облизывает губы и все, связь с мозгом потеряна?
– Ты выкрал меня по просьбе Кристины Хасановой?
Рус тут же выпрямился и сощурился, недобрым взглядом меня изучая. Молчал. А я точно знала: он не захочет отвечать, ведь это противоречит кодексу чести наемника. Он не станет ее подставлять, меж тем любой другой ответ будет просто неверным.
– Нет, – отвечает, а на его лице расплывается улыбка, которая не касается карих глаз. От нее веет холодом, будто я открыла дверь на улицу в стужу.
– Это ложь, мы оба это знаем. Иначе зачем тебе понадобилось бы устранять правую руку человека, который может навредить той самой Кристине. Ведь я могла действовать по его поручению, и девочка была бы в опасности.
– Чрезмерная самонадеянность порой до добра не доводит, запомни эти слова и повторяй себе их почаще.
– Ты солгал, – подалась вперед и облокотилась о стол, глядя прямо в карие глаза мужчины, который и бровью не повел, когда я обличила его.
– Порой правда – это не то, что мы хотим услышать на самом деле, – наклонился на стол, приближая свое лицо к моему. – Моя очередь задавать.
– Так не пойдет! – возразила, выпрямляясь и рывком сдергивая с колен салфетку, а Рус тут же разгадал мои действия и поднялся, цепляя в капкан своих сильных рук.
– Ты просила правду, – произнес тихо, так, чтобы слышала только я, и медленно, будто смакуя прошелся по моему лицу взглядом, останавливая тот на глазах. – Я ответил. Придется тебе учиться мне доверять…
Его руки были горячими и настойчивыми. Он не распускал их, но удерживал меня за талию надежно. Я бы не выбралась из хватки.
Проблема в том, что я и не хотела выбираться. И хотела доверять. Но как это сделать, если Рус из стана врага?
– Ну что? – спросил все еще не отпуская из плена своих глаз. – Играем дальше?
Я, не выдержав неприкрытого вызова в его взгляде, опустила веки и кивнула, он тут же расцепил руки и усадил меня, а потом занял место напротив.
– Ты замешана в гибели Константина Давыдова?
Запнулась на вдохе, услышав прямой вопрос Руса и тут же стиснула зубы, когда имя старшего из братьев Давыдовых прозвучало.
– А я-то наивно полагала что мы отделаемся вопросами, кто с кем спал…
– Не ты одна умеешь играть в эту игру, – произнес без улыбки и сердце в моей груди сделало сальто. Этот мужчина хоть в чем-нибудь когда-нибудь мне уступит? – Отвечай.
– Я любила Костю, – произнесла и впервые заметила во взгляде Руса нечто напомнившее оттиск боли, но он тут же скрылся за маской равнодушия. – Иначе не бросила бы все: родителей, сестру, прежнюю жизнь, и не уехала бы за ним в чужой город, где он и открыл мои глаза. Раз и навсегда.
Опустила взгляд, невольно утопая в той трясине, которую предпочла бы не вспоминать и не думать о ней, но прошлое внезапно настигло и теперь не оставит в покое.
Рус молчал, а я поняла, что не всё сказала. Мне хотелось выплеснуть всю злость на старшего Давыдова, который так по-свински обошелся с невинной первокурсницей, у которой впереди была вся жизнь.
– Он приехал в наш город случайно. Чисто проездом был и остановился в гостинице напротив нашего дома. Я еще тогда заметила его. Ну еще бы… – мой взгляд утонул в пространстве, а голос постепенно напитывался проклятой горечью, которую я сдерживала в себе все эти годы. – Такой высокий широкоплечий, броский. На дорогой тачке. Ну чем не герой романов, которые любила читать моя сестра?
Я не заметила, как опрокинула бокал, выпивая остатки вина и со стуком поставила обратно на стол.
– Я подговорила сестру пойти в ночной клуб той ночью, потому что была уверена, встречу его там. И ты знаешь, – подняла на Руса взгляд, полный слез злости и отвращения. – Мне удалось. Я встретила. И он заметил меня! Бинго! Запудрил мозги, заговорил мне зубы, и я бросила все и согласилась с ним уехать. И плевать мне было на стипендию в вузе, на родителей, которые даже не знали, куда я делась, и на сестру, которой пришлось отдуваться за меня, ведь она-то знала…Всё знала.
Рус не дышал, молчал и слушал, а я вдруг замотала головой и схватив салфетку с колен сжала до побелевших костяшек.
Встать уйти – вот всё, чего мне хотелось. Но я упрямо сидела и смотрела на свои колени, закусывая губу до боли.
– Хорошо, что он мертв, потому что после твоих слов мне нестерпимо хочется убить этого ублюдка снова.
– Убить… Ты разбрасываешься громкими словами, но хотя бы понимаешь, что за ними стоит? – дернула подбородком, глядя на Руса высокомерно, и тот без лишних эмоций ответил.
– Знаю, – и было в его слове столько твердости, что сомнений не возникло. Не лжет.
– Расскажи, – произнесла тихо, сомневаясь, что он расслышал, но Каримов вдруг поднял руку и подозвал официантку, а я опустила голову, украдкой стирая с глаз непролитые слезы.
– Нам пожалуйста счет. И бутылку Дэниэлза с собой, – и как только официантка ушла он поднялся и протянул мне руку, приглашая подняться. – Этот разговор лучше продолжить в менее людном месте.
Глава 35
Когда мы покинули ресторан на улице уже заметно стемнело и стало прохладнее. Я поежилась, останавливаясь на светофоре, Рус заметил этот безотчетный жест и подавшись ко мне коснулся моих прохладных рук своими.
– У меня в машине есть куртка… – прошелся по костяшкам пальцев, нежно растирая их, и мое и без того шаткое самообладание помахало рукой. Какая к черту дружба? С ним? Не смешите!
– Мой дом через дорогу… – произнесла, с разочарованием отмечая, что секунды до зеленого сигнала светофора бегут с неумолимой скоростью.
– Я хотел пригласить тебя к себе, – произнес спокойно, но мне показалось полувопросительно.
– После того как ты держал меня под замком и не позволял выйти оттуда? – мои глаза распахнулись, а на губах непроизвольно растеклась улыбка. – Я не ступлю больше на твою территорию! Кстати, ты уже починил дверь?
Спросила и мне стали ясны мотивы Руса: к чему были все эти касания. После того как загорелся зеленый, он просто оставил мою руку в своей и направился через дорогу, утягивая меня за собой.
На ум сразу всплыла фотография, где молодая девушка тянет за руку своего парня, который фотографирует ее со спины, запечатлев обстановку будто своими глазами. Только в моем случае меня за руку вел тупой качок, который если честно и не был тупым, каким я его мысленно
