. Хм…
– Только в том случае, если ты тоже расскажешь о себе.
Глава 34
– Игра в десять вопросов? – Рус нахмурился, глядя как я беру в руки бокал и отпиваю белое вино, которое заказала под рыбу.
– Сначала задаю я, потом ты, если отвечать не хотим, игра прерывается, если лжем – тоже. Только правда и откровенность, – ставлю бокал на место, медленно облизывая губы, на которые тут же опускается взгляд этого качка.
– Задавай, – он даже не заметил, как я обвела его вокруг пальца и выиграла время чтобы задать вопрос, на который он не захочет отвечать, и тем самым прервет игру. Неужели у мужиков только одно на уме? Увидел, как баба
