- Это всё о чём ты хочешь меня спросить, после услышанного?
- Голова трещит, - нахмурил лоб Маллид.
- Могу сделать тебя отвар из...
- Да не нужны мне твои треклятые отвары, Сайн! Выпить, спрашиваю, есть чего?!
- В хлеву выпивку не держу, - резко огрызнулся он, давая Маллиду понять, что и сам находится не в лучшем расположении духа. - А девочки уже спят, так что в погреб не полезу. Уж не обессудь, но придётся тебе как-нибудь это пережить.
- Чтоб вас всех, - пробурчал себе под нос Маллид. Затем глянул на голову ещё раз, и снова обратился к Сайну: - Ну и чего вы от меня хотите? Зачем позвали? Похвастаться достижениями Ханриса на охоте?
- Во-первых, - терпеливо начал Сайн, - показать, какие твари подбираются к нашим домам в ночи.
- Но зверь же мёртв. Вот его голова, так чего теперь волноваться?
- Ханрис считает, что он может быть там не один.
- У него есть основания так думать? Или, просто, наш охотник нашёл повод подольше побродить по любимому им лесу?
- Не думаю, что Ханрису для того нужен повод.
- Как знать. Может у них с этой... как её... волхаринкой его, не всё ладно.
- Думай, что хочешь. Но вот, - Сайн кинул Маллиду то, что всё это время вертел в руках, - глянь на это.
Маллид не поймал ожерелье, и то упало на пол.
- Чтоб тебя... - снова забурчал он, наклоняясь и беря с пола уродливое украшение.
- Ну и что это такое? - спросил он, повертев ожерелье в руках.
- То, что Ханрис снял с шеи этого урода, после того как его обезглавил.
- Хочешь сказать, что в свободное от поедания твоих коров время, эта тварь занималась поделками?
Сайн кивнул.
- Чушь собачья!
- От чего же? - поднял брови хозяин.
- Нууу... - Маллид не сразу нашёлся, что ответить. Он посмотрел на голову монстра, затем снова на украшение в своих руках. Наконец кинул его на стол, к голове, и сказал: - Даже если и его рук дело, какая нам разница? И как это доказывает, что там есть другие?
- Разница в том, что если он наделён умом, то может быть куда опаснее, чем просто зверь. А если их там много...
- Сайн, дружище, живи такие твари с нами бок о бок, мы бы уже о них знали. Если и есть у него сородичи, то где-то очень далеко. Вот увидишь, через пару дней Ханрис наиграется в следопыта, вернётся и скажет нам, что волноваться не о чем.
- Мне бы хотелось быть в том столь же уверенным, как и ты. Но я не могу себе такого позволить. У меня семья. И, если есть хоть маломальский шанс повторения ночных событий, я должен быть к этому готов.
- И что ты предлагаешь? Окопаться, и ждать наступления чудищ?
- Просто, быть готовым...
- Я всегда готов, Сайн! - вскричал Маллид, задетый за живое и наконец-то получивший возможно высказаться о наболевшем. - Это вы все размякли, но только не я! Я готов хоть сейчас защищать и свой дом и твой дом! И я был готов отправиться с Ханрисом, чтобы убить этого зверя, но он не позвал меня! Почему, скажи на милость?!
- Вот как вернётся, сам у него и спросишь, - ответил Сайн спокойно, но таким ледяным тоном, что сразу охладил вспыхнувший ярким пламенем гнев Маллида.
Повисло молчание. Сайн и Маллид смотрели друг другу в глаза, и последний вдруг стал ощущать себя виноватым перед другом. Ведь у него-то, в конечном счёте никого кроме Драйгана нет. А у Сайна четыре дочери и Шанта на сносях. Он мог бы оказаться в точно таком же положении, если бы Лия осталась жива. Воспоминания об утраченном счастье словно окотили его ледяной водой, окончательно затушив и без того быстро гаснущие угли гнева.
- Слушай, я не хотел срываться, - сказал он. - Просто, чёртова голова раскалывается. Как дочурка?
- Не очень хорошо, - сухо сказал Сайн. Отвернувшись, он прошёл в угол и устало опустился на табурет.
- Она выкарабкается, я уверен, - постарался подбодрить друга Маллид.
- Надеюсь, - только и ответил Сайн.
- Что же до этого... - быстро перевёл тему Маллид, махнув рукой в сторону головы чудовища. - Думаю, что это проделки Мары Ситы.
- Ведьмин Лес далековато, ты не находишь?
- Мало ли, как далеко могут забрести его обитатели. А ведьмовская богиня всегда была чертовски изобретательна по части различной нечисти. Вспомни, чего мы успели там повидать? - не видя от Сайна отдачи, Маллид обернулся к Синте: - Пауков размером с собак. Утащили трёх взрослых мужиков в свои сети. А та ситская сучка, ты помнишь? - он снова обернулся к Сайну. - Которую мы поймали у лагеря, и которая потом сбежала. Ломар клялся, что видел, как она обратилась в лисицу.
- Не ты ли его за это на смех поднял? -
