– Все решено, – объявил Кольм. – Ты выйдешь за меня, и никто не посмеет называть тебя иначе, чем леди Габриела.
– Вы даже не спросили, согласна ли я.
– А с какой стати я стану спрашивать?
Его наглость не знает границ. Габриела почувствовала, как кровь снова приливает к лицу. Ей стоило огромных усилий сдержать свое возмущение.
Кольм видел, что она негодует. Она сжала кулаки. Он знал, что рано или поздно она выйдет из себя. Интересно, она понимает, насколько очевидны ее эмоции? Скорее всего нет, да и вряд ли она стала бы их скрывать.
Брейден прервал их:
– Вождь, они ждут вас.
Кольм кивнул и снова повернулся к Габриеле.
– Есть вопросы? – спросил он раздраженно.
Он серьезно? Конечно, у нее есть вопросы. Не одна сотня.
– У меня нет приданого.
– Мне не нужно приданое.
– Тут вы отличаетесь от других. Им была нужна лишь Финнис-Флэт.
– Нечего сравнивать меня с этими бастардами, – выпалил он гневно.
– Ради долга перед вождем Бьюкененом вы готовы поставить крест на своем будущем? Не пойму, зачем вам это нужно?
– Ты считаешь, что нужна этим людям из-за Финнис-Флэт?
– Из-за чего же еще?
Ее вопрос был наивным, но совершенно невинным. Она и правда не знала себе цены, а значит, никогда не пользовалась красотой, чтобы добиться желаемого.
– Я не стану тратить время на обсуждение их низких целей, – сказал он.
– А вы? Вы готовы разрушить свою жизнь…
– Габриела, ни одна женщина не сможет разрушить мою жизнь. Я ей этого не позволю, – заявил он.
– Я и не думала.
– Не знаю, как английские бароны обращаются со своими женами, но подозреваю, что дурно.
– Не все, – возразила она.
– Мы наших женщин не обижаем. Я никогда не сделаю тебе больно, и ты будешь под моей защитой.
Она верила ему. И замужество вдруг перестало ее пугать. Быть может, потому, что ей просто некуда деваться.
– А когда вы хотите отпраздновать свадьбу?
– У тебя есть выбор, – сказал он и нетерпеливо глянул на выход. У него оставалось все меньше времени на этот разговор. – Мы женимся сейчас или через шесть месяцев. Если сейчас, то нам не придется выполнять супружеские обязанности шесть месяцев.
Габриела была сбита с толку.
– Почему шесть месяцев? – спросила она.
– Чтобы клан знал, что ребенок, которого ты носишь, мой.
– Но вы же говорили, что не поверили той лжи…
Кольм перебил ее:
– Предложение исходит от Бродика. Он не хочет, чтобы у кого-либо возникли вопросы, если ребенок родится в срок после свадьбы.
Ошеломленная и обиженная его прямотой, он смогла лишь покачать головой, когда он спросил ее, есть ли еще вопросы.
На полпути к лестнице он вспомнил, что хотел поговорить с ней еще кое о чем.
– Габриела, я позволил твоим телохранителям сопровождать тебя, куда бы ты ни пошла, чтобы ты чувствовала себя в безопасности, но они не смогут остаться.
Она вскочила на ноги:
– Они должны остаться.
Ее вспышка поразила Кольма. Она спокойно приняла его решение относительно ее будущего, а сейчас настроена воинственно.
– Нет, они не останутся, – сказал он спокойно. – Защищать тебя – это мой долг, мой и моих воинов. Вмешательство в это дело посторонних оскорбительно.
– Вы не понимаете. Вы должны…
– Это не подлежит обсуждению! – рявкнул он. – Твоих телохранителей щедро вознаградят за то, что они встали на защиту моего брата.
– Вознаградите их, разрешив остаться со мной.
Он покачал головой:
– Я не изменю своего решения. Сейчас я вынужден заняться другим неотложным обязательством, и время поджимает. Но когда я вернусь, то поговорю с твоими воинами. Я не привык оправдываться в своих решениях, но в данном случае сделаю исключение. Я объясню им свои мотивы, после чего мои воины проводят их через горы. У тебя есть время попрощаться с ними.
Он спустился на две ступени и, обернувшись, сказал:
– Я жду твоего полного согласия.
Она смотрела на него несколько секунд, затем сделала реверанс.
– Как вам будет угодно.
Кольм был рад, что обошлось без слез. Крепость он покинул в хорошем расположении духа. А когда три часа спустя вернулся, ему сообщили, что леди Габриела уехала.
Глава 30
Макхью догнал ее у основания скалы клана. Она все еще была на его земле, хотя и близко к границам. Опоздай он хоть на час, и Габриела была бы уже на Финнис-Флэт, где ее подстерегали хищные твари, ожидавшие темноты, чтобы выползти из своих нор.
О чем эта чертовка думала, когда пошла по диким землям в сопровождении лишь четверых мужчин?
Но с ней ничего не случилось. Теперь она в безопасности. Так думал он, пока подъезжал к ней. Он кипел от гнева и всерьез подумывал взвалить ее на плечо и увезти в свою крепость. Можно приволочь и силой.
Габриела слышала, как грохочет земля под копытами его лошади. Она остановилась, чтобы напоить коня. Габриела отошла достаточно далеко от Плута и понимала, что не успеет убежать от Кольма.
Глаза его метали молнии, челюсти были сжаты. Он спешился еще до того, как лошадь остановилась. Габриеле хотелось попятиться, но она взяла себя в руки и гордо вскинула подбородок, дожидаясь, пока он подойдет.
Ее охрана встала на пути у вождя, но Габриела знала, что вождь не отступит. Она достаточно времени провела в его обществе, чтобы понять, что он за человек. Но ведь и ее телохранители тоже не отступят. Только в ее власти предотвратить столкновение.
– Пропустите меня, я хочу поговорить с вождем.
Фост был обеспокоен.
– Принцесса, – прошептал он, – мы не можем допустить, чтобы он сделал с вами что-нибудь.
Стивен, как и Габриела, хорошо разбирался в людях. Он понял, что представляет собой вождь. Он видел, как приветствовали его люди клана Макхью, когда он вернулся в крепость. Они откровенно радовались и вовсе не выглядели напуганными. У них были крепкие дома, и возле каждой двери лежала приличная вязанка дров. Дети не прятались при появлении Кольма и его воинов. Макхью защищал то, что было ему дорого. А в глазах Макхью Стивен увидел радость при виде Габриелы, значит, она все же дорога ему.
Стивен хлопнул друга по плечу и сказал:
– Пропусти ее к вождю, с ним наша принцесса в безопасности.
Кольм не обратил на ее телохранителей никакого внимания.
– Мне нужно поговорить с тобой, Габриела. – Тон его не предвещал ничего хорошего.
Вождь навис над ней словно башня, и ей пришлось отступить на несколько шагов, чтобы не запрокидывать голову, глядя на него.
– Что вы хотели мне сказать?
– Ты, видимо, чего-то не поняла, когда мы разговаривали утром. Я хочу знать, чего именно, чтобы еще раз объяснить.
