говорит Кира, увидев, что «мамули» нет с ними, как впоследствии отреагирует Хлоя, когда станет старше. Буря чувств обрушилась на Ребекку, а образы ее девочек стали рассыпаться и растаяли как кадры старого фильма.
Спрятав голову в коленях, она завыла как раненый зверь.
В своем отчаянии Ребекка наконец-то достигла дна.
Ранее
Паром на Вороний остров отправлялся в восемь утра. Время в пути составляло добрых три часа: он выходил из гавани к северу от Монтаука, следовал вокруг мыса Пойнт, а потом сто одну милю на юго-восток через воды Атлантики. По словам Джонни, остров лежал на той же широте, что и Филадельфия, но скоро Ребекке стало трудно в это поверить, потому что со всех сторон ее окружало холодное море.
Ребекка сидела в кают-компании и смотрела, как тонкая береговая линия постепенно теряется из виду, словно бы тает в океане. Был предпоследний день сезона, и паром был почти пуст. В кают-компании сидело только двое пассажиров – мужчины в рабочей одежде и непромокаемой экипировке рыбаков – и еще за стойкой бара стояла совсем юная девушка. Еще один мужчина курил сигарету снаружи на палубе. Раньше Ребекка видела, как он загонял на паром тяжелый фургон.
Джонни шел к ней от стойки бара – на плече сумка с ноутбуком, в каждой руке по чашке кофе, а в зубах пластиковая упаковка с пончиком. «Ну вот мы и отчалили!» – сказал он, протягивая кофе Ребекке. Он сел рядом с ней.
– Как себя чувствуешь? – поинтересовался брат.
Ребекка молча смотрела, как он распаковывает пончик. Она не в первый раз оставляла дочек надолго, но впервые находилась так далеко от них.
– Все в порядке, – сказала она, и по тому, как Джонни на нее посмотрел, она поняла, что он догадался, что это неправда. – Честно! – добавила она, не желая портить их совместную поездку. Джонни с самого утра предвкушал сбор ценного материала для будущей книги, и он пребывал в приподнятом настроении только оттого, что принял решение вновь заняться писательством.
– Девочки пробудут у Ноэ весь день? – спросил Джонни.
– Да, а вечером Гарет их заберет.
– Когда ты обещала вернуться?
– Я не обещала. Я позже позвоню Ноэ, чтобы узнать, как у них дела, и сообщу, во сколько приедем обратно. Сегодня утром времени на это не было.
Ребекка подмигнула Джонни, старясь показать, что ранний подъем для нее – это сущие пустяки, но на самом деле сейчас она чувствовала себя разбитой. Пришлось встать ни свет ни заря, чтобы в 4:30 отвезти девочек к Ноэлле, а в 4:40 уже быть у Джонни. Соответственно, она разбудила дочек в четыре утра, и от этого они ныли и капризничали всю дорогу до Ноэллы. Скрепя сердце Ребекка оставила девочек в слезах с Ноэллой: времени утешать их самой не было. Она должна была забрать Джонни строго в назначенное время, потому что иначе они бы не успели пересечь Лонг-Айленд и сесть на восьмичасовой паром в Монтауке.
– Вечерний паром, идущий с острова, прибывает в Монтаук в восемь вечера, – сказал Джонни, предлагая Ребекке половину булочки. – Ты будешь дома к десяти тридцати.
– Вот и хорошо! – отозвалась Ребекка. – Ноэ прекрасно управляется с девочками, но не стоит злоупотреблять ее помощью.
Джонни попивал свой кофе, по-прежнему не сводя глаз с Ребекки.
– Огромное тебе спасибо, Бек, – проникновенно произнес он. – С учетом того, через что тебе пришлось пройти в последний год и после разрыва с Гаретом, твоей дикой загруженности на работе, ты все-таки нашла для меня время.
Ребекка опять вспомнила слова Майка на их последнем совместном обеде о том, что надо по максимуму использовать все шансы, которые дает судьба, чтобы помогать тем, кого любишь.
– Я не делаю тебе никаких одолжений, Джонни. Мне и вправду захотелось поехать с тобой! – Она ткнулась лбом ему в плечо. – Значит, остров завтра закрывается?
– Да, как раз в Хэллоуин.
– Ну что ж, братец, оттягивать все до последнего момента очень в твоем стиле.
– Ну ты ж меня знаешь! – улыбнулся он. – Я прирожденный гений организации.
– Да уж.
– Так ты с девочками завтра нарядишься и пойдешь с песнями по соседям, собирая гостинцы на Хэллоуин?
– Да, обязательно. У нас целая группа мам с детьми собралась так развлекаться. Кира ждет не дождется, а Хлоя… ей пока все равно, – она улыбнулась. – Да, чуть не вылетело из головы. Мне тут позвонила Кирсти и оставила очень странное сообщение.
– Кирсти Коэн? – Джонни с некоторым недоумением посмотрел на нее.
– Она самая. Сказала, что хочет кое о ком со мной поговорить.
Он нахмурился.
– И этот кое-кто – ты. Догадываешься, почему?
– Не имею ни малейшего представления.
– Может быть, из-за той девушки, с которой она тебя познакомила?
– Из-за Луизы? – Джонни больше не смотрел Ребекке в глаза, теперь он отвернулся к окну и внимательно разглядывал волны. – Это вряд ли. Вот уже несколько недель я ничего не слышал о Луизе.
– Ох, Джонни, извини, пожалуйста. – Ребекка хотела посмотреть ему прямо в лицо, но он по-прежнему избегал ее взгляда. – Может быть, Луиза хочет с тобой связаться?
– Не думаю, – только и сказал он.
Много позже до Ребекки дошло, что из-за утренней спешки она так и не назвала Ноэлле точное место, куда они и Джонни направляются. Накануне, когда она договаривалась с Ноэллой по телефону, чтобы оставить у нее девочек, Ребекка упомянула только о том, что поездка займет весь день и что она привезет дочек ни свет ни заря. Подруги быстро свернули разговор, потому что Ноэлле нужно было уходить по работе. Так же вышло и с Гаретом, которого она просто поставила перед фактом, что их с Джонни целый день не будет, а вечером Ноэлла завезет ему Киру и Хлою. Утром в четыре тридцать у дома Ноэллы дочки плакали, обе женщины старались их утешить и для обсуждения подробностей маршрута опять не нашлось времени.
– Сначала поедем на Лонг-Айленд, – только и сказала Ребекка Ноэлле перед тем, как начать вынимать девочек из автомобильных детских кресел. Хлоя отчаянно сопротивлялась и вопила во все горло, а Кира постоянно спрашивала жалобным голоском: «Мамуля, куда ты уезжаешь?» Ребекка ответила старшей, что отправляется в небольшую поездку с дядей Джонни, и попросила дочку больше этот вопрос не задавать.
Ребекка передала Хлою Ноэлле прямо в руки, а потом заторопилась к противоположной дверце автомобиля, чтобы выпустить Киру, одновременно проверяя время на телефоне и волнуясь, что они с братом опоздают на паром.
– Как только доберемся до Лонг-Айленда, я тебе сразу же позвоню! – Ребекка лихорадочно отстегивала ремень безопасности Киры.
– Бек!
– Мы должны успеть…
– Бек, послушай! – Ноэлла потянулась через заднее сиденье и успокоительно похлопала Ребекку. – Не переживай! Просто позвони мне позже, когда у тебя будет время. Хорошо?
Ребекка кивнула, улыбнулась подруге и перевела взгляд на Киру, чьи глаза наполнились слезами.
– Извини, мой ангел, – сказала она
