Крауча. Неплохая работа, ты смог воспитать хорошую собаку, которая каждый раз путалась у меня под ногами.
— Ты это всерьёз? — неподдельно изумился маг, с трудом подавив желание обернуться и внимательно разглядеть собеседника. Подобное самомнение и эгоизм просто не имели себе равных. — Даже не знаю, с чего же тут начать… Может, с того, что я, как и остальные, всё это время считал тебя мёртвым? А с мертвецами не воюют, их хоронят, да поминают иногда.
— Не воюют, неужели… — непонятно чему усмехнулся «Поттер». Это могло быть намёком на то, что он знает о специализации бывшего главы семьи Арчибальд и его умении отправлять мёртвых в бой. А могло быть и намёком на прошлые подвиги самого Волдеморта и истории с инферналами.
— В любом случае, предполагать, что ученик младших курсов вёл долгую игру против одного из сильнейших волшебников… мне очень лестно это слышать, но я честно оцениваю свои способности.
— «Вёл игру»? Едва ли, — пренебрежительно отмахнулся волшебник. — Тобой играли против меня — вот это вполне возможно. Старик или ребёнок, чистокровный изгой или грязнокровка — ему сгодятся любые фигуры, и чем их больше, тем лучше.
— Это… немного обидно прозвучало, как по мне.
— Не нравится быть пешкой? — «Поттер» криво усмехнулся. — Мне тоже не пришлось по вкусу. Однако в игре пешка, дошедшая до конца доски, становится ферзём… А в жизни она имеет шансы занять место игрока. И это мне по нраву куда больше. Попробуй как-нибудь, вдруг тоже окажется по душе.
— Всенепременно… Но раз уж мы пересеклись на доске, неужели скромная белая пешка не может услышать разбор предыдущей партии от гроссмейстера? Хотя бы эндшпиля. Я ведь много читал и расспрашивал других о том, что и как тогда происходило. Все твои действия подчинялись логике — пусть я с ней и не во всём согласен, но легко могу её понять. Что ты делал, зачем ты это делал. Всё, кроме одного, и это грызёт моё любопытство уже третий год! — Кайнетт изобразил нездоровый энтузиазм, немного повысив тон и взмахнув рукой.
— То есть ты в самом деле хочешь просто получить от меня ответы о чём-то? — настала очередь «тёмного лорда» удивляться.
— Ну, да, я с самого начала об этом и говорю! Я хочу знать. Я должен знать! — маг добавил в голос одержимости. — Иначе истины мы так никогда ни от кого и не добьёмся. А директор едва ли когда-нибудь расскажет всю правду людям.
— Начинаю вспоминать, почему я не люблю держать рядом людей с Рейвенкло, — словно сам себе заметил волшебник. — Вы вечно полагаете, что ум способен заменить вам здравый смысл. Или ты решил стать моим личным биографом?
— Я просто хочу получить ответы.
— Некоторым людям это простое желание стоило жизни. Вспомнить хоть того же Блэка — перспективный был юноша, но его любопытство обошлось слишком дорого. Однако я великодушен и хотя бы выслушаю, что же тебя до такой степени заинтересовало, что ты готов рисковать головой? — снисходительно поинтересовался он.
— На самом деле, очень простой вопрос. Зачем? Зачем было туда идти самому? Что такого Поттеры могли сделать… тебе? — сказав это маг постарался добавить презрения и издевки в голос: — Бесполезный младенец, ещё не научившийся говорить. Самовлюбленный богатенький кретин без намёка на способности, который в школе развлекался тем, что вместе с друзьями безнаказанно травил и проклинал всех, кто слабее него. Бесталанная грязнокровка, заработавшая хорошие оценки и место старосты всем известным способом, а потом успевшая выскочить замуж за того чистокровного, который ей больше пообещал. И это сборище посредственностей, два вчерашних школьника и ребёнок — угроза, которую «лорду» потребовалось бы устранять лично?
— Заткнись! Ты ничего о них не знаешь… — прошипел мальчишка и протянул руку, словно хотел схватить Мерфи за горло.
Его голос не изменился. Но интонации были другими. Злость, даже ярость вместо презрительного высокомерия. Сейчас с ним говорил вовсе не Том Реддл. Сделав вид, словно ничего не произошло, Кайнетт пожал плечами и произнёс:
— Не знал, что ты настолько уважаешь своих мёртвых врагов. Но как будет угодно, вопрос-то не снимается: зачем было убивать этих храбрых героев Сопротивления лично?
— Я умею ценить в людях смелость, — произнёс «Поттер» уже прежним тоном. Судя по всему, надолго порыва мальчишки не хватило. Реддл же просто предпочел сделать вид, что ничего не было. — У них хватило глупости пойти против меня… но и храбрости на это тоже хватило. Я знаю, как меня сейчас рисуют в книгах и газетах — кровожадный палач, упивавшийся смертью волшебников и магглов… Но я всегда давал людям выбор. Они могли остаться на стороне старой, уже начавшей гнить Британии, и там погибнуть, или присоединиться ко мне и изменить этот мир. Даже грязнокровки получали неприкосновенность, встав на мою сторону, ведь они могли бы заслужить себе достойное место при должном усердии. Поттерам совсем не обязательно было умирать, но они свой выбор сделали. А старик прекрасно знал о глупой храбрости детишек, которым он надёжно задурил голову, так что с самого начала на это и рассчитывал, подготовив ловушку. Это к вопросу о пешках и о том, как легко ими жертвуют в игре.
— Что ж, я услышал куда больше, чем надеялся. Моё любопытство удовлетворено. Полезно бывает выслушать и мнение иной стороны, картина сразу перестаёт быть… чёрно-белой. Не хотел бы навязываться, но, возможно, мне ещё представится шанс услышать ценные советы.
— Может, и представится, — пообещал волшебник. — Если ты готов слушать и узнавать, а не просто верить.
— Разве не для этого нужна школа? Чтобы узнавать нечто новое. Если бы я хотел просто верить, сразу записался бы в семинарию. Был очень рад пообщаться. До встречи… мистер Поттер.
***
— Джим, ты уверен в этом преобразовании? — Виллин указал на пергамент со сложным кругом трансмутации.
— А что именно кажется тебе неправильным? — спросил Кайнетт, отложив почти дописанное эссе. Ничего особенного, самым сложным в любом случае было постоянно сдерживать себя и не демонстрировать слишком уж глубокие знания предмета.
— Общее правило для стихийных элементов, что превращение металлов идёт через землю. А у тебя в схеме стоит символ элемента воды.
— Так ведь это не просто металл, это ртуть, — маг постарался, чтобы его тон не звучал уж слишком язвительно и покровительственно. — Которая остаётся жидкой на протяжении всего процесса, так что здесь нужна именно вода. Как в реакциях с расплавленным серебром или оловом преобразование идёт через комбинацию двух элементов, воды и огня. Металлы добывают из земли, но для данного круга первостепенны свойства ртути, а не её происхождение, ведь она служит только промежуточным звеном при образовании
