привык к почерку жены, что разбирал всё с лёгкостью — или ему просто подсказывало сердце, что именно она хотела сказать.
— Ваша жена пишет, милорд? — послышался вдруг голос Фернанда — он пытался перекричать шум ветра и волн.
Генрих, впрочем, не вздрогнул от неожиданности. Даже когда король повышал голос, он всё равно звучал довольно мягко, без резкости.
— Беспокоится, — пожал плечами лорд Штейнберг, не отрывая взгляда от пергамента.
— Из-за вас?
— И из-за меня тоже, но по большей части — из-за Шингстена, — признался он.
Ответ, на самом деле, был уклончивый: Генрих не делился с Фернандом новостями о Джойсе.
Король молчал несколько минут, глядя на гребни волн. Порывистый ветер развевал его тёплый серый плащ, скреплённый на груди массивной золочёной застёжкой, и длинные, ровно обрезанные на уровне нижней челюсти тёмно-каштановые волосы, прикрытые чёрным бархатным беретом. Фернанд был ещё не стар — они с Генрихом были почти ровесники, — но уже и не молод, хотя некоторую детскость в его чертах и характере не заметить было сложно.
— Я долго думал, — вдруг вздохнул он, — почему Шингстен всегда был таким… таким…
— Непохожим на Нолд или Бьёльн? — подсказал Генрих с усмешкой, убирая письмо во внутренний карман камзола.
— Именно. Нолд и Бьёльн похожи во многом, кроме, разве что, каких-то мелочей вроде имён или… — Фернанд пожал плечами. — Поэтому, думаю, ваше воссоединение произошло так легко и почти без труда. А Шингстен никак не желает приближаться к вам. Как вы думаете, милорд, в чём причина этой отдалённости?
— В первую очередь — в религии, — отозвался Генрих не столь уверенным тоном. — Простите за такие слова, ваше величество, но, боюсь, ваш славный предок совершил ошибку, предоставив Шингстену свободу веры и завещав блюсти это своим потомкам. Да, некоторые дома Шингстена приняли веру в единого Бога, но всё же религиозное разобщение поспособствовало и разобщению в целом. Как можно говорить о едином государстве, если у нас нет единой веры, единого главы всеобщей церкви?
— Вы думаете, что Рёдвигу Первому стоило полностью подчинить себе все три земли и сделать их не просто равными, но и одинаковыми во всём? — несколько изумлённо протянул Фернанд, плотнее кутаясь в плащ.
Имя первого короля Драффарии, Рёдвига Первого Драффа, выходца из земель за Серебряным морем, было странным и резало слух, к нему могли привыкнуть лишь те, кто хорошо знал историю.
— Не сразу, но постепенно. Впрочем, не мне судить о поступках вашего великого предка, ваше величество, — наигранно смущённо улыбнулся Генрих.
— А звучит так, будто вы хотите предложить мне начать реформу, — сдержанно рассмеялся Фернанд.
— Я бы на вашем месте не стал отказываться от этой идеи, — усмехнулся он, будто шутя, хотя слова короля отчего-то несколько взволновали его. Реформа… Утверждение полной королевской власти… Единая религия и единая церковь… Сейчас, наверное, не время затевать это, но после возвращения из Фарелла — почему бы и нет? Если Фернанд таки решится, Генрих определённо будет готов помочь. — А теперь, ваше величество, разрешите мне вас оставить.
В ответ на короткий кивок короля он поклонился и отправился в свою каюту, пытаясь прогнать прочь из головы мысли о возможных переменах и наконец обдумать ответ Кристине.
* * *
Дел было так много, что обдумывать и переживать своё горе просто не было времени.
Кристина не раз теряла друзей. Гибель Оскара в битве, смерть Софии при родах, уход Натали… Но раны от первых двух событий уже более-менее залечило время, да и Натали вернулась, а вот мысль о том, что Альберта, скорее всего, погибла буквально пару дней назад, вводила её в исступлённый ужас, к тому же осознание собственной причастности к этой гибели и вовсе грозило свести с ума.
С трудом, но всё-таки это удавалось преодолевать. Кристина с большим трудом смогла установить местоположение той забрызганной кровью руны — опять же, с помощью магии, иного способа не было. Если бы не сидящая рядом Натали, она бы точно упала в обморок от перенапряжения: использовать столько магических сил за раз раньше казалось ей немыслимым, но ради Альберты Кристина была готова на всё. Тут же она снарядила отряд воинов во главе с капитаном гвардии, Кевином Олредом, велела им скакать туда как можно быстрее и разведать всё, что получится. Конечно, Джойс мог бы избавиться от трупов в другом месте, но везти их через всю землю он бы точно не стал. Скорее всего, зарыл где-то поблизости от места побоища — дым костра привлёк бы внимание, а потому у Кристины был повод думать, что сжигать их он не стал. Капитан Олред пообещал во всём разобраться, и вот уже второй день она ждала от него вестей.
Отвлекали от безумной боли и повседневные трудности, и забота о сыне, который после посещения той церквушки и вправду стал чуть спокойнее, а ещё попытки объяснять Натали, что оставаться в Эори и Нижнем городе теперь небезопасно.
— Я понимаю, что сама просила тебя остаться, — оправдывалась Кристина перед вьющейся за ней по всему замку девушкой. — Но тогда я ещё не знала, что Джойс вырвался. Если он придёт сюда с армией, то… Ты сама знаешь, что будет.
— Знаю, — кивнула Натали, — поэтому и готова остаться.
Кристина замерла посреди широкого коридора, что вёл в её кабинет, и тяжело вздохнула.
— Ты знаешь, что такое осада? — сказала она. — Джойс — не такой дурак, как Джонат, выйти в открытое поле он нам вряд ли позволит. Скорее попытается взять замок в кольцо, лишить нас воды и продовольствия, всячески перекрыть воздух и заморить голодом.
— Но ведь этого может не произойти, — пожала плечами Натали, смотревшая на госпожу огромными умоляющими глазами. — Кто знает, куда он поехал и что замыслил на самом деле. А вам сейчас нужна поддержка, вы сами сказали.
— Нужна, не отрицаю, — улыбнулась Кристина, кладя ладони на плечи служанки. — И то, что ты хочешь остаться со мной, что ты прислушалась ко мне, очень меня трогает. Ты не представляешь, как я рада тому, что мы снова вместе. И я не хочу тебя больше оставлять, но… — Она сделала паузу, прикрыв глаза. — Тебе нужно уехать. В Эдите безопаснее. Джойс наверняка отправился в Шингстен, а когда пойдёт обратно, то Эори на его пути встанет раньше, чем Эдит. И я сделаю всё, чтобы остановить его. Пожалуйста, Натали, пойми же наконец…
— Я понимаю, но вы тоже поймите — я хочу помочь, — взмолилась девушка. — Разве я в прошлый раз подвела? Что-то не так сделала?
— В прошлый раз ты справилась прекрасно. — Кристина, убрав ладони с её плеч,
