Дон, завтра это мог быть какой-нибудь Дилан или Бред. Мне до ее раскрепощенности… как до Хавраны вот отсюда. Сколько бы это ни было.
Синее покрывало на моей постели кто-то заменил нарядным алым. Торжественным. Мириэль нигде не было, но я не сомневалась, что это работа рыжей помощницы. Она же и сорочку мне подобрала. И явно очень радовалась грядущему «событию». Не удивлюсь, если пританцовывала и хихикала, заменяя белье на свежее.
Мириэль намекнула мне вчера, что это большая честь – быть «опробованной» драконом. Этакий бонус к репутации. И, мол, все льяры, предъявившие владыке свои дары, в дальнейшем очень недурно устраиваются. Обретают выгодную партию из числа вельмож.
Так что дракон считает прямо-таки своим долгом попортить каждую невесту. Приложить, так сказать, «руку» к ее счастливой судьбе.
Тьфу!
Я набросила на плечи выбранную сорочку – не из покорности, а, скорее, из лени искать другую. Меня сейчас занимали вещи посерьезнее. Такие, как отсутствие копья и иного холодного оружия.
Единственное подручное средство самозащиты, обнаруженное в спальне, оказалось… подножным.
Я наклонилась и, смахнув нервную испарину со лба, подтащила ночной горшок к кровати. Поставила у самого изголовья. Он был увесистый, керамический, с расписными боками… Жалко, что пустой.
***
Скрестив руки на груди, я лежала поверх покрывала, глубоко дышала и пялилась в темный потолок. Ждала владыку, готовясь продемонстрировать ему мои керамические «дары». Если Бронзовый еще немного задержится, они будут к тому же наполненными.
В приоткрытое окно влетали ночные запахи цветущего сада. Живот все еще сводило жаркими импульсами: мое глупое тело требовало горячего маньяка. Словно тоже стало одержимым, как и хозяйка.
Вика права: мне следовало раньше расслабиться, спустить демонов с поводка и сходить на какое-нибудь свидание. А теперь поздно сокрушаться. Все внутри окончательно спятило от единственного поцелуя, подкрепленного мощной аргументацией.
Я перевернулась на живот и исступленно укусила уголок подушки, высунувшийся из-под покрывала. Плохой, плохой «тигр»! Темница по нему плачет. И копье!
Дверь в спальню распахнулась, и в проеме очертился черный силуэт. Мужчина молча прошел до кровати. Я резко прикрыла веки, притворяясь спящей. Может, у драконов есть совесть и они достаточно воспитаны, чтобы не будить храпящую льяру?
Нет, совести у Бронзового не обнаружилось. Он скинул с себя коэфер, или как там его одежда называлась, позволив ткани скатиться с плеч прямо на пол. Уселся на скрипнувшую постель и с усталым вздохом откинулся на подушки.
Щекотный палец коснулся моего затылка, отвел волосы с лица. Прошелся по щеке, погладил губы, все еще сжимавшие уголок подушки. Порочно забрался в приоткрытый рот и коснулся языка. Зубы сами сомкнулись на чертовом пальце, заставив дракона взволнованно охнуть.
Я выплюнула соленую добычу, резко поднялась на локтях. Оттолкнулась, соскочила с кровати, подхватила горшок и с треском опустила его на голову наглеца. Наверное, на голову. Архан ногу сломит в этой темени.
– Та-а-аша…
Укоряющий стон, подозрительно знакомый, раздался сразу за хрустом. Но опознала я его не сразу: все думала, что же так хрустнуло? Не дай местный бог, если это был мой керамический друг! Он совсем не заслужил такой судьбы.
Я сдвинула плотную штору, впуская в комнату ночное освещение сада. Пространство залило бледно-голубым сиянием. И на моей подушке нашелся Рейнар Уэйн, потирающий многострадальный череп.
– Ты разве не читаешь судьбы? – выдохнула изумленно.
– Ч-читаю…
– Не мог хоть иногда поглядывать в свою? Второй раз на те же грабли!
Опять левая бровь. И опять красные брызги. Право слово, мне и самой уже надоело портить этот великолепный экземпляр! Черт знает что забывший в моей спальне.
– В свою нельзя, Натали. Запрещено сводом правил великих ловцов, – пробубнил еле слышно, стараясь не шевелиться. – Это был ночной горшок?
– Чистый. И пустой. И я знаю, где он валялся до того, как встретиться с твоим лбом.
– Превосходно!
– Я ждала хвостатое сиятельство. Ты сам велел приготовиться к его визиту…
Я прижала к груди керамическое чудо. Действительно чудо: оно даже не треснуло от столкновения с непрошибаемым маньяком.
– Будем считать, что я спас жизнь Бронзовому, – проворчал мой внезапный гость. – У него не такой крепкий череп.
– А где он сам?
Я вернула горшок на пол и нервно прошлась по комнате. Минуту назад я кусала подушку, желая только одного – чтобы чертов маньяк оказался со мной под одеялом. И вернулся к тому, с чего начал. Но вот сейчас эта затея казалась верхом нелепости.
– Я убедил Эда, что сегодняшней ночью судьба благоволит льяре Монин. А завтрашней – льяре Тери. Он доверяет моему мнению, – задумчиво пробормотал «ловец» в потолок.
Я открыла ящик комода, нашла в нем чистый платок. Смочила в воде из питьевого кувшина.
– А почему ты сам пришел сюда? – присела на край кровати и опустила мокрую ткань Уэйну на лицо.
Порозовевшая вода потекла по виску, закатилась в глаз, и «тигр» поморщился.
– Как бы тебе сказать… – он приподнялся на локте. – Таша…
Здоровый зеленый глаз пытливо уставился на меня, и жаркие импульсы снова вернулись в живот. Гадство. Им там совсем не место. Не сейчас.
– Мириэль объяснила мне, что на время отбора все льяры принадлежат исключительно… исключительно…
Я набрала воздуха в щеки и медленно выпустила. О чем мы вообще говорим? О том, что ловцам не положено заглядывать в спальни претенденток? Во всяком случае, с той целью, которую мы оба подразумеваем…
– Да, мисс Холден, я нарушил незыблемый закон мира Энхарад! – Уэйн закатил глаза и упал затылком на подушку. – Побежишь жаловаться Бронзовому? Достанешь неудовлетворенного дракона из теплой постели Моники? Ох, боюсь, она тебе не простит…
Этот коварный, хрипловатый шепот заставлял хаотично бегать всех «мурашек» под моей сорочкой. Они там очень неорганизованной толпой носились. Явно им не хватало разумного мурашечного лидера, способного повести за собой.
– Эта идея с «предъявлением даров» с самого начала мерзопакостна, – передернула плечами, прогоняя мурашечное войско.
Забрала платок и промыла в чистой воде.
– В каждом мире свои правила, свои традиции, – Уэйн потер ушибленную бровь, размазывая кровь по виску. – Важно их соблюдать и почитать.
– Как-то ты очень избирателен в смысле почитания законов! – я насмешливо кивнула на подушку, которую занимал его чернявый затылок.
Мы оба знали, что ему тут не место. Но он тем не менее тут был.
Выходит, поцелуй в библиотеке и Уэйна выбил из накатанной колеи? Он ведь понял там, что я «играю»… Вроде бы играю… Так планировалось, во всяком случае. Пока не заигралась.
Понял. Но все равно отговорил дракона от ночного визита. И зачем-то заявился ко мне сам.
– Я с уважением отношусь к священному кодексу Энхарада, –
