сказать, что в то время, как мы здесь разговариваем, на корабле может быть кто-то еще. Прячется.
- Мы должны рассмотреть такую возможность, - подтвердил генерал-викарий.
- Именно поэтому, наш вечно бдительный рядовой Томас возглавит поисковый отряд и не остановится, пока каждый квадратный дюйм этого судна не будет подвергнут физическому осмотру. Ты слышишь меня, рядовой?
- Да, сэр, - ответил Том с усмешкой.
- Тогда не позволяй гермодвери дать тебе под зад при выходе.
Том вышел из прозекторской, забрав с собой остальных техников.
Шэрон и Бриджид ушли через несколько минут, прижав руки к животам, когда доктор Эстер сняла с головы майора Мэтью мешок.
Темно-красное тушеное мясо выплеснулось из мешка, расплескавшись по полу.
- Боже, это было ужасно, - сказала Бриджид после того, как они с Шэрон покинули помещение.
- Бедный человек. Он был верным слугой Божьим.
- Да, и теперь он верный мертвый слуга Божий, которыми и мы можем вскоре стать.
- Ты слышала, что сказал генерал. Бортовые полиграфы показывают, что никто из нас не может быть шпионом или лазутчиком, и если есть еще один "заяц", команда Тома найдет его.
- Здесь нет никакого чертова "зайца", - настаивала Бриджид. - Я уже просканировала весь корабль. Если бы тут кто-то прятался, я бы это почувствовала, и мое видение привело бы меня к нему. Ты думаешь, я случайно увидела тело Мэтью? Ни в коем случае.
Шэрон не могла с этим поспорить: дар Бриджид был столь же специфичен, сколь и загадочен.
- Вас я тоже видела, - сказала Бриджид, понизив голос. - Тебя и Тома.
Ну и что?
- В обзорном отсеке, - и подмигнула. - Не волнуйся. Я сохраню твой секрет.
Лицо Шэрон вспыхнуло от смущения; она потеряла дар речи.
Бриджид не отступала.
- Ты должна была сделать это, Шэрон. У меня плохие предчувствия об этой специальной "миссии". Ты должна была пойти до конца, когда у тебя был шанс.
- Как... как ты можешь так говорить? - Шэрон сбивчиво подбирала слова.
- Чутье подсказывает мне, что мы все умрем.
(III)
Корпус оптостатического ментометра, стоявший сбоку от рабочего места Шэрон, был странно похож на какую-то механизированную голову - с рогами.
И такая форма - с рогами - напоминала ей о демонах.
Лицо демона... Суркулик. Шэрон надеялась, что это была всего лишь сила внушения, но пигментированное красное пятно на груди мертвеца было слишком большим - генетически привитое или нет - оно действительно выглядело, как лицо, если смотреть на него достаточно долго. Отвратительное лицо.
Образ в памяти, казалось, поплыл к ней, словно желая поцеловать, когда с груди убийцы содрали широкий кусок кожи...
Она постаралась отбросить это воспоминание, пытаясь сосредоточиться. Не отвлекайся! - крикнула она сама себе.
Делай свою работу! Ее работа заключалась в том, чтобы следить за состоянием навигационных систем из-за возможных отказов дисплеев. Просто делай это!
С другой стороны, ее трудности в сосредоточении на своей задаче были понятны из-за самых последних событий. Конфиденциальная миссия. Возможный "заяц". Убийство. И это - Pазведка Федерации, а не Красная Cекта... пыталась устроить диверсию на корабле. Чем это можно объяснить? А потом она задумалась о чем-то другом.
Что же могло послужить причиной того, что Бриджид - штатский дистанционный наблюдатель - была включена в список личного состава секретной военной миссии?
(IV)
Безмолвная секция искрилась в темноте. Мигающие огни на релейных панелях позади него, казалось, вырезали его силуэт в абсолютной черноте, окруженный неистовым калейдоскопическим ореолом.
- У тебя привилегированная роль, - сказал генерал-викарий. - Ты первая подошла достаточно близко, чтобы видеть.
Бриджид ничего не понимала, но она уже привыкла к этому. Понимание пришло вместе с критериями ее работы: делать, а не просить. Правда, она родилась со своим "даром", но никогда по-настоящему не хотела его. Бог дал его тебе, - сказал ей настоятель аббатства в Миде, - и ты обязана использовать его - для Него.
Но, честно говоря, в самые сокровенные для себя моменты Бриджид не знала, верит ли она вообще в Бога.
Генерал-викарий Люк попросил ее встретиться с ним в лаборатории. Это была просто обычная диагностическая лаборатория, за исключением одного дополнения: сенсорно-чувствительной ячейки. Держу пари, что я провела половину своей жизни в подобных обстоятельствах, - подумала она. Такие ячейки, как известно, ослабляют психические границы тренированного дистанционного наблюдателя, усиливая ментальное восприятие и значительно расширяя диапазон действия. Несколько часов назад "Эдесса" резко прекратила ядерное торможение и теперь ускорялась более чем на 75 миллиардов миль за солнечный цикл. Бриджид стало интересно, куда они летят.
Люк закрыл герметичную дверь после того, как она вошла, и набрал пароль замка. Никто не входил сюда без его разрешения.
- Пора, - сказал он.
Камера перед ней с распахнутым настежь люком напомнила ей гробы старого образца, в которые помещали мертвых еще до того, как был принят Закон о кремации. Внутренность мерцала в темноте: ванна с дистиллированным глицерином нагревалась точно до температуры человеческого тела.
- Я готова, - сказала она и без колебаний начала раздеваться.
Генерал-викарий, казалось, вздрогнул.
- О, я и не представлял. У меня очень мало опыта работы с дистанционными наблюдателями.
Она вылезла из комбинезона, обнажив свои большие груди.
- Это работает лучше всего, если ты голый.
Смешок, который не совсем получился.
- Не тревожься. Я уже несколько десятилетий подвергаюсь химической кастрации. Могу показать сертификат, если хочешь.
- Все в порядке.
Она не беспокоилась. Ей нравилось выставлять себя напоказ - еще один грех. Покалывание зажглось в ее щелке, когда она сняла остальную часть униформы. Но большая часть острых ощущений была потеряна перед мужчиной без сексуального влечения. Молодым мужчинам, мужчинам без либидной сдержанности она любила небрежно открывать свое тело, зная, что они заберут его образ с собой в какое-нибудь темное неконтролируемое место.
Грех. Еще один грех.
- Дайтe мне минутку, чтобы подключиться.
Она вошла в камеру и легла в скользкую ванну. И тут же она почувствовала, как ее ласкают сотни горячих рук; они гладили ее кожу, грудь и внутреннюю сторону бедер. Погрузившись в густую жидкость, она приложила по паре сенсорных манжет к горлу, а затем зарядную манжету к сердцу.
Теперь она парила в воздухе.
Обнаженная, совершенно беззащитная. Запертая за непроницаемой дверью.
Самые нелепые мысли одолевали ее. Кто же на самом деле генерал-викарий? Она не знала его, она никогда даже не слышала о нем.
Насколько мне
