его рядом с семьёй. И это было чертовски пугающе.
– Моя мама похожа на твою. Она любит знакомиться с моими друзьями.
Райан старался не ставить слишком сильно ударение на слове «друзья», но ему нужно было, чтобы Джозия знал, что это определённо не настоящее знакомство с семьёй. Верно? Или, может быть, ему нужно было убедить себя.
– Круто. Я узнаю, сможет ли кто-нибудь из моих друзей посидеть в воскресенье с Грейси. – Голос Джозии снова стал бодрым. – Значит, у тебя дерьмовый день, да?
– Ты не представляешь, – Райан ударил подушку рядом с собой, злясь на то, что это не Джоз, что не может вылить всё это раздражение в трах. Может быть, поэтому он готов был взять Джозию на воссоединение своей семьи – это обеспечит ещё одну ночь в постели Джозии.
– О, да, представляю. Работа сегодня лёгкая, потому что у нас очередной цикл планирования, и у меня... ох, забудь. Моя рабочая ерунда, должно быть, нагоняет на тебя скуку.
– Нет, расскажи мне.
У него изнутри распространилось тепло, будто холодное тесто легло на дымящуюся вафельницу – он не понимал, что именно в этом и нуждался, во взаимном сеансе жалоб с Джозией, не упоминая шанса, что это могло помочь его мужчине с рабочими проблемами.
«Нет. Не мой мужчина».
«Просто продолжай говорить себе это».
– Я определённо привёл сегодня на работу собаку в качестве отвлечения от того, как трудится моя команда – глупо, верно? – Джозия не сделал паузу, чтобы дать Райану ответить. Когда он так расстраивался, он всегда говорил быстрее. – Полагаю, я подумал, что, если Эдриан и Тристан и все остальные будут возиться со щенком, может быть, они на время забудут о слухах.
– Ходят слухи? – Райан размял шею, наклонив в стороны.
– Ох, уверен, мой дерьмовый день не идёт ни в какое сравнение с твоим, но у меня есть этот неконтролируемый программист...
– Тебе придётся объяснить, что это такое, – протянул Райан. – Он такой, кого мы называем суперменом или хвастуном – парень, который думает, что ему нужно сделать всё самому?
Он знал об этом всё.
– Именно. Этот парень Нандо продолжает чинить то, что не сломано, и берётся за работу, которая ему не поручена. Он чертовски умный, но меня это действительно подкашивает...
– Ум не имеет значения, если он усложняет работу команды, – твёрдо произнёс Райан. – Ты можешь перевести его в другую команду?
Его поясница зудела от укола тревоги. Пришлось напомнить себе, что Джозия работал в офисе, а не на поле.
– Имеешь в виду, убрать его из моей команды?
– Конечно, – Райан пожал плечами. Обычно он не был таким лидером, который перекладывает свою ответственность на других, но он знал из прошлых разговоров, что у Джозии мало карательных вариантов. – Я не говорю его уволить. Я знаю тебя – ты этого не сделаешь. Но если он вызывает проблемы, сделай его на время чьей-то другой проблемой. Разыграй всё так, будто оказываешь кому-то услугу, одалживаешь его.
– Это... дьявольски.
Джозия казался впечатлённым. Грейси издавала рычащие звуки, что заставило Райана улыбнуться. Джозия клялся, что она может узнать голос Райана по «Скайпу».
– Нет, это разумно. Из-за хвастунов убивают людей, – в голосе Райана появилась грубая нотка, когда нахлынули воспоминания. Ему пришлось сделать вдох. – Я хочу сказать, они ломают единение команды, и это подвергает всех риску.
– Что случилось с суперменом в твоей команде?
– Чёрт. Ты слишком... – Райан затих. Армия отправила его к психологу. Его мама и друзья тоже пытались разговорить его о том, что произошло, но Райан ненавидел впускать эти воспоминания обратно, позволяя чувству провала захватить его. Но всё же, когда он уже собирался закрыть эту тему разговора, его рот выпалил: – Это была не совсем вина парня. Хотя у нас был такой энсин – всегда хотел делать всё сам, хотел быть героем, никогда не хотел оставаться сзади, когда это могло иметь больший смысл. А я был дерьмовым лидером и недостаточно его сдерживал. (Энсин – младшее офицерское звание в сухопутных и военно-морских силах)
– И?
К счастью, Джозия говорил нейтрально – и не в том плане, что ему платили, чтобы быть беспристрастным, как было с его терапевтом – и это заставило Райана продолжить.
– И он угодил в... плохую ситуацию. Нам пришлось вмешаться, спланировать спасательную операцию, но на пути к вызволению его задницы самодельное взрывное устройство подорвало двух моих лучших парней и травмировало меня.
Райан как мог обобщил худшие сорок восемь часов своей жизни, стараясь держать голос нейтральным и зная, что не может поделиться слишком многими связанными с миссией деталями.
– Чёрт.
Простое ругательство Джозии передало удивительное количество сопереживания.
– Да. И Ст... Супермена в итоге тоже убили. Полная задница. И я мог предотвратить это более хорошим лидерством.
У Райана будто пересохло горло, сами слова жгли как солнце Ирака.
– Не думай так! – голос Джозии был достаточно резким, чтобы испугать собаку, которая издала скулящий звук. – Это была не твоя вина.
– Да, моя, – Райан не собирался спорить по этому поводу. Он был лидером. Лидеры ведут. И иногда лажают. – В этом смысл быть лидером. Ответственность несу я. Были допущены ошибки, и я должен отвечать за это. Единственное, что я могу сделать, это убедиться, что я никогда не допущу такую ошибку, чтобы меня кто-то подкосил. Вы работаете как команда, либо не работаете вообще.
И именно поэтому Райан скучал – быть частью команды, когда всё схвачено, все связаны. Он не скучал по беспокойству, которое началось, когда Стивенс присоединился к их команде, но он скучал по командной работе. И лидерству. Он не хотел думать, что, может быть, не получит ещё одного шанса. Вместо этого он сосредоточился на том, как скажет своим рекрутам не позволять кому-либо подкашивать их, чтобы они вели людей по примеру и со строгой дисциплиной. Он ненавидел думать о том дне прошлой зимой, когда всё пошло к чёрту, но ему точно нравились мысли о том, как он увидит выпуск своих рекрутов, зная, что выполнил свою часть для обеспечения их безопасности.
– Да, – вяло произнёс Джозия. – Боже, Рай, теперь я чувствую себя виноватым. Мои лидерские проблемы, по сравнению с твоими, кажутся растаявшей конфетой. Не могу представить, как можно носить такую вину и
