— Да. Именно, мистер Кемп.
— А для тебя нет ничего дороже её, да, Люк?
— Да, мистер Кемп.
— Хотя ты и не можешь объяснить это своему дяде.
— Именно. Никак не могу растолковать, мистер Кемп, — ответил Люк, доверчиво глядя в глаза старика.
— Может, тогда тебе стоит сделать ему деловое предложение, а, Люк?
— Я… Я не понимаю, о чём вы говорите.
— Видишь ли, меня вполне устраивает, как ты загоняешь моих коров по вечерам, — улыбаясь про себя, сказал мистер Кемп. — По правде говоря, по-моему, ты неплохо справишься с ними и без меня. Готов ли ты загонять их каждый вечер за семьдесят пять центов в неделю?
— Конечно, мистер Кемп. Я готов это делать и бесплатно.
— Всё, сынок, договорились. А теперь я скажу тебе, как поступить. Иди к дяде и, не давая ему возможности высказаться, заяви, что пришёл к нему с деловым предложением. Говори твёрдо, как мужчина. Предложи платить ему за содержание собаки семьдесят пять центов в неделю.
— Но мой дядя не нуждается в семидесяти пяти центах, мистер Кемп, — смущённо возразил Люк.
— Конечно, нет, — согласился мистер Кемп. — Дело в принципе. Не сомневайся. Помни, что против самой собаки он ничего не имеет. Иди, сынок. Дай мне знать, как всё получится, — добавил он с весёлой улыбкой. — Насколько я знаю твоего дядю, всё удастся как нельзя лучше.
— Видите ли… — опасливо начал Люк.
— Иди, сынок. Не трусь.
— Можно я оставлю Дэна здесь, а сам пойду и сначала поговорю с дядей Генри?
— Нет, Люк. Ты должен быть уверен в своём деловом предложении. Возьми собаку с собой. Это произведёт более сильное впечатление.
— А если ничего не получится, выходит, я сам отдал собаку в руки дяди Генри? Нет, мистер Кемп, я на это не могу решиться. Если бы вы разрешили мне оставить Дэна здесь…
— Если ты оставишь Дэна здесь, Люк, дядя Генри, по-моему, не будет тебя слушать с таким уважением.
— Что, если он просто схватит Дэна?
— Ты забываешь, что он человек деловой, а такие люди всегда прислушиваются к тому, что им предлагают. Они головы не теряют. Не трусь, сынок, есть шанс, что твой дядя Генри посчитается с твоим желанием.
— Может быть. Но мне хотелось бы…
— Иди, Люк.
— Попробую, мистер Кемп, — сказал Люк. — Большое спасибо.
Но уверенности у него не было, потому что, хотя он и знал, что мистер Кемп человек умный и не станет его обманывать, ему трудно было поверить в то, что семьдесят пять центов в неделю заставят дядю передумать.
— Пойдём, Дэн, — позвал он собаку и медленно, со страхом двинулся назад к дому.
Когда они шли по тропинке, в окне появилась тётя.
— Генри, Генри, смотри: Люк с собакой! — воскликнула она.
В десяти шагах от веранды Люк остановился и с волнением ждал, пока из дома выйдет дядя. Дядя Генри не вышел, а выскочил, но, увидев рядом с Люком колли, остановился как вкопанный и побледнел. Нижняя челюсть у него отвисла.
— Люк, — прошептал он, — у этой собаки был камень на шее.
— Я вытащил её из воды, — смущённо сказал Люк.
— А, вот оно что, — отозвался дядя Генри, и в его голосе послышалось облегчение, словно он обрадовался столь простому объяснению, сделавшему мир снова разумным и реальным. Постепенно краска вернулась на его лицо, но говорить он всё ещё был не в силах: его охватило совершенно неведомое ему чувство растерянности. Он вдруг с такой силой осознал присутствие Люка, что пришёл в замешательство и попытался либо тотчас приспособиться к этому новому ощущению, либо отделаться от него прежде, чем оно осложнит его жизнь.
— Значит, ты вытащил его, а? — спросил он, по-прежнему глядя на пса с тревогой. — Этого не следовало делать. Я велел Сэму Картеру прикончить его.
— Минутку, дядя Генри, — сказал Люк, стараясь не запнуться. Он почувствовал себя более уверенно, когда из дома вышла и встала рядом с мужем тётя Элен. Глаза её смотрели так ласково, что он отважился заявить: — У меня к вам деловое предложение, дядя Генри.
— Что? — спросил дядя Генри. Он всё ещё не мог отделаться от чувства неуверенности и предпочёл бы не стоять лицом к лицу с мальчиком и собакой.
— Деловое предложение, — поспешно повторил Люк. — По-вашему, Дэн, насколько мне известно, не стоит своего содержания. Наверное, так думают и все другие, за исключением меня. Поэтому я буду платить вам за его содержание семьдесят пять центов в неделю.
— Что? — опять спросил с растерянным видом дядя Генри. — А где ты возьмёшь семьдесят пять центов в неделю, Люк?
— Я буду каждый вечер загонять коров мистера Кемпа.
— Ради бога, Генри… — взмолилась тётя Элен. Она вдруг взволновалась и отчаянно замахала руками. Она не могла видеть глаза мальчика: ей стало стыдно, она почувствовала себя виноватой, а потом её внезапно охватило странное чувство тоски, такое сильное и мучительное, что она была не в силах его вынести. — Генри, — в отчаянии всхлипнула она, — разреши ему оставить собаку! — и убежала в дом.
— Что это за разговоры? — крикнул ей вслед дядя Генри. — Веди себя разумно! — Но он сам был так потрясён и подавлен случившимся, что растерял всю свою уверенность. Он медленно опустился в качалку и принялся тереть себе щёку. Ему хотелось сказать: «Ладно, пусть собака остаётся», но было стыдно проявить слабость и жалость. Он упорно не желал поддаваться этому чувству и, тщетно пытаясь преодолеть свою растерянность, призывал на помощь здравый смысл. Он раскачивался и размышлял. Наконец он улыбнулся.
— Ну и сообразительный же ты парень, Люк! — не спеша заметил он. — Придумать такое! Знаешь, я не прочь принять твое предложение.
— Спасибо, дядя Генри.
— Я принимаю его, потому что, по-моему, ты извлечёшь из этой истории кое-какие уроки, — поучающе продолжал он.
— Да, дядя Генри.
— Ты поймёшь, что даже самым находчивым людям приходится платить за удовольствие деньгами, заработанными тяжким трудом.
— Согласен.
— Рано или поздно тебе придется это понять. И ты поймёшь, я не сомневаюсь, потому что у тебя есть деловая смётка. Мне нравится такая смётка у мальчика. Всё, сынок, — заключил он, облегчённо улыбнулся и вошёл в дом.
— Ну, что скажешь? — повернувшись к Дэну, ласково прошептал Люк.
Сидя на ступеньках веранды вместе с колли и прислушиваясь к беседе дяди Генри с женой, Люк ликовал от радости. Затем этот восторг сменило чувство безграничного удивления: откуда мистер Кемп так хорошо знает дядю Генри? Он начал мечтать о том, что когда-нибудь станет таким же умным, как мистер Кемп, и обретёт умение обращаться с людьми.
Он уже чувствовал себя на много лет старше. Не месяцы, а годы, казалось ему, прошли с того дня, когда он появился на лесопильне, и он уже научился у дяди тому важному, о чём просил его отец.
