Симпатичная блондинка со зверской физиономией неслась на него, словно летчик-камикадзе. Недолго думая, мужчина тоже состроил ей жуткую гримасу, надеясь отпугнуть.
– Ну я пришла, – агрессивно сообщила она, ничуть не испугавшись его мимических усилий.
– Хорошо, – аккуратно ответил он и отодвинулся, перестав гримасничать.
– Не вижу в этом ничего хорошего.
– Я тоже.
– Это не вы мне звонили? – разочарованно протянула Катя.
– Нет, не я! И вообще, – мужчина облегченно вздохнул и вознамерился осчастливить ее полезным советом, – когда в следующий раз пойдете на свидание, не смотрите на своего избранника, как пиранья на целлюлитную ляжку.
– У меня нет целлюлита, – оскорбилась Катерина, уловившая смысл лишь частично.
Стоявший в паре метров высокий худой шатен с редкой бороденкой, делавшей его физиономию похожей на сильно вытянутую морду козла, с интересом прислушивался к беседе. Поскольку последнюю фразу оскорбленная Катя выкрикнула особенно громко, он сфокусировал на ней взгляд и подмигнул. Столь быстрой реакции не пользовавшийся ранее особым вниманием у дамского пола дистрофик не ожидал: девица немедленно двинулась к нему, глядя в его глаза, точно кобра. Как большинство представителей сильного пола, тощий субъект втайне был довольно высокого мнения о себе как о мужчине, поэтому Катеринино внимание немедленно воспринял как должное и приосанился, махнув рукой.
Заметив, что бородатый машет рукой, странно скособочившись и выпятив впалую грудь, Катя струхнула. Но тем не менее подошла и требовательно уставилась на него, держа марку и из последних сил демонстрируя, что, мол, не на такую напал, нас голыми руками не возьмешь и герои умирают стоя.
– И что дальше? – Она строго свела брови, ощущая, как трясется весь организм вместе с фантомом отмершего в древние времена хвоста.
– Предлагаю поехать ко мне, – тощий, ждавший у метро друга, чтобы вместе выпить, кардинально поменял план развлечений.
– Я ничего не знаю, – предостерегающе отступила Катя.
– А я помогу, – проникновенно зашептал шатен и даже сглотнул от нетерпения.
– Не надо мне помогать. Я другая, а та – уволилась. Я не в курсе, какие там у вас были дела с моей предшественницей.
– Ты уже ревнуешь? – восхитился мужик. – Естественно, в жизни каждого мужчины женщины идут чередой, пока не появляется одна, единственная. Я свою единственную еще не встретил.
– Вы меня ждете? – подозрительно уточнила Катя, которой не понравился масленый взгляд и витиеватость изложения.
– Возможно.
– Я – Екатерина, – уточнила она на всякий случай.
– Антон, – представился в ответ тощий и содрогнулся в полупоклоне.
«Неужели все Антоны такие мерзкие? – подумала Катя, пытаясь унять дрожь хотя бы в коленях, которые норовили подогнуться, и выдохнула:
– Что вам от меня надо? Конкретно.
Вопрос был поставлен ребром. Конкретно говорить не хотелось, поскольку конкретика как корова языком слизывала романтику. Антон замялся и закатил глаза, соображая, как бы ответить покрасивее, чтобы не отпугнуть девушку.
Приехавший друг все испортил.
– О, а ты уже даму подцепил, пока ждал, – обрадованно громыхнул он и начал придирчиво разглядывать Катю. – Третий – лишний, а третья – никогда! Надеюсь, вы много не выпьете.
Всхрапнув, как взнузданная лошадь, Катерина устремилась прочь. Она уже перестала бояться и хотела только одного: найти звонившего и вылить на него все, что клокотало в душе. Но приставать первой Катерина больше не решалась, ограничиваясь дотошным рассматриванием всех мужчин, имевших несчастье находиться в поле ее зрения.
Игорь уже перестал разглядывать Катю в отражении витрины и откровенно наблюдал за ее маневрами, округлив глаза, отчего стал похож на перекормленного карася.
– И чем это она занимается? – голос Никольского вывел его из ступора. – Жениха подыскивает или жертву на ужин?
– Ты здесь откуда? – Игорю было неудобно, что он никак не может пояснить Катино поведение. Кроме того, рядом с Никольским он всегда терялся, чувствуя себя плевком на асфальте. Фактурный Антон магнитом притягивал взгляды девушек, а Чудиков оставался в мертвой зоне.
– Мимо ехал, смотрю – твоя машина, а в ней – Мышкина. Испугался за тебя, если честно.
Игорь ощутил укол легкой благодарности к заботливому коллеге.
Антон хлопнул его по плечу:
– Представляешь, подхожу к ней, спрашиваю, где ты, а эта курица мне сказала, что ты никак не мог отвязаться от новенькой и пошел спихивать ее в метро. Она предполагает, что Николаева утащила тебя с собой, как в фильмах ужасов. Кстати, Мышкина готова уже бросить твою машину и пересесть ко мне. Меня спасло только то, что машину я закрыл и сказал, что иду тебе на выручку. Так что она все-таки делает?
– По-моему, ищет кого-то, – нехотя предположил Игорь.
– Надо же, тут ее ждут два шикарных мужика, а она еще кого-то ищет. Вот бабы, все им мало!
Чудиков ревниво покосился на Антона, прикидывая, как его сбагрить. Присутствие Никольского грозило испортить вечер и лишить Игоря каких бы то ни было шансов на Катину взаимность. В идеале было бы неплохо отправить коллегу куда подальше вместе с Мышкиной, но точно с таким же успехом можно было мечтать о выигрыше миллиона. Фортуна неохотно дарит пряники, зато кнут ее поминутно свистит в воздухе.
– О, похоже, набегалась, – констатировал Никольский. – Сюда идет, никого не закадрила.
– Антон, будь другом…
– Легко. Отпугнуть ее от тебя? В принципе, могу ее увезти сам и бросить где-нибудь. От этой в любом случае отбиться легче, чем от Мышкиной.
– Нет, лучше забери Мышкину. А с Катей… Ну, понимаешь, она мне… – Чудиков мучительно покраснел и выпалил: – Она мне нравится!
– Она?
– Да.
– Эта?
– Именно. Слушай, ну пожалуйста…
Никольский смотрел на приближавшуюся Катерину с таким недоумением, словно она была буханкой хлеба, у которой внезапно выросли ножки, и она удрала с обеденного стола.
Незнакомец не появился. С чем это было связано, Катя даже не догадывалась, но то, что объяснение откладывалось, тяготило ее чрезвычайно. Гордиев узел хотелось разрубить немедленно, а дальше разбираться со своими собственными проблемами, коих набиралось уже порядком. Поэтому внезапное появление на поле боя Антона окончательно вывело ее из себя.
– А тебе чего надо? – она свирепо ухватила Никольского за собачку на молнии и дернула. Куртка послушно расстегнулась.
– Надо же, какой напор чувств, – хмыкнул он и проинформировал: – На джинсах молния заедает, так что – аккуратнее. Но вообще – здесь как-то холодновато для стриптиза.
