ремеслу. Сколько? — запустил руку в свой кошель на поясе орден.
Кром, как и предполагал хитрый лавочник, расплатился не торгуясь. Сим несказанно порадовал жадного торговца. Отряд, неизменно привлекая внимание горожан, направился к городскому порту. Наёмники в Эште не были редкостью, да и отряды подобные этому порой захаживали, но не имели они такой славы. Ордена же уже известны были всем и каждому в Агрии, хоть и подвигов особых не имели. Но даже схватки с разбойниками, новая вера и харизма командира делали их особенными в глазах встречавших хелмян людей.
Теперь рицане выглядели вполне прилично, хотя и выделялись на фоне орденов отсутствием доспехов и оружия.
— Ты впрямь как глава города, Аск. Не задирай так нос, не то упадёшь, зацепившись о кочку по дороге! Ха-ха-ха! — захохотал Вили, уверенно вышагивая за орденами.
— Сам то небось готов доспехи Борга примерить, так засиял от гордости. Так даже ты в них утонешь, здоровяк. Попроси хоть сначала его меч поносить, потренируйся, — не остался в долгу Аск.
— Какая разница в чём ходить, главное идеи. От чистой, новой рубахи идей в голове не прибавилось, — забубнил Марк, семенивший рядом с товарищами. — Пустое это.
Порт являлся для Эшта всем. Конечно имелись наземные пути и в Акр, и в другие речные города, но по ним уже давно почти никто не передвигался. Во всяком случае для торговли. Всем торговцам нравилась перевозка грузов по реке. Были здесь и свои опасности, с течениями, бурями и разбойниками. Однако по сравнению с дорогой через леса и холмы на повозках, река была и удобнее, и выгоднее, а главное быстрее. Каждый день, сразу после того как вскрылись закованные в лёд реки, к пристани причаливали ладьи с товарами и путешественниками. Другие же уходили отсюда в соседние порты иных городов юга.
Придя в порт, Кром и его товарищи наблюдали как разгружались сразу две торговые ладьи и тут же загружались другие. Шумное место. Работа кипела, не смотря на только недавно оттаявшую реку. А возможно именно ожидание начала судоходства явилось причиной столь бойкой торговли в эти дни. Советник по податям, сопровождаемый двумя стражами, собирал подать с хозяев грузов. Другие торговцы пытались перекупить товар прямо здесь, в порту. Грузчики сновали туда-сюда, перенося товары.
Внезапно один из новичков уронил в реку бочонок с превосходным элем, что прибыл прямиком из Ганзы. Все кинулись его доставать, хотя тот упорно пытался уплыть по течению, дабы осчастливить бедных рыбаков где-нибудь по пути в Ледос. На радость торговца, бочонку не дали уплыть, а счастливец, его выловивший, получил целую монету. Недотёпа же новичок был изгнан из порта без платы. Теперь ему тяжко придётся в городе. Наверняка прозовут раззявой и ещё долго не видать ему хорошей подработки. Сам виноват, скажут одни, поделом ему, добавят другие.
Проводник ждал их несколько в стороне от всей этой портовой суматохи. Переминался с ноги на ногу возле большой ладьи с резным носом. Завидев воинов, сразу же поспешил навстречу.
— Господин Кром? — спросил он командира орденов, хотя и так был уверен, что это он и есть.
— Точно так, Кром да Винар. Ты кто? — кивнул орден, останавливая отряд.
— Я Пир, ваш проводник. Ладья готова, господин Кром. Припасы погружены, можем отправляться. Господа Ярл и Гас велели передать, что торговец с элем уже в пути, — льстиво, как это умеют за хорошую плату все наёмники, отчитался тот.
Пир был рыбаком, желающим подработать на стороне. Среднего роста, немолод, лохматый, с пышной бородой и постоянно бегающими маленькими глазками, на круглой простецкой физиономии. Всем своим приветливым видом он старался внушить доверие и как раз это ему и не удавалось.
— Тогда пора! Следует как можно быстрее засесть в нужном месте, чтобы иметь возможность отдохнуть перед атакой, — бодрил своих людей командир. — Все на вёсла! Имар, Вед, Мог и Цуг. Борг с Вили, Келт с Аском. Я сяду рулевым, потом смена. Пир, указывай путь!
— Зайдём с севера, высадимся, там заброшенная хижина есть у реки. Отдохнём и двинем к их лагерю, когда наши подадут знак. Главное, чтобы не унюхали нас раньше, чем подойдём, а ещё хуже на реке, — садясь в ладью к смотровому, разглагольствовал Пир. — Тогда и вы погибнете и я с вами.
— Полегче, рыбак, О́дин с нами. Мы убили за прошлый год больше разбойников, чем ты рыбин выловил, — улыбался Кром, занимая место рулевого. — Это злодеям нужно нас бояться!
— Ну раз так, то в путь, и пусть нас хранят боги! — с виду успокоился рыбак. — Правь вниз по реке.
Большая ладья отошла от берега и, уверенно рассекая речные воды, словно огромная птица полетела вперёд. Четыре ряда вёсел как крылья взмывали над водой, а вырезанная на носу орлиная голова зорко осматривала реку. Прим сидел на носу смотрящим, полагаться на деревянную голову всё же было небезопасно. Кром сел на корму за рулевого и заодно вёл счёт гребцам. Вёсла размерено опускались и поднимались, обдавая брызгами высокие борта. Борг с Вили задавали темп, остальные старались не отставать. Тяжелей всего приходилось не привычному к такой работе и сильно ослабевшему в городской нищете Аску. Пару раз он сбивался, да и после грёб слабо. Марка, как самого дохляка, даже не рассматривали в качестве гребца. Изобретателю такое путешествие определённо нравилось. Он, сидя рядом с проводником, с интересом рассматривал большую реку. Берега оголились, лишь кое-где остались редкие снежные пятна. Над деревьями резко взмыла большая стая птиц. Из зарослей к воде вышел потревоживший их большой, безрогий лось. Где-то заревел разбуженный весенним теплом медведь. Ухнуло, завыло, застрекотало в чаще. Шумно провожали лесные обитатели зиму. Звуки леса приглушала река и движение вёсел. Солнечный свет рассыпался весёлыми искрами по водной глади широкой реки, поднимая настроение не только Марку, но и всему отряду. Течение существенно облегчало работу гребцов, но Аск всё одно быстро устал и уже не раз нарушил слаженную работу вёсел.
— Борг, Вили, сушите вёсла! Вижу выдохлись уже, а Аск так помрёт ещё ненароком, грех на мне останется, — вызвал улыбки и смех остальных воинов крик командира. — Смените их, пусть отдохнут!
Аск при этом аж покраснел от злости на себя, да и на командира тоже. Однако юноша был рад передохнуть, а потому промолчал. Другие ордена заняли места гребцов. Они тут же бодро навалились на вёсла, а ладья
