— Нет, такого греха мне не надо! Зачем тогда гнались за ним?
— Я же не знала, что он на кладбище собрался. Лучше так спросим, что он там делает, — предложила Лиля и повернула машину.
Они вернулись в издательство. Маруся пообедала в столовой и полдня посвятила созданию статьи, но и к вечеру Олег не вернулся. А вот Лиля из словоохотливой болтушки на глазах превратилась в замкнутую, молчаливую особу, словно испуганная улитка, спрятавшаяся в своем домике.
Вечером Маруся посмотрела на часы.
— Ого! Уже девять! Заработались мы с тобой, домой пора.
— Я, пожалуй, не пойду, — ответила Лиля дрожащим голосом.
— Как это — не пойдешь? У тебя же ребенок маленький, — напомнила Маруся. — Ты с ума сошла?
— Боюсь, что беда случилась.
Маруся подошла к ней и только теперь заметила, что та вся трясется.
— Что с тобой? Ты весь день кому-то звонишь. Объясни мне.
— Я здесь останусь. — Лиля отвела глаза.
— Здесь? На работе? А ребенок? Ничего не понимаю…
— С ним мама, все хорошо, я ей звонила. Я еще поработаю, — пояснила Лиля, не поднимая глаз.
— Как знаешь, — пожала плечами Маруся и, попрощавшись, пошла к выходу.
На улице она поймала такси-частника.
— Куда ехать? — спросил пожилой мужчина.
— Сейчас еще никуда, — задумалась она.
— В смысле? Вы мне мозги не пудрите, выходите тогда из машины!
— Извините. Скоро из ворот покажется светло-зеленый «рено», вот за ним мы и последуем, — пояснила Маруся.
Водитель задумался и покачал головой.
— Нет, я в такие игры не играю. Слежка? Погоня? Криминал?
— Я заплачу! Каждые пять минут ожидания — сто рублей! Все справедливо и никакого криминала.
— Хорошо. А это точно не опасно?
— Совсем нет! Я слежу за любовницей мужа, хочу знать, где они встречаются. Довезете меня до места, и все. Ни в каких скандалах участвовать не будете, — вполне искренне ответила Маруся. — Ой, да вон же машина, мимо едет… За ней!
Водитель быстро завел мотор и поехал следом за нужной машиной, буркнув:
— Но пять минут мы все же простояли и проболтали!
— Согласна, сто рублей уже ваши. А общая сумма будет зависеть от длины маршрута.
— Ладно, — смилостивился шофер, и несколько минут они проехали в молчании. Потом он покосился на Марусю. — Не благородное это дело.
— Что? — отвлеклась она от своих мыслей.
— Следить за изменником. Что за времена пошли? За мужиками бабы бегают, как бешеные. Да выгнала бы взашей! Тем более соперница-то, насколько я успел заметить, молодая совсем.
— То есть — куда мне за ней гнаться? — усмехнулась Маруся. — Ничего, я еще пободаюсь. Так просто в наше время мужиками не разбрасываются.
— Как знаешь, дочка, как знаешь.
Маруся сразу же поняла, что Лиля направилась к тому самому кладбищу, и это показалось ей очень и очень странным.
«Что за черт? Что у них там, место тайных встреч? В склепе? Она же боится… Со мной не поехала, а сама — пожалуйста».
Маруся попросила водителя остановиться, не доезжая до кладбища, и протянула семьсот рублей.
— Спасибо, дальше я сама.
— А ты уверена? Поздно уже, темно, да и место здесь нехорошее…
— Кладбище, я знаю, — вздохнула Маруся.
— Не просто кладбище, — озадачил ее мужчина.
— А что еще? Расскажите, пожалуйста, — попросила Маруся. — Я знаю, пять минут — сто рублей.
— Да что я, зверь, что ли? Я предостеречь хочу, а за это грех деньги брать. Ты сядь-ка назад в машину, что на холоде-то стоять, да и мне салон выстужаешь, пока дверца открыта.
Маруся залезла обратно.
— Раньше это было обычное кладбище, очень старое и небольшое, потому что вокруг уже были выстроены дома. Там уже перестали хоронить. А потом внезапно снесли целый квартал старых, ветхих четырехэтажных зданий и дали добро на расширение кладбища. Тут же его выкупил какой-то частник, организовал ООО, или ОАО, или как его там… Ну, и понеслось. Организатор оказался с чудинкой. И он тут такой вертеп организовал…
Маруся слушала его очень внимательно.
— Что вы имеете в виду? Что за вертеп? И откуда вы знаете?
Водитель усмехнулся.
— А ты удачно ко мне села. Жил я здесь недалеко, с матерью и бабушкой, пока не женился. Да и бабушку мою здесь и похоронили, поэтому не понаслышке все знаю. Администрация уничтожала старые захоронения, где долго никто не появлялся. А родственникам покойных предложили высокую арендную плату или велели перезахоронить останки за свой счёт, то есть им заплатить. У нас не было денег, и мама согласилась, чтобы бабушкины останки вывезли на другое кладбище, далеко от МКАД. Когда мы этим занимались, тракторы уже ровняли оставшиеся могилы. Начальник погоста решил хоронить усопших по новому методу.
— Как?
— Не поверишь — весело. Чтобы родственники не убивались, а радовались, что их родной человек перешел в мир иной. Веселые нестандартные памятники, фотографии чуть ли не в виде шаржей, музыка разухабистая гремит, пьянка. Прямо вот на костях устраивают салют, прости господи. Кремируют с улыбкой, хоронят со смехом и анекдотами. И, говорят, что у такого способа захоронения появились свои поклонники. Что им не так страшно оставаться одним на этом свете и что сами покойные не хотели бы, чтобы родственники пребывали в печали. Что уходить надо с музыкой, а не в слезах. Бред какой-то… Антихристы, прости господи. Так что кладбище это весьма своеобразное. А то, что твой муж с любовницей там встречается, так я не удивлен. Потому что по ночам там теперь организуют экскурсии для любителей острых ощущений. Небось уже совокупляются в гробах и на могилах. И за эти экскурсии и острые ощущения с людей деньги берут, а эти проходимцы наживаются!
— Да-а, интересная история…
— Все равно пойдешь? — удивился водитель.
— Я должна их застать, и мне все равно, где это будет — в цирке или на кладбище.
— Ну что ж, делай что хочешь. Твое право! Упрямая, — мужчина стукнул ладонью по рулю.
— А как вашу бабушку звали?
— Очень красиво. Прасковья Петровна Горчичина!
Маруся вышла из машины и направилась к кладбищу. Одинокий стук ее каблуков так же одиноко отзывался у нее в сердце. Плохие мысли она сразу же гнала прочь, хотя история, рассказанная водителем, впечатлила ее. Маруся миновала жилые дома, невольно задумавшись о том, как же люди живут в непосредственной близости от кладбища? Хотя, наверное, ко всему привыкаешь. На улице грудились припаркованные автомобили, но было безлюдно. Она приметила светло-зеленый Лилин «рено», но машины Олега видно не было.
Справа тянулась высокая ажурная ограда в виде перевернутых пик с сердцами и цветами. За оградой стройными рядами росли высокие деревья. Маруся испугалась: кладбище — место не из самых приятных. Сквозь голые осенние стволы деревьев виднелись памятники и кресты, но вход на кладбище почему-то оказался украшен цветными шариками, словно здесь раскинулся веселый цирк шапито. Выглядело это крайне дико. У ворот стояли два дюжих мужика в серых костюмах и ярко-красных галстуках.
