class="p1">От воспоминаний о тех днях он зябко передернул плечами, пальцы ног неприятно заныли, бередя прошлое. «Купить, обязательно купить на днях, а то я себя знаю – протяну до конца, надеясь на авось, – думал следователь, открывая входную дверь Управления милиции. – А успеть надо сейчас, пока не взлетели цены перед холодами. Готовь сани летом, а телегу – зимой! С летом, конечно, я проморгал».
Глухов, закончив планерку, с наслаждением предавался чаепитию, когда Семин появился на пороге кабинета.
– Коля, проходи! – воскликнул он, увидев друга. – Попьем чаю, а тем временем подойдет и Марат с корешками авиабилетов.
Максимов появился в тот момент, когда друзья закончили с чаем и взялись за обсуждение предстоящей работы по раскрытию убийства Шанцева. Поздоровавшись, Максимов положил на стол целлофановый пакет с документами.
– Вот здесь корешки авиабилетов на рейс Якутск – Иркутск от третьего сентября. Именно на этот рейс купил билет наш фигурант, – доложил Максимов и высыпал на стол содержимое пакета.
Стали перебирать корешки, и вскоре Глухов воскликнул:
– А вот и Шанцев!
Семин взял в руки корешок и задумчиво произнес:
– Он улетел третьего, а шестого-седьмого его убили. Он что, вернулся обратно?
– Ничего не понимаю, – почесал затылок Максимов. – Надо посмотреть, кто рядом с ним сидел.
Троица вновь взялась за перебирание документов, и спустя короткое время список восьми пассажиров, сидевших, согласно выделенным местам, вокруг Шанцева, был в руках у правоохранителей.
– Давай устанавливай всех, может быть, кто-то уже вернулся обратно. Надо показать им фотографию Шанцева, – приказал Глухов Максимову. – Подключи всех оперов, мы будем ждать здесь, в кабинете.
Обсудив насущные дела, еще раз выпив чаю, друзья, дабы скоротать время, взялись за нарды. В середине этой восточной игры появился Максимов в сопровождении женщины среднего возраста в красном кашемировом пальто и в иссиня-черной шляпе.
– Вот, гражданка Петерсонс, – представил женщину сыщик. – Она летела тем же рейсом в Иркутск лечить глаза, вернулась в Якутск сегодня утром. Остальных пассажиров пока не можем найти.
– Как к вам обращаться? – спросил Семин у женщины.
– Лайма.
– Отчество?
– Обращайтесь так.
– Лайма, скажите, пожалуйста, когда вы летели в Иркутск, вы запомнили своего соседа? – с этими словами Семин положил перед женщиной несколько фотографий, в том числе и Шанцева. Женщина внимательно посмотрела фотографии и отрицательно покачала головой:
– Нет, на этих фотографиях я его не вижу.
– Вы уверены? Вы хорошо его запомнили?
– Как я могла не запомнить этого хама? – обиженно произнесла женщина. – Он занял мое место возле окна и долго не хотел уступать. Пришлось вызвать стюардессу.
Семин незаметно подмигнул Глухову и задал следующий вопрос:
– Значит, стюардесса его тоже хорошо запомнила?
– Конечно! Я сама была стюардессой, летала на международных рейсах. Мы хорошо запоминаем людей, этому нас учат.
– Лайма, скажите, ничего необычного вы не заметили в облике, поведении мужчины?
– Необычного… – задумалась женщина. – Он старался не привлекать внимание, прикрывал лицо картузом… По-моему, надеялся, что я не буду скандалить и тихо уступлю ему место, но не на ту нарвался. Я на своем веку видала-перевидала таких наглецов, вмиг призвала его к порядку!
– Значит, он не хотел себя «светить»?
– Абсолютно верно. Мне уже тогда это показалось подозрительным, а теперь, когда вы им интересуетесь, я понимаю, что он преступник… Боже мой, я летела с преступником в одном самолете! А вдруг он решил бы угнать судно?! Или взорвать?!
– Успокойтесь, Лайма, он не террорист, а просто подозревается в убийстве, – с улыбкой утешил женщину Семин. – Вашей жизни ничто не угрожало.
– Как это не угрожало?! Рядом сидел убийца, а мне ничто не угрожало?! – продолжала нагнетать обстановку женщина, и Семин решил закончить разговор.
– Лайма, вы нам сегодня здорово помогли, мы вам очень признательны. Теперь идите домой, и, если будете нам еще нужны, мы вас вызовем.
Когда женщина вышла из кабинета, Глухов обратил свой взор в сторону Максимова, чтобы дать ему поручение, но тот опередил его:
– Понял, еду за стюардессой.
Стюардесса полностью подтвердила слова Лаймы, не признав на предъявленных фотографиях Шанцева. Отпустив ее, Семин обратился к оперативникам:
– Ну что, товарищи сыщики, дело становится все интереснее и интереснее. Кто же полетел вместо Шанцева? И зачем нужна такая комбинация с перелетами? Вопросов накопилось очень и очень много.
– Надо пробить по АБД все связи Шанцева, но прежде всего двух гаишников, которые сильно опекали его, – предложил Максимов. – Тот, кто летел по документам Шанцева, наверняка вернется в Якутск по своим документам.
– По своим документам? – осенило Семина. – Значит, Шанцева убили и, чтобы запутать нас, сделали инсценировку с перелетом, а потом подбросили письмо!
– Но третьего сентября Шанцев был еще жив, – засомневался Глухов. – Эксперт говорит, его убили примерно шестого-седьмого.
– Значит, его где-то держали, пока проворачивали операцию по якобы его перелету, а затем убили, – предположил Семин.
– А почему сразу не убили того же третьего числа? – задался вопросом Максимов.
– Если бы провалилась афера с перелетом – например, во время регистрации, – человека задержали бы и, узнав, что реальный хозяин паспорта пропал без вести, закрыли бы его, – резюмировал Семин. – Поэтому Шанцева преступники пока держали живым, а когда операция удалась, они его умертвили и уничтожили труп путем сожжения, надеясь, что от него останется только прах, не подлежащий идентификации. Но мы-то знаем, что тело человека полностью уничтожить на костре невозможно. Может быть, фигурант даже не подозревал, что стал жертвой для заклания, думая, что его заботливо прячут от обэповцев.
– Вполне резонно, – задумчиво проговорил Глухов и обратился к Максимову: – Ты уже понял, что надо сделать. Мы ждем.
Когда прерванная игра в нарды подходила к концу, в кабинет влетел взбудораженный Максимов и сообщил ошеломляющую новость:
– Нашелся гаишник!
– Который из них?! – от неожиданности вскрикнул Глухов.
– Племяш братьев Сосновых! Он купил билет на рейс Иркутск – Якутск четвертого сентября!
– Напомни, как фамилия гаишника? – быстро спросил Семин у сыщика.
– Коляев Никита.
– А второго?
– Ширкин Бронислав. Но он по АБД не значится как приобретший авиабилет.
– Что из всего этого получается? – Семин испытующе посмотрел на оперативников. – Наша версия потихоньку приобретает очертания. Получается так: гаишники где-то держали Шанцева, а в это время Коляев, скорее всего, переклеив свою фотографию на паспорт потерпевшего, вылетел в Иркутск и оттуда вернулся на следующий день уже по своему паспорту. Затем они убили Шанцева, сожгли на костре, пытаясь уничтожить тело. Если бы им это удалось, они провернули бы блестящую комбинацию, сняв с себя все подозрения – разыскиваемый ведь уехал в Иркутск! Шанцева ОБЭП объявил бы в розыск как мошенника и искал бы долго и безуспешно. А почему убили Шанцева? Он слишком завяз в
