стать лучшей, недостаточно делать то же, что и остальные.
Лойша нахмурился, пожал плечами и зашагал прочь, пробормотав:
– Не все сводится к победе, Эмбер.
Но девушка его уже не слышала. Погрузившись в себя, она сосредоточенно водила руками по воздуху, сплетая магические узоры. На этот раз листья послушно поднялись с земли, подчинившись воле ведьмы.
Не прошло и получаса, как Эмбер вновь услышала звук приближающихся шагов и раздраженно выдохнула: «Лойша!» Казалось бы, она просто назвала туата по имени, но прозвучало это так, будто ведьма только что отправила его прямиком к сущностям за завесу. Однако незваный гость даже не думал останавливаться, и девушка, не открывая глаз, со злостью швырнула листья в сторону источника звука.
– И тебе доброго дня, Эмбер.
– Верховная Табиршасс, прошу, простите меня, – пробормотала девушка, смутившись.
– Поверь мне, кучка листьев – это далеко не самое страшное, что запускали в мою сторону. Меня больше волнует другое: почему ты не готовишься к Мабону вместе со всеми?
– Я хочу быть достойной оказанной мне чести. Мой долг – не опозорить ведьм на отборе и одержать победу в состязаниях за звание Энси.
– Задача Энси – это не только виртуозно владеть магией, Эмбер, но и понимать, когда и как оказать поддержку своему народу. Подготовка к Мабону ничуть не менее важна, чем отработка заклинаний. К тому же твое отсутствие многих огорчит.
Эмбер слишком уважала Верховную, чтобы перечить ей, но слова Табиршасс не могли не встретить сопротивления в душе девушки. Она прекрасно знала, что ее отсутствие вряд ли кого-то сильно расстроит. Не то чтобы ее не любили, нет. В ковене к ней относились хорошо, уважали за силу и выносливость, но близкой дружбы у нее ни с кем не складывалось. Девушка всегда чувствовала, что отличается от остальных. И дело вовсе не в цвете кожи. Эмбер просто была другой.
Однако все эти мысли девушка оставила при себе, сказав лишь:
– Разумеется, Верховная. Я сделаю так, как вы велите. Я могу идти?
– Конечно, Эмбер. Только помни, что наш страх перед неизвестным – всего лишь эмоция, а значит, целиком в нашей власти. Будущее наступит независимо от того, будем ли мы о нем беспокоиться. Так что не трать время попусту. Наслаждайся праздником.
Ведьма смущенно кивнула и поспешила прочь. Очевидно, Верховная тоже мастерски читала знаки, но, казалось, они ее не беспокоили.
«Страх – лишь эмоция, а они в нашей власти», – снова и снова повторяла про себя Эмбер в надежде унять грызущее ее беспокойство.
* * *
Когда Эмбер добралась до священного леса, приготовления к празднованию Мабона были уже в самом разгаре. Она любила Ведьмину пустошь. Любила молчаливый туман, что, заплутав среди скалистых гор, беззвучно стекает в долину, любила бескрайние степи, расстилавшиеся так далеко, насколько хватает глаз, любила запах свободы, который разливается в воздухе. После долгого, пожалуй, даже слишком долгого, обучения в Лунных землях девушка радовалась каждому дню в родных краях. Здесь, среди сосновых лесов, неприступных скал и пронизывающих ветров, она наконец-то дышала полной грудью.
Однако сегодня свободолюбивая Пустошь мало походила на себя. Сейчас она скорее напоминала неопытную девчонку, которая волнуется перед своим первым балом. И от этого Эмбер было не по себе.
Ковены собрались вместе, чтобы вознести хвалу Богине за многочисленные дары природы и щедрый урожай, а также почтить память предков. В руках у многих ведьм и ведьмаков можно было заметить пучки горящих трав. Эмбер втянула носом воздух – вербена, гиацинты и, кажется, розмарин. «Хороший выбор. Их аромат позволит утончить грань между мирами», – размышляла она, прокладывая себе путь через толпу. Девушка пыталась отыскать сестер по ковену. Как знать, возможно, для нее еще найдется какое-нибудь дело. За работой время летит быстрее.
От высоких костров, что вздымались до самых небес, искры летели во все стороны. Одна из них едва не прожгла Эмбер платье, но она успела потушить огонек, стремительно одернув подол. Платье ощущалось чем-то чужеродным на теле, привыкшем к тренировочным костюмам и штанам из мягкой кожи.
По своей воле Эмбер ни за что бы не облачилась в наряд, предполагающий юбку, но традиции есть традиции. Мабон – не время для сдержанности и скромности. К слову, это одна из причин, по которой она не хотела идти на праздник. «Женственность делает тебя беззащитной», – так считала девушка. Другие же ведьмы совершенно не видели в этом проблемы и с удовольствием наряжались в священную ночь в свои лучшие платья, вплетали в волосы цветы и кристаллы. Эмбер все это было чуждо. Она любила состязания, магию, работу на результат. В этом была логика, это подчинялось ее воле.
Слишком высокая, слишком мускулистая, с бритыми висками и копной кудрявых черных волос, собранных в вечный хвост на затылке, – Эмбер не обладала исконной женственностью ведьм. Единственное, что не позволяло назвать внешность девушки совсем уж заурядной, – ее необычные янтарные глаза, выделявшиеся на темной коже. Даже сегодня ведьма выбрала максимально простой наряд: черное платье без рукавов и с разрезами по бокам. Прямое, строгое, без изысков – в таком удобно двигаться, и оно соответствует требованиям Верховной. А большего и не требуется.
– Эмбер, – приветственно махнула рукой Карлотта, – пойдем, поможешь мне с угощениями.
Девушка неохотно подчинилась. Кулинария не относилась к числу ее талантов, но ничего не поделаешь – каждый должен внести свой вклад в приготовления к Мабону. К тому же, как неустанно напоминала Верховная, смирение – одна из главных добродетелей будущей Энси.
Если быть совсем уж честной, то именно эта добродетель никак не желала покоряться Эмбер, но она боролась с собой. Делала то, что необходимо, сжав зубы и наплевав на собственные желания. «Долг превыше всего», – твердила она себе, слишком рано уяснив, что собственная жизнь ей не принадлежит. Она – слуга Эреша.
– Показывай, что делать, Карлотта.
– Для начала попробуй улыбнуться. Мы же на празднике, помнишь? Здесь полагается веселиться.
В ответ Эмбер только пожала плечами и принялась за готовку. С рвением и полной отдачей. Впрочем, по-другому она не умела.
Они работали в тишине, пока у Карлотты не вырвался смешок.
– Что? – подняла на нее взгляд Эмбер.
– Да так.
– Говори же!
– Ну, просто у тебя такое лицо, будто ты не кукурузные лепешки готовишь, а в битве с ними сражаешься.
Эмбер не нашлась что ответить. Она никогда до конца не понимала, как реагировать на шутки. Возможно, именно поэтому ей не удавалось сблизиться ни с кем в ковене.
Когда они закончили, лес уже окутала блаженная тьма. Песни ведьм и ведьмаков звучали громче, глаза сияли ярче, а костры разгорались все жарче. Смех,
