Глава 8
Ловерна Корвела пришлось вызывать прямо в коридоре под лестницей, потому что Мона плохо ориентировалась в королевском дворце. Когда призрачный силуэт превратился в красивого рыжеволосого мужчину, как две капли воды похожего на женщину, оставшуюся в гостиной, Кэйд перестал следить за выражением своего лица.
Ловерн улыбнулся Светлой госпоже и широко раскинул руки.
— Здравствуй, дорогая сестренка! Чем я могу быть тебе полезен?
— Доброго вечера, Лав! — волшебница ласково обняла брата. — Мне, как всегда, нужна твоя помощь.
Ловерн выхватил из ножен короткий клинок и встал в боевую позицию.
— Жду ваших приказаний, командующий!
Мона невольно рассмеялась и погрозила ему пальчиком.
— Не так воинственно, кузен! Постарайся вести себя прилично, ведь мы в королевском дворце.
— Во дворцах я всегда веду себя безупречно. А почему мы здесь? Только не говори, что ты объявила войну королеве!
— Нет, что ты, я здесь с очень мирной миссией.
Ловерн Корвел внезапно весь обратился в слух и повернулся к запертой двери, из-за которой раздавались женский смех, тихие восклицания и звон посуды.
— Я слышу голос Лоры. Неужели она здесь со своим ученым мужем? Да благословят тебя Боги, сестра, ты сделала поистине доброе дело! Он так горевал, когда Лора погибла, даже приезжал к нам в замок Розы, все поверить не мог, что ее больше нет. Мне было искренне жаль парня. Но как ты узнала об их отношениях?
— Совершенно случайно, и это Лора посоветовала мне обратиться к тебе за помощью.
— Что от меня требуется?
— Убедить королеву не затягивать с решением моего вопроса, чтобы я смогла вернуться домой как можно скорее. Завтра утром, если быть точной.
Ловерн, никогда не терявший уверенности и ко всему относившийся с изрядной долей юмора, неожиданно смутился.
— Ты хочешь устроить мое воскрешение для королевы?
Мона осторожно положила руку на его напрягшееся плечо.
— Была такая мысль. Как думаешь, это возможно?
— Я не знаю, как Бонрионах воспримет появление покойника…
— Лав, ты волшебник, а королева никогда не видела тебя мертвым. Если ее чувство еще не угасло, то ты сможешь приходить к ней каждое новолуние на одну ночь и один день.
— Приходить к Бонрионах?! Ты ведь не шутишь, сестра?
Ловерна вдруг начала бить крупная дрожь. Перед ним забрезжил призрачный шанс на какое-то подобие жизни. Пусть изредка, пусть недолго, но пребывать в мире живых. Снова дышать, двигаться, любить…
— Королева должна пожелать этого, Лав, и ты единственный отвечаешь ее желаниям.
Ловерн криво улыбнулся и даже попытался подмигнуть, но Мона видела, что ему сейчас не до смеха.
— Твоя вера в мои способности очень вдохновляет, сестра. Что ж, пойду, узнаю кое-что о себе.
— Удачи, кузен. Надеюсь, ты еще не забыл дорогу в королевскую опочивальню?
На этот раз улыбка Ловерна была настоящей. Когда он стремительно взлетел вверх по лесенке, Кэйд, наконец, пошевелился и вытер вспотевший лоб.
— Скажите, госпожа, а у вас есть ЖИВЫЕ родственники?
— Увы, их прискорбно мало… — Мона с тоской посмотрела вверх на нескончаемые витки крутой лестницы и занесла ногу над первой ступенькой.
Проснувшись на рассвете в мягкой постели, Мона поняла, что за ночь так и не отдохнула. Она допивала уже вторую чашку восхитительного эльфийского чая, когда в дверь ее спальни заглянул Кэйд.
— К вам архивариус, Светлая госпожа.
Сегодня Фиарэйн сиял, как новая монета. Он опустился на колено, и удивил Мону тем, что с чувством искренней благодарности поцеловал ей руку.
— Рада видеть вас в добром расположении духа, мастер Фиарэйн. Вы ведь вчера нарочно столкнулись со мной в переходе?
Эльф широко улыбнулся, и волшебница поняла, почему ее сестра много лет назад влюбилась в него без оглядки.
— Весть о вашем неожиданном прибытии взбудоражила весь дворец. Я просто не мог упустить случая, поэтому рискнул представиться сам. После долгих лет отчаяния и скорби мне хотелось просто поговорить с кем-нибудь из родных Лоры, не более того. Но вы совершили настоящее чудо! Я буду вечно молить Богов о вашем благополучии, — архивариус вынул из кармана небольшую записную книжку в синем кожаном переплете и показал ее Моне. — Эту магическую вещицу когда-то подарила мне Лора. Такие артефакты всегда парные: то, что пишешь в одной, тут же появляется в другой. Моя любимая велела вам передать, что записные книжки различаются по цветам, что в Хранилище замка Розы их много и что вторую такую вы найдете в ее бывшей спальне. Так мы с вами сможем держать связь. Еще раз благодарю вас за доброту и бесценный дар! — Фиарэйн отвесил изящный поклон, ослепил Мону еще одной белозубой улыбкой и поспешил к своей возлюбленной.
Не успела за ним закрыться одна дверь, как тут же в затененном углу спальни открылась другая. Небрежно одетый, слегка взъерошенный Ловерн без всяких церемоний плюхнулся на неубранную постель и сладко потянулся. Мона рассмеялась.
— Я так понимаю, у тебя все хорошо.
— Лучше не бывает! — мечтательно прикрыл глаза волшебник.
— И королева благосклонно отнеслась к моей просьбе?
— Неужели ты во мне сомневалась, сестра?
Услышав голоса, в спальню ворвался Кэйд с оружием наготове, но при виде вчерашнего призрака, который небрежно развалился на кровати Светлой госпожи, сэйдиур скрипнул зубами и ретировался.
— Я так рада за тебя, Лав! Надеюсь, что переговоры не займут много времени.
— Ты в Талау, сестра, здесь никто никуда не торопится, —
