— Филип, — сдавленно прошептала молодая женщина, опомнившись и отстранившись, — мы точно с ума сошли. — Она перевела дыхание и счастливо рассмеялась.
Засмеялся и Филип — таким же счастливым, беспечным смехом, как тогда, в их далекое вермонтское лето. Джордан огляделась по сторонам.
— Что про нас подумают прохожие? — с нарочито испуганным видом прошептала она. — Двое взрослых, а ведут себя как подростки.
— Мне кажется, мы и есть подростки, — не обращая на посторонних ни малейшего внимания, ответил Филип. — Пятнадцатилетние мальчишка и девчонка, встретили друг друга и выпали из реальности.
— А все, что произошло за восемнадцать лет, произошло не с нами, да? — спросила Джордан.
— Да, — с восторгом подхватил мысль Филип. — С другими людьми, нашими тезками.
Джордан о чем-то поразмыслила и медленно покачала головой.
— А откуда же тогда у меня Кэти? Нет, пусть все останется как есть. Настоящая наша история не менее прекрасна: пятнадцатилетние девчонка и мальчишка встретились, но по воле судьбы разошлись. Однако снова разыскали друг друга и, преодолев испытание на прочность, соединились навеки.
Филип, пристально на нее глядя, покачал головой, словно все еще не веря, что перед ним — она, не плод воображения.
— Испытание нам выпало не из легких. Какое счастье, что все позади!
Он взял ее за руку и повел к автостоянке. Джордан на мгновение закрыла глаза, смакуя тепло его ладони. Теперь так будет всегда, подумала она, чувствуя поразительную уверенность в этом. До скончания века — я и он. А еще Кэти и, может… Боже, как бы мне хотелось подарить ему наших детей. Мальчика, еще одну девочку…
Они остановились у ее машины. Филип взглянул на часы и встревоженно спросил, словно догадавшись, о чем она подумала:
— За Кэти не пора ехать?
— Она, наверное, уже спит, у подружки. Ее мама сама мне предложила оставить Кэти на ночь.
— И ты согласилась? А не боишься, что ее не искупают или накормят чем попало? — с неподдельным беспокойством произнес Филип.
Джордан, смеясь, прислонилась спиной к машине.
— И ты сомневаешься, что сумеешь стать для Кэти хорошим отцом?
Филип нахмурился.
— Ты не ответила.
Джордан протянула руки и обвила ими его плотную мужественную шею.
— Не волнуйся. Мама девочки, у которой осталась Кэти, по профессии педиатр и подходит к воспитанию детей со всей ответственностью. В противном случае я ни за что не доверила бы ей дочь.
Филип кивнул.
— Если так, тогда, конечно.
Джордан довольно улыбнулась.
— Из тебя получится исключительный папа. Для Кэти и…
Лицо Филипа разительно изменилось. Губы шевельнулись и замерли, словно он захотел что-то сказать, но побоялся. Взгляд же вспыхнувших глаз впился в Джордан, заклиная: продолжай!
— Ты… согласишься родить мне детей? — странно растягивая слова, будто боясь услышать «нет», произнес он.
— Если захочешь, то да, — ответила Джордан. — Буду даже рада.
— Родная моя! — Филип обхватил ее за талию, приподнял в порыве пьянящей радости и закружил на месте. — Ты представить себе не можешь, просто не можешь представить…
Он опустил ее на землю, и они снова соединились в горячем поцелуе.
— Как я мечтал об этом все те дни, что сидел в чертовой машине или торчал у окна, — сдавленным шепотом произнес Филип. — Думал, еще немного, и я, оттого, что не смогу почувствовать твоего запаха, тепла, точно рехнусь, не выдержу.
Джордан убрала с лица упавшую прядь волос и сдвинула брови.
— В какой еще машине? У какого окна? — спросила она озадаченно.
Филип улыбнулся загадочной улыбкой.
— В тот же день, когда узнал от Луизы о вашем исчезновении, я установил за домом, где вы жили, наблюдение. Вечерами следил сам, утром и днем Стэнли, которого я специально нанял.
— Что-о? — У Джордан вытянулось лицо.
— А после того как узнал, что вы уехали из-за гнусного вранья Паулы, то решил вести наблюдение скрытно, — продолжал Филип. — Снял пустующий дома напротив и уже вечером того же дня стал караулить тебя там, стоя у окна. Мне очень нужно было вас дождаться, а машину вы бы сразу могли увидеть, обо всем догадаться и опять ускользнуть. Бог его знает, на какой срок!
Джордан покачала головой, как будто в восхищении от его изобретательности и терпения.
— Значит, вот почему ты оказался рядом с нами, когда мы приехали. Просто выбежал из дома напротив.
— Ну да.
— А я все гадала, как ты мог настолько точно вычислить день и время.
Филип провел подушечкой пальца по ее нежной щеке.
— Я должен был найти тебя, Джордан. Перевернул бы ради этого весь мир. Неужели ты не чувствовала, что завершится игра в прятки именно так?
Джордан пожала плечами.
— Не знаю, — пробормотала она. — У меня в душе такое творилось, страшно вспомнить. И Кэти сильно мучилась: все спрашивала про тебя, просила позвонить тебе, сказать, что она скучает…
Филип прижал молодую женщину к себе, и стук его сердца тотчас успокоил ее, прогнал прочь тягостные мысли.
— Бедные мои, несчастные, — пробормотал он, — страдали неизвестно чего ради. — Затем немного отстранился и посмотрел Джордан в глаза. — Представь, насколько проще и раньше все выяснилось бы, если бы ты сразу после встречи с Паулой позвонила мне?
Джордан замотала головой.
— Я не поступила бы так ни при каких обстоятельствах. Ради твоего же спокойствия, ради благополучия вашей семьи, будущего ребенка. Я же не знала, что все это сплошная ложь…
— Ты должна мне кое-что пообещать, — сказал Филип, превращаясь вдруг в саму серьезность.
Джордан вопросительно на него взглянула.
— Что впредь, какими бы ни были обстоятельства, первым делом будешь связываться со мной, — категорично, строго и в то же время с ласковыми нотками в голосе произнес Филип. — Обещаешь?
Джордан заморгала в нерешительности.
— Между нами не должно быть никаких секретов, — добавил он все тем же тоном. — Согласна?
Джордан кивнула.
— В общем-то, да…
— Тогда пообещай.
— Обещаю, — выдохнула Джордан, со сладостным чувством отмечая про себя, что отныне обязана считаться с мнением Филипа, прислушиваться к нему.
Он опять крепко обнял ее.
— Умница моя! Теперь я могу быть спокоен.
Некоторое время они стояли молча, прислушиваясь к дыханию друг друга, прощаясь с последними остатками сомнений и тревог. Стоянка располагалась на некотором удалении от тротуара, на ней, кроме них, сейчас никого больше не было.
— А знаешь, если бы я вас так и не дождался, то поехал бы к твоим родителям в Вермонт, — мечтательным голосом, как будто заглядывая в прошлое, произнес Филип. — Пришлось бы все им рассказать, упросить связаться с тобой. — Он тихо засмеялся. — Наверное, меня приняли бы за сумасшедшего, да и вряд ли узнали бы.
