И, словно проливая бальзам на его сердце, в глазах девушки вспыхнула надежда. Как же она хотела жить!
Лаора с трудом разомкнула губы:
— Син жив?
— Да.
— Вы хотите заставить меня дать разрешение? — тихо спросила она. — Шантажируя им, Арно, руэнцами?
— Подумай сама, Лаора, — улыбнулся ей Седаар. Сейчас боль словно притухла, и на место ее приходил жар. — Ты в моих руках прямо сейчас, и кровь твоя тоже. Я знаю о ней больше, чем ты сама. Приковать тебя так, чтобы ты не могла себя убить, проще простого. Так что просто соглашайся.
Она моргнула, не понимая.
— Тогда почему вы?..
— Не хочу видеть тебя такой больше, — честно ответил Седаар, уже зная в глубине души куда более полный ответ. Он мягко вытер влажную дорожку на теплой щеке. — И по этой же причине не собираюсь шантажировать тебя. Так согласна?
Девушка тяжело дышала. Каждый ее вдох наполнял его восторгом.
— Хорошо, — наконец, согласилась она, протягивая ему запястье для скрепляющего обет заговора.
И когда Седаар отпустил ее хрупкие плечи, вдруг улыбнулась сквозь слезы. Она присела у Арно, пока герцог пораженно прислушивался к себе. А потом подняла к нему свое светлое лицо и неожиданно серьезно сказала:
— Я знаю, что у вас свои мотивы. Но спасибо. — И повторила тише: — Спасибо.
Глава 26. Как развязать войну (Каидан)
Каидан метался по лучшим покоям Стратацита, опасливо предоставленным ему герцогом Стелером. Раньше он бы с удовольствием прошелся по замку, ощущая себя хозяином людишкам, которые когда-то его ни во что-не ставили, прижал бы пару знатных служанок, всем своим видом показывая, насколько в кулаке держит всех вокруг, ласково поговорил с наследником синей семьи, Вардо — разумеется, на глазах у сходящей с ума от беспокойства Фриянки и ее растерянного, готового в лепешку расшибиться мужа.
И это было бы забавно.
И, конечно, пошло бы на пользу: Стелеры и так дрожали перед Адэлиндой Талатион, но после подобной демонстрации силы не посмели бы допустить и тень сомнения в том, что ее нужно слушаться. Вероятно, и Адэлинда бы оценила.
Но сейчас все было иначе.
Мысль о том, что Лаора осталась наедине с привыкшим расправляться с ненужными людьми господином, жгла его изнутри. Собственное согласие уйти по приказу, как он делал всегда, казалось Каидану ошибкой, и агрессивная реакция лорда Седаара на просьбу оставить девчонку в живых была лишь подтверждением не дающего покоя образа: как демон, выкачав из бедняжки все, что ему нужно, попросту сворачивает воспитаннице Сина шею.
И как Лаора лежит на снегу… Как слезинка стекает, леденея, по белой щеке.
До того, как он познал ее.
Каидану было сложно сформулировать, чем же Лаора так привлекала его. Однако зуд где-то внутри, назойливый, неудовлетверенный, путал мысли.
Направляющий остановился посреди спальни. Стены душили его. Нужно было срочно найти повод вернуться.
— Каидан, вы присоединитесь к нам за ужином? — не стучась, заглянула к нему леди Адэлинда. Раньше он бы, несомненно, восхитился ее статью и уверенностью плавных движений, но сейчас только зло посмотрел на увитые жемчугами локоны. — Это очень особенный ужин. Я передам Стелерам рекомендации к действию от черного герцога. Сейчас они пытаются договариваться со всеми, пересекающими границу разлома, и принимают их чуть ли не как гостей, разве что не пускают обратно. Те и рады, вот только долго так продолжаться не должно. Если мне не удастся обосновать герцогу Марику, зачем немедленно разворачивать военные действия, а не пытаться устанавливать бессмысленные союзы, помирив всех со всеми, ваша помощь не была бы лишней.
А вот и причина. Хорошо, очень хорошо.
— Пусть отказываются от войны, — предложил он Адэлинде. — Пусть тешатся иллюзией. Пусть соберут отряд, обязательно с родственниками герцога Марика, который пойдет в Оруэн заключать мир, раз все такие дружелюбные. Я лично поведу этот отряд.
Адэлинда плавно скользнула в покои, бесшумно закрыла за собой дверь.
Она погладила изящными пальцами деревянный косяк, словно животное, в одно движение обернулась. Светлые глаза мерцали пониманием — в уме этой женщине точно было не отказать, хоть она и не дотягивала до своей сестры.
— Отряд не вернется, — понятливо протянула Адэлинда. — Наверно, их ждет ужасная смерть. Насилие к чужакам.
— Скорее всего, — усмехнулся Каидан, подходя к вздернувшей подбородок женщине вплотную. — Как скажет лорд Седаар.
— Он там? — округлились миндалевидные глаза леди Адэлинды.
— Да. И он оценит нашу идею, — выделив тоном слово «нашу», ответил Каидан.
— Я тоже пойду, — по-кошачьи улыбнулась Адэлинда. — Никто из Стелеров не посмеет обвинить леди Талатион во лжи, когда я вернусь, еле выжившая среди наших врагов, израненная, требующая немедленного отмщения от имени всего Альвиара. Как думаете, сколько времени займет наша вылазка?
— Дня два-три.
— Так быстро, — протянула женщина печально. — Мне дана неделя.
— Этот увалень раскачается не сразу, — заметил Каидан.
***
В обеденном зале и Каидана, и глупо загоревшуюся идеей увидеться с лордом Адэлинду ждал сюрприз. Сарья, как ни в чем не бывало устроившаяся по правую руку от Марика Стелера в кресле его жены, склонилась к герцогу и что-то ему рассказывала. Лицо ее при этом мало что выражало, и только почти незаметная улыбка, как обычно, не сходила с губ.
А вот синий герцог был невесел. Внешние уголки его глаз опустились, словно он вот-вот заплачет. Мужчина нервно сжимал в руках серебряный кубок, не замечая, что тот накренился, и красная, как кровь, жидкость, капает на ковер. Сарье он не возражал, только кивал иногда, оставляясь все таким же скорбным.
Поодаль, под высоким подоконником окна, играл с деревянной лошадкой Вардо. Леди Фриянка хоть и покачивала игрушечного коня, а сама не сводила взора с мужа.
Больше в зале никого не было — ни слуг, ни охраны. И даже стол не был накрыт, хоть Каидан и Адэлинда опоздали к назначенному часу.
— Сарья, — притворно радостно выступила вперед Адэлинда. — Рада тебя видеть.
— Не слишком рада, сестрица, — хмыкнула Сарья, плюя на этикет, не позволявший обычно выносить ссоры за пределы семьи. — Как и я тебе. Как же так получилось, что вы не заметили, что творят пришлые из разлома на землях герцога Марика? Если бы я не оказалась случайно рядом, сколько наших девушек утащили бы к себе эти варвары, которым был оказан такой королевский тут прием? Сколько еще изб они бы сожгли? Повезло, что моя дружина, направленная сюда на помощь, не только заметила эти зверства, но и вызвала меня, чтобы разобраться. Я прекратила эти издевательства, но сами понимаете, замученных уж не вернуть…
Небольшие пальчики ее плясали на рукоятке ножа. Каидан даже залюбовался легкостью, с которой Сарья держала себя — настоящая хозяйка, чего не скажешь об Адэлинде. И хотя ни назвать Сарью красивой, ни тем более воспитанной было нельзя, чувствовалось в ней что-то подкупающе сильное, чего недоставало все время беспокоящейся о внешнем виде Адэлинде. Каидан не сомневался: младшая леди Талатион легко свернула бы шею любому, кто показался бы ей лишним, тогда как Адэлинда тысячу раз огляделась бы, чтобы понять, не будут ли истолкованы ее действия неверно.
И сейчас Сарья играючи решила одну из проблем. Очевидно же, что не отважившиеся даже напасть со смертными плетениями на Каидана оруэнцы не стали бы никого жечь и убивать. И Стелер, еще сегодня утром уверенный — и не зря! — в их миролюбивой природе, теперь сидел и убивался чувством вины, что дал себя провести.
Каидан едва заметно кивнул Сарье, выражая одобрение, но та даже не заметила жеста уважения. Она и так знала, что поступает верно.
— Насколько мне было известно, они пока не пытались навредить нам… — попыталась найтись Адэлинда, но сделала только хуже. Сарья, повернутого к вошедшим лица которой Марик Стелер видеть не мог, красноречиво закатила круглые глаза. — И я очень сожалею…
