К приезду Андрея она даже купила новое платье, а также решила изменить тон своих писем. Завтра Руби будет веселой и более сговорчивой и скажет Андрею, что рада видеть его, даст понять, что не прочь встречаться почаще. Но воспоминания продолжали мучить ее, не давали покоя, хотя она прекрасно понимала: их время с Калвином прошло и уже никогда не вернется. Руби так и уснула со слезами на глазах.
* * *
Плюнув на тряпку, Андрей Блу принялся полировать и без того начищенные до блеска сапоги. Сегодня он был такой опрятный и отглаженный, что при его появлении корпус морских пехотинцев буквально содрогнулся от восторженных криков.
Андрей очень тщательно готовился к свиданию с Руби Коннорс. С тех пор как его перевели в Кэмп Леджун, она оставалась единственной девушкой, с которой он так и не сумел договориться. Андрей использовал любую возможность, чтобы съездить в Вашингтон — даже за свой счет — и увидеться с Руби. Признаться, он и сам не понимал, зачем переписывается с ней. Безусловно, они питали друг к другу какие-то чувства. Иначе зачем ему писать Руби каждые десять дней, и зачем, черт побери, ей отвечать на эти письма?! Возможно, это были лишь пустые слова, ничего больше: «Солнце светит… Моя хозяйка купила еще один бриллиант… Завтра разыграется буря…». Андрею же хотелось чего-то большего.
В душе Руби все еще оставалась провинциалкой, но в последний приезд немало поразила Андрея своим внешним видом. Она и раньше следила за собой, неизменно была чистой и аккуратной, теперь же стала лучше одеваться, сделала новую прическу, которая оказалась ей очень к лицу, приобрела недорогие золотые вещи, в том числе и сережки. Словом, как говорили у них в корпусе, Руби была себе на уме. Парни еще не бросали на нее восхищенных взглядов, но что-то особенное уже выделяло ее среди других девушек. Кроме того, Андрей не переставал желать Руби.
Судя по тону последнего письма, предстоящая встреча обещала несколько отличаться от всех предыдущих. Казалось, его писал кто-то другой, только не Руби. Некоторые строчки вызвали у Андрея даже смех. Неужели маленькая провинциалка меняется в лучшую сторону? Возможно, на нее так повлияла та злополучная история с отцом? За всем этим крылось что-то странное, но Руби отказалась дать ему подробное объяснение. Возможно, он так никогда и не узнает, чем же был вызван столь неожиданный визит к дочери Георга Коннорса.
В Вашингтоне Андрею предстояло не только встретиться с Руби Коннорс, но и уладить некоторые служебные дела. Он с неприязнью подумал о полковнике, который без конца твердил, что хорошая женитьба дает шанс для продвижения по службе. Полковник недолюбливал Андрея и всячески пытался избавиться от него, стараясь, впрочем, извлечь из этого личную выгоду. Он постоянно подчеркивал, что Андрей — его «протеже», а тот в свою очередь был вынужден мириться с этим, чтобы с позором не вылететь из корпуса.
Конечно, Андрея возмущало подобное положение вещей, но по сложившейся в армии традиции он был вынужден держать язык за зубами и терпеть придирки начальства. Ему вовсе не хотелось играть на руку полковнику, но продвижение по службе и повышение в звании сулило не только материальную выгоду, но и одновременно освобождение от опеки этого старого зануды.
Интересно, как отнесется Руби к его быстрому продвижению по служебной лестнице? Возможно, уже через год ему дадут капитанскую должность.
Андрей успел завести себе много друзей в корпусе, с которыми вместе посещал офицерский клуб, веселился, пил пиво и другие напитки. Однако дальше этого не шло. Он по-прежнему чувствовал себя одиноким. Женитьба на Руби могла многое изменить в его жизни.
Руби познакомилась бы с другими офицерскими женами. Со временем у них бы появился тесный круг друзей, что упрочило бы его служебное положение. Потом бы родился ребенок… Да, женитьба — серьезный шаг, усмехнулся Андрей. Впрочем, он уже подготовил себя к этому. Только женатый человек мог сделать успешную карьеру. Если бы Руби согласилась, они бы поженились к концу года. Этот день можно было бы приурочить к Рождеству.
Так рассуждал Андрей, направляясь из Квинтико в машине своего друга, майора. Он испытывал удовольствие от быстрой езды и решил научить Руби управлять автомобилем. Разумеется, после женитьбы для нее также придется приобрести какой-нибудь драндулет. Впрочем, Руби могла одним словом разбить все его надежды и планы в пух и прах!
Андрей пересек Четырнадцатую стрит-Бридж, затем повернул на Монро, пытаясь отыскать нужный дом, и неожиданно для себя увидел Руби. Она находилась на парадном крыльце, безмятежно раскачиваясь в плетеном кресле. У Андрея вдруг задрожали руки и пересохло в горле.
— Черт побери, как же сильно мне хочется стать капитаном и отделаться от полковника Лакленда, — пробормотал он, выруливая на обочину.
Взлетев на крыльцо, Андрей буквально выхватил Руби из кресла.
— Пока тебе не стукнет двадцать три, никогда не позволяй себе качаться в кресле.
Руби расхохоталась.
— Так приятно снова увидеть тебя. Я с нетерпением ждала твоего приезда. Ты надолго?
«Приятно видеть меня, — подумал Андрей. — О, это совсем другая, новая Руби».
— До одиннадцати часов воскресного вечера. Если ты сейчас ничем не занята, мы можем прокатиться на машине. Это будет стоить шестьдесят долларов. Я копил эти деньги, чтобы немного развлечь тебя, — улыбнулся Андрей.
Это была ложь. На самом деле два дня назад он выиграл в кости сорок шесть долларов.
— А где ты раздобыл автомобиль? — поинтересовалась Руби.
Андрей откинул голову назад и рассмеялся.
— О, это целая история. Не уверен, что она не закончится гауптвахтой. Автомобиль принадлежит майору из Квинтико. Мне так хотелось, чтобы этот уик-энд отличался от всех остальных, что я, черт побери, просто-напросто украл его, предварительно заполнив некоторые бумаги. Возможно, это сработает. Но если майор вдруг решит тоже куда-то отправиться, можно с уверенностью сказать: мне не поздоровится. Впрочем, давай не думать об этом.
— Я никогда раньше не сидела в тюрьме, — лукаво заметила Руби.
— Я тоже, — усмехнулся Андрей.
* * *
Четырнадцать часов спустя его автомобиль снова остановился у дома на Монро-стрит.
— Как замечательно я провел время, — нежно произнес Андрей, придвигаясь к Руби.
Он ожидал, что она оттолкнет его от себя, но этого не произошло. Андрей был не на шутку озадачен.
— Я тоже, — улыбнулась Руби. — Ты можешь быть довольно веселым, когда не бываешь таким властным и напористым. Теперь выброси из головы всякие другие мысли. Но если захочешь поцеловать меня, я не стану возражать.
