вмешаться, но ведьмы, сопровождавшие Ивону, выступили вперед и отразили ее заклятие. Кровь была надежно запечатана в сосуде Песчаной ведьмы.
– Что ж, кажется, сегодня я развлеклась достаточно. У вас месяц на принятие решения. Откажетесь – и метка станет активной. Ярштай всегда приходит за непокорными. Всегда, – с явным удовольствием, растягивая слова, произнесла она. – Править будем мы. В любом случае. Вопрос лишь в том, прольется ли кровь. Лично меня устроят оба варианта.
«Неужели все эти сказки про похищение их ковеном младенцев и кровавые ванны не так уж далеки от истины?» – спросила себя Эмбер, но закончить свою мысль она не успела. Ивона произнесла заклинание, подула на ладонь, и черная сияющая метка поплыла по воздуху по направлению к девушке. Эмбер отскочила в сторону и даже выставила щит, но все тщетно. Метка настигла ее. В ту самую секунду, когда зачарованное клеймо коснулось кожи, девушке показалось, что ее прожгли каленым железом. Ей хотелось закричать, но она лишь плотнее сжала зубы.
– Сильная девочка. Тем слаще будет твоя кровь, – шепнула, приблизившись к ней, Ивона и широко улыбнулась, демонстрируя заточенные железные зубы. От неожиданности Эмбер отшатнулась, чем вызвала смех ведьмы. Сейчас ее улыбка вновь была ослепительно-жемчужной. «Иллюзия?» – мелькнуло в голове Эмбер. Вот только что именно из увиденного было иллюзией?
Напоследок окинув Эмбер насмешливым взглядом, Ивона развернулась и царственно прошествовала с поляны. Две молчаливые фигуры последовали за ней, будто тени.
Едва ведьмы из Песчаного ковена скрылись, как воздух потеплел, а поляна наполнилась взволнованным гомоном.
– Что дальше? Они будут мстить? – Вопросы сыпались отовсюду, обеспокоенные голоса смешивались и сливались в единую тревожную песнь, мешая Эмбер сосредоточиться.
Сейчас она смотрела только на Верховную. На ее серьезное лицо, высоко поднятый подбородок и встревоженный взгляд.
– Ты ненормальная? – Лойша ткнул Эмбер в плечо.
– А что я должна была делать? – огрызнулась она.
– Дай-ка подумать! Как насчет ничего?
– Тебе-то что?
– Завидно мне. Теперь только у тебя метка.
Эмбер посмотрела на него с недоверием, пытаясь определить, шутит он или говорит серьезно. Ее размышления прервал ровный, полный спокойного достоинства голос Верховной.
– Братья и сестры! Сегодня мы собрались, чтобы отпраздновать ночь Мабона и почтить нашу Богиню. Да, нас прервали. Все вы слышали и видели, что случилось. Мы обсудим эту угрозу. Позднее. А сейчас мы будем праздновать. Эту ночь им у нас не отнять!
Толпа загудела, и праздник начался. Вот только дух веселья, что еще недавно бродил по лесным просторам, безвозвратно исчез. Все знали: грядет смерть.
Черные метки ковена мести всегда настигают своих жертв. Всегда.
Глава 19
Эмбер казалось, что с появлением метки ее жизнь должна резко перемениться, но прошло три дня, а мир не рухнул. Солнце все так же восходило, птицы пели, дети играли, а ветер дул. Миру все равно, если ты растерян и разбит. Завтрашний день неизбежно наступит. Хочешь ты этого или нет.
Сейчас Эмбер проводила время в таверне в компании Лойши и Райденна. Последний восседал с таким видом, будто нет в мире худшего наказания.
– Слушайте, я вообще-то никого из вас сюда не приглашала, – не выдержала ведьма.
– Это ты к чему? – поднял бровь Райденн.
– У тебя такое выражение лица, будто тебя пытают или того хуже.
– Я всего лишь привык к более изысканным заведениям и пище.
– Райденн, честное слово, ты столько лет претендент на титул Энси и все еще тоскуешь по деликатесам вашего повара? – хохотнул Лойша.
– Сильно сомневаюсь, что ты сам по ним не тоскуешь! Во время обучения в наших землях ты уплетал его стряпню за обе щеки. Вспомнить стыдно, – парировал Лунный. – Да и вообще, мы сидим почти в таком же шатре, как тот, в котором живем. Только этот почему-то называется таверной.
Эмбер хмыкнула. Так-то он прав. Ведьмина пустошь и в самом деле мало что могла предложить утонченному вкусу детей Луны. В отличие от столицы Ведьминых земель – Аратты. Точнее, бывшей столицы. Не так давно Пустошь откололась и теперь живет по собственным законам. Да, временами здесь тоскливо, но Эмбер не променяла бы родные края и на тысячу самых роскошных заведений прогнившей до основания Аратты.
Были времена, когда столица процветала, и ведьмы жили, прославляя Богиню. Прекрасные и свободные. Сейчас же истинных ведьм и ведьмаков в столице осталась горстка. Большинство живущих в Аратте не чтят традиции, а заботятся лишь о собственных прихотях. От чествований Богини остались только праздники. Да и те превратились просто в повод нарядиться, выпить и хорошенько развлечься. Почему-то из духа свободы жители Аратты уловили лишь это. Вот только они и не заметили, как, освободившись от условностей, стали рабами вещей, богатства и удовольствий. Несчастные души, плененные собственными слабостями.
– Эмбер, ты здесь вообще? Мы ради кого сюда пришли? – помахал ладонью перед ее лицом Лойша.
«Богиня, иногда этот туат – сущее наказание», – выругалась про себя ведьма, а вслух буркнула:
– Я вас не звала.
– Сама любезность, – закатил глаза Райденн.
Эмбер только пожала плечами. А что такого? Она действительно никого не просила с ней сюда идти. Они заявились сами и сейчас треплются о какой-то ерунде, будто и нет у нее на руке черной метки. Но, если уж быть честной до конца, девушку радовало, что они рядом. Настоящих друзей у нее не было, а Лойша и Райденн были, пожалуй, самыми близкими к этому почетному званию. Они через многое прошли вместе. Понять претендента может лишь другой претендент.
Раньше Энси избирали в строгой очередности круга жизни: ведьмы, дети Луны, туаты, люди. К концу обучения Хранитель должен был овладеть четырьмя стихиями и пройти финальные испытания. Вот только сейчас настал черед людей, а они, как известно, лишились магии и стихии огня. В мире духов силы Великой Энси Дионы на исходе, сущности все чаще пытаются прорваться сквозь завесу. Как знать, сколько времени в запасе? Именно по этой причине Совет принял спорное решение отыскать всех детей, в чьих жилах есть хоть капля человеческой крови, способных овладеть хотя бы тремя стихиями. Таких набралось совсем немного, а к третьему году обучения – и вовсе почти не осталось. Дойти до конца умудрились лишь Эмбер, Райденн и Лойша – по одному представителю от каждого народа. С тех пор они часто проводили время вместе.
Порой их непонятная связь огорчала Эмбер, но иногда – радовала. Например, сейчас Лойша и Райденн ограждали ее от двух категорий ведьм и ведьмаков: тех, кто в страхе отходит подальше, едва завидев Эмбер на горизонте, и тех, кто пялится на метку, которая уже успела проявиться у нее
