- Лилли? Ты что? – услышала я знакомый бархатистый голос Йена, только вот ответить я ему не смогла.
Лёгкие, словно объяло пламенем и слабый стон послышался из горла, перед тем как «братец» поднял меня на руки и занёс в спальню. Он быстро усадил меня на кровать и обняв моё лицо заставил посмотреть на себя. Его взгляд был серьёзен, а пальцы нащупали венку на моей шее и задержались там на какое-то время. Я продолжала всхлипывать и трястись, пока он, достаточно профессионально, оценивал ситуацию.
- Лилли, послушай меня. – сказал он спокойно, приближаясь к моему лицу. – Это паническая атака, но всё будет в порядке. Тебе не о чем переживать. Она скоро пройдёт. Тебе нужно перестать сопротивляться.
Даже если мой мозг реагировал на его слова, тело отказывалось подчиняться. Оно продолжало требовать воздуха и давить. Мышцы напряглись так, будто я пыталась поднять неподъёмный вес, а перед глазами всё начало медленно кружиться. Я судорожно схватилась за воротник его чёрной рубашки и выдавила:
- Я…не могу.
- Можешь. – заверил он меня, кладя свои ладони на мои и поглаживая их. – Ещё как можешь. Такая язва как ты, просто не умеет сдаваться, не так ли? Посмотри на меня, Лилли. Просто посмотри.
Йен сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, призывая меня сделать то же. Однако попытка оказалось неудачной, и всё что я смогла осилить, так это поверхностный хрип. Но несмотря на это, мужчина ободрительно кивнул, и продолжил глубоко дышать. Изо всех сил стараясь подстроиться под него, я вскоре смогла втянуть воздух поглубже, а спустя какое-то время, ощутила как дрожь начала постепенно успокаиваться. Мои пальцы отпустили ворот, и теперь преспокойно лежали в широких ладонях.
- Вот так. Умница. Видишь? Всё не так уж и плохо. – сказал, одобрительно кивая.
- Да, не так уж. Всё куда хуже. Ты снова выпил виски, и вот уже долгое время дышишь мне на лицо. Думаю я просто опьянела. – несуразно отшутилась, и глаза Йена отозвались теплотой.
- Добро пожаловать назад, чертовка. Рад что даже в такой ситуации, ты не теряешь своего шарма.
- Заткнись. – ткнула пальцем его в грудь и криво усмехнулась.
- Тебе лучше?
- Намного. Только вот…это чёртово платье сводит меня с ума.
Йен быстро сообразил что я имела в виду и расстегнул несколько пуговиц на моей груди.
- Спасибо. – благодарно кивнула ему.
- Тебе следует отдохнуть.
С этими словами он встал и потянул край одеяла, а после помог мне улечься на подушки. Все его действия были продуманными и точными. Мне стало интересно, как именно ему удавалось сохранять подобный контроль, не только над происходящим, но и над самим собой? Но такой вопрос был бы попросту неуместен. Только не в день похорон его отца. Уже хватало того, что я свалилась на него со своей первой в жизни панической атакой. Однако одну вещь мне безусловно следовало сказать ему.
- Кстати, – тихо начала. – я так и не принесла тебе свои соболезнования.
- А я тебе. – шумно выдохнул он, укрывая меня одеялом. – Мои соболезнования, Лилли. Я знаю, ты любила Джозефа.
- А я знаю, что он любил тебя, Йен. Мои соболезнования.
Он только коротко кивнул и отошёл к двери. У меня сложилось впечатление, что ему хотелось побыстрее покинуть мою комнату. Подтверждением послужили его следующие слова:
- Я лучше пойду вниз. Амелии сейчас не помешает поддержка.
Он даже не смотрел на меня, когда произнёс это. Хотя может оно было и к лучшему. Не стоило нам оставаться наедине, когда дом был полон гостей и скорби. Ему и вправду было лучше вернуться в гостиную, и я кивнула.
Несмотря на то, что я была в кровати, сон не шёл. Я долго вслушивалась в голоса и звуки доносящиеся снизу. В какой-то момент, люди начали расходиться по домам, и наш особняк начал снова погружаться в тишину. И вот, именно тогда, когда стены больше не пропускали ни единого звука, а темнота комнаты скрыла силуэты мебели, я услышала тихий шелест у двери.
Мне не нужно было включать свет, чтобы понять, что могло быть причиной этому звуку.
«Неужели он всерьёз?» - подумала, зажигая ночную лампу и смотря на порог, где лежала новенькая записка, с очередной игрой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
21. «Я тебе не игрушка»
- Какого чёрта? Что это? – выпалила как можно тише, плотно прикрывая дверь его спальни и тряся запиской. – Неужели это всё о чём ты можешь думать? О нашей «игре»?
Возмущение было сильно настолько, что мне было невыносимо дожидаться утра, а потому я выскочила из своей комнаты, как только подняла бумажку с пола. А ведь Йен только начал казаться мне адекватным. Я не ожидала от него подобного хладнокровия и безразличия. Разумеется, я тоже не была эталоном убитой горем падчерицы, но всё же его поведение показалось мне возмутительным.
Невзирая на моё эффектное появление, «братец» преспокойно продолжал готовится ко сну. Он только бросил на меня беглый взгляд и сел на край кровати, развязывая шнурки ботинок.
«Ну это уже ни в какие ворота не лезет!» - подошла вплотную и нагло сунула записку ему под нос.
- Йен! Что это?
- Это завтрашняя игра. – устало выдохнул он. – Я думал что ты давно спишь и положил её заранее тебе под дверь.
- Не умничай! Ты знаешь что я имею в виду. Почему ты решил, что это подходящее время для игр?
Йен шумно втянул воздух и провёл ладонями по лицу. Ему явно не хотелось говорить об этом сейчас, да и моё присутствие было нежелательным, но я не собиралась уходить, пока не получу ответа.
- Лилли, отойди в сторону. – спокойно сказал он наконец.
- Нет.
- Боже, ты иногда можешь быть таким ребёнком.
С этими словами, он положил руки мне на бёдра, и легонько отодвинул меня, поднимаясь с кровати. Странно, но он избегал моего взгляда. С момента как я вошла в его комнату, он ни разу не посмотрел мне в глаза, предпочитая изучать пол или стены. Даже записка в моей руке не вызывала в нём каких-либо эмоций.
Отвернувшись, «братец» прошёл к комоду и принялся расстёгивать, уже знакомыми мне, лёгкими движениями ремешок своих часов, в то время как я сверлила его затылок непонимающим взглядом.
- Неужели игра значит для тебя больше, чем похороны Джозефа? – тихо проговорила, в попытке достучаться до него.
И мне это удалось. Йен резко обернулся и наградил меня взглядом, что я никогда прежде не видела. В нём читалось не только раздражение, но презрение. Будто он винил меня в чём-то.
- Если кого-то из нас двоих не волнует его смерть, так это тебя Лилли.
- Что?
- Вот только не надо изображать сейчас возмущение, а? Твоя отчуждённость по этому поводу заметна за версту. Не знаю точно, что именно вызвало в тебе приступ паники вечером, но это было явно не связано с ним.
Он был прав, а от того, слова резали глубже обычного. Я и вправду до сих пор оставалась холодна к произошедшему. Но разве я не пыталась? Разве я не сделала всё что могла, чтобы заставить себя почувствовать хоть что-то? Признаться, моё раздражение сейчас доставляло мне некое удовольствие, только потому, что это было лучше пустоты, которую я испытывала на протяжении нескольких дней.
- Ты понятия не имеешь о чём говоришь. – попыталась я защититься.
- Правда? – усмехнулся он, и положив часы на комод, стянул рубашку через голову. – Тебе надо быть более убедительной «сестрёнка».
- Не все переносят утрату одинаково. Ты не думал, что я просто слишком хороша в сокрытии своих чувств?
- Ты?!
Йен запрокинул голову и тихо рассмеялся. Смех был напускным и фальшивым, скрывающим реальные эмоции, но тем ни менее, он возымел на меня эффект и я шагнула к «братцу» в полной боевой готовности.
- Приближаться ко мне сейчас – плохая идея, Лилли. Лучше иди в свою комнату. – обернулся он наконец и сузил глаза.
- Не то что? Ты меня ударишь?
- Я женщин не бью, но это не значит, что я не смогу тебя обидеть.
Слова прозвучали угрожающе, но не настолько, чтобы я так просто отступила. Да и к тому же, как именно он мог меня обидеть? Невзирая на его тон, я только вскинула голову и приподняла бровь, всем своим видом показывая что принимаю брошенный мне вызов.
