Маэл Сехнайл, год назад утопивший Торгильса. Он на удивление быстро прекратил распри между малыми королями и стал готовиться к наступлению на
лохланнов – так гойделы и фингаллы называли людей, прибывших с Торгильсом. И уже в следующем году для них наступили тяжелые времена.
На следующий год от Торира отпали сначала Хакон, а затем – Торгейр. И тут сразу две силы ополчились против лохланнов – гойделы и фингаллы. На Торира одновременно напали с юга и с севера и в битве при Скиат Нехтан он погиб, а вместе с ним одиннадцать сотен его бойцов. Норманны-лохланны владели теперь только Лейнстером и Ольстером, югом и севером острова.
А в следующем году – в восемьсот сорок девятом по гойдельскому подсчету – в ирландские воды вошел большой флот. Люди Торгейра, решив, что к ним пришла долгожданная помощь, отправили легкий корабль, чтобы приветствовать земляков и сородичей. Но то были даны, или датчане, как их теперь называют, пришедшие из Южной Англии якобы по приглашению Маэл Сехнайла. Град стрел встретил тех, кого теперь называют норвежцами. Началась битва при Карлингфорде, в которой, как рассказывают, победили датчане и погибло пять тысяч норвежцев, в том числе более двух сотен воинов из знатных семей.
На юге острова теперь обосновались датчане. В центре острова, подчинив себе окружающих корольков, правил Маэл Сехнайл. И лишь на северо-востоке закрепились люди Хакона.
Но, едва начался следующий год, северные Уи Нейлы, а также фингаллы нанесли им несколько поражений и к началу лета вытеснили на Гебридские острова, в Дал Риаду, принадлежавшую скоттам, и на западное побережье Шотландии, где им приходилось вести беспрерывные бои с бриттами и пиктами Стратклайда.
Именно в этом году Аса Агдирская направила небольшую флотилию на Гебридские острова. Возглавил ее, как было сказано, Олав Белый.
65
Олав происходил из хордаландских конунгов, был сыном конунга Эйрика и племянником убитого Торгильса. Поставив его во главе войска, Аса, похоже, рассчитывала, что он отвоюет Ирландию и вернет королевство и своему роду, и ей, Асе Великой.
Прибыв на Гебридские острова, Олав Эйрикссон, которому тогда исполнилось двадцать три года, первым делом женился на Ауд, дочери Кетиля Плосконосого, правителя Внешних и Внутренних Гебридов, и тем самым заручился поддержкой этого влиятельного человека. Королю Бреги, правившему к северу от Дублина и враждовавшему с Маэл Сехнайлом, Олав предложил выдать его дочь за своего брата Ивара, который еще находился в Хордаланде, но должен был прибыть в Ирландию. И в скором времени Кинаэд напал на земли короля Тигернаха из Южных Уи Нейлов. С сыном короля Коннахта и с Аэдом Финдлиатом, королем Айлеха, Олав заключил военный союз. Хакона, бежавшего в Страклайд, Олав объявил вне закона за то, что он предал короля Торира, людей его стал переманивать на свою сторону, а херсирами над ними поставил предводителей местных фингаллов, обещав им разные блага после того, как он, Олав, возвратит себе королевство. Он был человеком решительным, отважным, красноречивым и хитрым. Он собрал значительное войско, но в том году оставался на Внутренних Гебридах и не предпринимал походов в Ирландию.
Он высадился там, когда с новым флотом на Гебриды прибыл его младший брат Ивар. Некоторые путают этого Ивара с Иваром Бескостным, сыном Рагнара Лодброка. Но то был другой Ивар. Олав овладел Ольстером и Коннахтом и, подчинив себе Северных Уи Нейлов, стал воевать с Южными и с теми королями и корольками, которые выступали на их стороне.
А в следующем году, когда на подмогу Олаву Белому из Хордаланда, Рогаланда и Агдира прибыл флот под предводительством Сигвальда, сына Фроди и двоюродного брата Олава, произошло большое морское сражение между датчанами и норвежцами. Маэл Сехнайл через своих посланцев пообещал данам помощь святого Патрика. Но в этот раз датчане потерпели поражение и, как утверждают гойдельские саги, в отместку зарезали, изжарили и съели королевских посланников. Но это уже совсем небывальщина.
Некоторое время даны еще держались в Лейнстере, но потом удалились туда, откуда приплыли: кто – в Уэльс, кто – в Уэссекс, кто – в Корнуолл.
Тогда Олав Эйрикссон провозгласил себя королем Дублина, подчинил себе тех гойдельских королей, которых мог подчинить, и от всех ирландцев потребовал, чтобы они заплатили виру за убийство его дяди и впредь платили ежегодную дань ему и его братьям, Ивару и Сигвальду. Ивара Олав поставил королем в Лимерике, а Сигвальда – в Лейнстере, а сам правил страной из Дублина.
66
Теперь надо вернуться к Хельги и сказать, что все эти четыре года он был верным соратником Олава и одним из его доблестных и удачливых херсиров. В больших морских и сухопутных сражениях Олав, как правило, ставил его на острие атаки.
У Олава, который несколько лет служил у Хальвдана Черного, Хельги многому научился. Он, например, стал перед боем занимать высокие места; тогда нападающим было трудно пускать вверх свои стрелы или дротики, а его люди могли с большим успехом метать в неприятеля камни и копья; и атаковать, не расстраивая боевой линии, всегда легче сверху, чем снизу. Для флангов Хельги выбирал ручьи, болота и реки. Особенно он следил за тем, чтобы солнце и ветер были с тыла у его отряда. В зависимости от местности и от других обстоятельств он строил свое войско либо свиной головой, то есть в форме пирамиды или конуса, либо орлом – с центром и крыльями. Олав научил его и других предводителей один или два отряда или несколько боевых кораблей не сразу ставить на битву, а сохранять в качестве резерва для смены сражающихся или для обхода неприятеля для удара ему в тыл. Даны этого не делали, и несколько важных сражений норвеги выиграли благодаря этой новой тактике.
Когда датчане пускали вперед конницу – даны уже тогда научились сражаться верхом, а лошадей им давали ирландцы, – Хельги собирал свое войско в круг, со всех сторон прикрытый щитами; передний ряд упирал копья тупыми концами в землю, а острия направлял в грудь всадников; следующий за ним ряд устремлял копья в грудь неприятельских лошадей, и весь отряд становился неуязвимым.
Эти и многие другие приемы Хельги быстро освоил и умело применял против опытного и грозного противника, каким, без сомнения, были датчане.
Иное дело ирландцы. Они не умели сражаться сомкнутым строем. Они то подбегали, то отбегали и рассыпались по полю, если на них наступали. Хельги и к этим назойливым мухам подобрал ключ. Выставив против них небольшой отряд, Хельги давал себя окружить, а тем временем основная часть его войска, в свою очередь, незаметно окружала предвкушающих
