Его неистовое чувство возбуждало ее, тем более что именно она его вызвала. Приподняв ее, словно она была тряпичной куклой, он вторгался в ее тело мощными рывками, обращаясь с ней как со своей собственностью.
Когда наконец они достигли кульминации и их неистовство стихло, Риган была влажной от пота и совершенно измотанной после этого необузданного, какого-то неистового соития. Обессилевшие, они заснули в объятиях друг друга.
— Вставай! — скомандовал Трэвис, шлепнув ее по хорошенькой упругой попке. — Если мы не отправимся сейчас же, то не успеем доехать до дома Клея, а если ты думаешь, что я намерен провести ночь с тобой на этом маленьком шлюпе, то ошибаешься.
Не имея понятия о том, что он говорит, Риган не стала возражать, а лишь откинула упавшие на глаза пряди волос и сняла со щеки прилипший лепесток тюльпана.
— Почему ты не хочешь провести ночь со мной на каком-то судне? — без особого интереса спросила она и села в постели, чувствуя себя абсолютно обессилевшей, однако счастливой.
— Это не судно, — ответил он, — а маленькая лодка, которая может утонуть от твоих акробатических трюков.
— От моих?.. — начала было она, пытаясь придать себе высокомерный вид, хотя, сидя в постели голая среди огромной кучи раздавленных цветов, с раскрасневшимися щеками и томными глазами, подернутыми влагой, была похожа скорее на соблазнительного маленького лесного эльфа.
Трэвис, щеки которого были покрыты мыльной пеной для бритья, взглянул на нее в зеркало, и она от этого взгляда улыбнулась и уже приготовилась опрокинуться на спину.
— Э-э нет, так дело не пойдет, — пригрозил Трэвис. — Если ты сию же минуту не встанешь с кровати, я позабочусь о том, чтобы в моем доме у нас были отдельные спальни.
Эта абсурдная угроза заставила ее рассмеяться, но она все-таки встала и принялась умываться. Ей было так хорошо, что не хотелось торопиться, однако Трэвис, вместо того чтобы помочь ей одеться, стоял в сторонке и ждал ее, явно теряя терпение.
Как только Риган была готова, он буквально потащил ее вниз по лестнице, где их ждал внушительный американский завтрак. Трэвис набросился на пищу, как будто умирал с голоду, не переставая ворчать, что из-за нее теперь не питается регулярно и что она заморит его голодом в расцвете сил, но в глазах его плясали озорные искорки.
Их багаж был быстро погружен в лодку, и они отправились по реке Джеймс к дому Трэвиса. Риган, естественно, принялась забрасывать его вопросам. До сих пор она так упорно сопротивлялась поездке в Америку, что даже не задумывалась о том, где живет Трэвис.
— Ферма у тебя большая? Ты сам пашешь землю или нанимаешь работников? Дом у тебя такой же хороший, как тот, в котором живут Судья и Марта?
Трэвис озадаченно посмотрел на нее, потом улыбнулся:
— Гм-м… ферма у меня довольно большая, и мне действительно приходится нанимать работников, хотя иногда я сам пашу землю. А дом у меня, по-моему, довольно хороший, хотя, возможно, мне он кажется хорошим, потому что он мой.
— И ты построил его собственными руками, — мечтательно сказала она, опустив руки в воду. Возможно, в такой примитивной стране, как эта, отсутствие у нее опыта ведения домашнего хозяйства не будет слишком сильно бросаться в глаза. Фаррел говорил, что она не сможет управлять его поместьем, и она не сомневалась в том, что он прав. Но может быть, она справится с хозяйством такого маленького дома, как у Трэвиса, в котором, возможно, всего одна-две комнаты?
Солнце пригревало, а мысли были приятные, и она вскоре задремала.
Некоторое время спустя ее разбудил прогремевший над головой выстрел. Риган вздрогнула, чуть не свалившись в воду, и увидела Трэвиса с пистолетом в руке, из обращенного к небу дула которого поднимался дымок.
— Я тебя разбудил? — спросил он.
Она не стала отвечать на этот глупый вопрос и потянулась всем затекшим телом, а Трэвис тем временем перезарядил пистолет.
— Мы находимся рядом с жильем Клея, — сказал он и снова выстрелил в воздух.
Взглянув на густые заросли деревьев на берегу, Риган удивилась, что кому-то пришло в голову построить дом в таком месте, но тут заросли внезапно кончились и она увидела выступающий в воду большой деревянный причал с двумя лодками, каждая из которых была вдвое больше той, на которой они приехали. Когда они подошли ближе, стало видно множество строений на берегу. Там были большие дома и дома поменьше, сады, аккуратно вспаханные поля, всюду работали люди, виднелись лошади, телеги — одним словом, жизнь била ключом.
— Твой дом тоже находится в этом городе? — успела спросить Риган, пока Трэвис пришвартовывался к причалу.
Трэвис фыркнул, но она не поняла почему.
— Это не город. Это плантация Клея.
Этого слова она никогда прежде не слышала. Едва успела она открыть рот, чтобы начать задавать вопросы, как внимание Трэвиса привлек взрыв детского смеха. Он торопливо выскочил из лодки, помог выйти на причал Риган и сразу же очутился в руках двух прелестных ребятишек.
— Дядя Трэвис приехал! — радостно кричали они, повизгивая от удовольствия, когда он принялся кружить их. — Ты нам что-нибудь привез? Дядя Клей начал о тебе беспокоиться. Какая она, Англия? Мама родила двух малышей вместо одного, а у собаки появились новые щенята.
— Так, значит, вы называете ее мамой? — рассмеялся Трэвис.
Мальчик свысока взглянул на сестру.
— Она имеет в виду Николь. Иногда бывает трудно вспомнить, что она не наша мать.
Следом за ребятишками подошел высокий стройный мужчина с темными волосами и глазами, высокими скулами и выражением радости на лице.
— Где тебя черти носили? — спросил он, заключая Трэвиса в объятия.
— Мы прибыли на несколько дней раньше, чем предполагалось, и тебе это хорошо известно! — сказал в ответ Трэвис. — Меня никто не встретил, и мне пришлось оставить свой груз на складе, а самому позаимствовать это утлое суденышко, которое почему-то называется лодкой.
Указав жестом на лодку, Трэвис привлек внимание Клея к Риган, которая спокойно стояла на краю причала. Но не успел Клей задать свои вопросы, как Трэвис воскликнул:
— Вот кого мне хотелось больше всего увидеть! — С этими словами он бросился к очень хорошенькой молодой женщине и, заключив ее в объятия, поцеловал в губы. Внимание другого мужчины немедленно переключилось с Риган на эту пару. Казалось, он с трудом сдерживает чувства.
Трэвис сразу же потащил женщину к причалу.
— Я хочу тебя кое с кем познакомить, — сказал он.
При ближайшем рассмотрении женщина оказалась еще красивее, чем с дальнего расстояния. У нее было лицо в форме сердечка, большие карие глаза и чувственный рот. Риган сразу же заметила, что на ней надето платье из темно-пурпурного муслина, украшенное зелеными ленточками по линии завышенной талии. Напрасно она мечтала показать американкам, какие платья нынче в моде. В том платье, которое было надето на этой женщине, было бы не стыдно даже при дворе появиться!
