– Проходите, проходите, – забормотал он. – Меня зовут Артур Михайлович. Послушайте, если бы не вы, я бы, наверное, умер от голода. Или мне пришлось бы выйти на улицу, чтобы добраться до магазина… А там, ну вы лучше меня знаете, что там творится.
На оружие в руках гостей он посмотрел со страхом.
– Ничего хорошего там точно нет, – сказал Андрей, скидывая с плеч рюкзак.
– Да, да… – Артур Михайлович замахал руками. – Не разувайтесь, не надо, какой теперь толк в чистоте? Идите за мной, вот сюда, на кухню, тут тесновато, но поместимся как-нибудь.
В крохотной однокомнатной квартирке пахло пылью, и немудрено – все свободное пространство занимали книги. Они теснились на стеллажах, лежали на письменном и кухонном столах, покосившимися бастионами громоздились на полу и даже на холодильнике.
Артур Михайлович спихнул несколько особо наг-лых томов с плиты, освобождая конфорки, вспыхнуло голубое пламя, показывая, что система подачи газа в дома еще работает, и забулькала вода в кастрюле. Лиза извлекла из рюкзака мешочек с крупой, две банки рыбных консервов и начала готовить.
– Ах-ах, давно не видел, как женщина стряпает, – признался хозяин квартиры. – Антонина Всеволодовна у меня умерла три года назад, а детей у нас не было… Глядя на вас, хочется верить, что все в этой стране будет хорошо.
– А вы думаете, что не будет? – спросил Андрей, снимая с табуретки три тома «Советской исторической энциклопедии».
Судя по подбору книг, Артур Михайлович либо был историком по профессии, либо питал прямо-таки маниакальный интерес к прошлому.
– Нет, все, мы повержены и вряд ли уже встанем с колен, – сказал он печально. – То оружие, что применили против нас американцы, ужасающе, и теперь нашей несчастной стране не помогут никакие ядерные ракеты.
– Какое оружие? – заинтересовался Илья.
– А те бомбы, что сбросили на нас в прошлую субботу. Я думаю, что взрывами накрыло всю Европейскую Россию до самого Урала, – хозяин квартиры говорил серьезно, было видно, что он сам верит в то, что излагает. – Не знаю точно, каков принцип их действия, скорее всего, нечто генетически-кварковое или даже мезонно-каузальное. Но результат очевиден – гибель большей части населения и мутации среди выживших. Теперь США и их союзникам осталось только высадить десанты в крупнейших городах и взять все готовенькое.
Илья сидел, открыв рот, да и сам Андрей чувствовал, что его челюсть отвисает.
Подобной версии он не мог не то что придумать, а даже представить: бомбы с непонятным принципом действия и громадной зоной поражения, неведомым образом доставленные к цели и создавшие чудовищно широкий набор поражающих и разрушающих факторов…
Это выглядело куда более идиотски, чем версия отца Симеона о Судном дне или болтовня Ильи об инопланетянах.
– Вижу, вы мне не верите, молодые люди, – продолжал вещать Артур Михайлович, и тон у него стал авторитарно-учительским. – И абсолютно зря. Послушайте, ведь это же совершенно очевидно…
И дальше он понес такую ахинею, что Илья загрустил, а уши Андрея принялись сворачиваться в трубочки.
– Хватит вам болтать! – сурово сказала Лиза, поворачиваясь от плиты. – Сейчас еда будет готова.
Хозяин квартиры послушно замолк, а когда на столе появились тарелки, заработал ложкой с такой скоростью, что ему позавидовали бы и куда более молодые едоки.
– Божественно! Восхитительно! – воскликнул Артур Михайлович, уничтожив свою порцию. – Да, а позвольте такой вопрос: откуда вы и куда направляетесь? До сих пор голод заглушал во мне любопытство, но теперь оно проснулось, и мне хотелось бы вас послушать.
– Из Нижнего Новгорода. Идем на запад, – сказал Андрей. – Надеемся, что там все так же, как раньше.
– Маловероятно, маловероятно… – покачал головой Артур Михайлович. – Но что вы видели по пути? Разрушения? Таких же страшилищ, во власти которых ныне улица Вязников?
– Разных видели, – сообщил Илья, а затем, как говорится, «дал жару».
Если верить его эмоциональному рассказу, они всю дорогу только и делали, что палили по сторонам, а разнообразные чудовищные твари пачками лезли из-за каждого угла и гибли одна за другой.
– Точно, мезонно-каузальное оружие, – кивнул Артур Михайлович, когда бритоголовый замолк. – И все же самый жуткий монстр есть человек, ибо он столько всего придумал на мучение и истребление живого, что и за тысячу лет не уничтожить.
– Это верно, – сказал Андрей, вспоминая засевшего на крыше безумца, куда более опасного, чем «горилла» или «кузнечик».
– А вы… вы… – тут тон хозяина квартиры стал просительным. – Послушайте, вы не возьмете меня с собой?
Соловьев заколебался – брать старика не хотелось, вряд ли тот сможет идти так же быстро, как остальные, а в бою, скорее всего, станет бесполезной обузой. Но оставить его здесь – значит обречь на смерть, либо быструю, в зубах какой-нибудь твари, либо медленную, от голода.
Илья фыркнул:
– Хе, ну, батя, ты ваще! Хотя куда тебе еще деваться?
– Надо взять, – сказала Лиза. – Нельзя вот так бросать человека, нельзя отказать ему в помощи.
И Андрей понял, что да, Артура Михайловича придется брать с собой, и вовсе не из-за слов девушки, а потому, что он сам себе потом не простит, что оставил старика на погибель, хотя мог спасти.
– Хорошо, – ответил он. – Только поищите что-то вроде рюкзака, одежду и все прочее, что пригодится в дороге. Не лишним будет спальник или, если его нет, хотя бы одеяло.
– Ах-ах, спасибо! – И хозяин квартиры, вскочив со стула, забегал по квартире.
Рюкзак он отыскал древний, брезентовый, но еще крепкий, напялил потертые джинсы, надел штормовку, после чего стал напоминать дачника, готового к штурму субботней электрички. Ничего похожего на спальный мешок в доме не сыскалось, и пришлось ограничиться одеялом.
– Ладно, как-нибудь разберемся, – решил Андрей. – Пошли, нечего задерживаться.
Безоружного Артура Михайловича поместили в самом центре «боевого порядка» и велели в случае опасности беспрекословно слушаться приказов, а если таковых не будет – падать наземь и «не отсвечивать».
– Да, конечно, я понял, – вздохнул старик, и маленький отряд двинулся в путь.
Напротив АЗС на повороте наткнулись на дымящуюся яму в асфальте, похожую на громадный котел. Еще за полсотни метров от нее стали ощущать резкий запах гари, а когда ветер дунул в их сторону, Лиза закашлялась.
Дальше ямы начали попадаться одна за другой, то огромные, как воронки от авиационной бомбы, то крохотные, чуть больше входа в кротовью нору. А когда путешественники перебрались через железнодорожные пути, с севера прикатился кровожадный вой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
