за саркофаг. Неужели… получилось? Получилось! Он зарылся пятерней в волосы.
Лео ликовал, белоснежные пряди небрежно рассыпались по плечам, черная резинка шмякнулась к ногам, на что Страж не обратил никакого внимания, погрязший в мыслях экспериментатора. Выходило, Алекс беременна двумя девочками, двумя чистокровными ягуарами, наконец-то!
— Отличные новости, — холодно пробормотал Леонардо, прикидывая в уме, сколько понадобится крови Александры и как её по-тихому надыбать, вместе с тем понимая: без помощи Ярина провернуть «тихий» забор крови не выйдет, значит, одного брата Флайм придется поставить в известность.
Леонардо поморщился. Не зря его пара Алина частенько называла оборотня единоличником.
Положив ладонь на сканер, он приказал:
— Запуск подготовки к немедленной операции «ВОЗРОЖДЕНИЕ», подготовка испытуемых к операции. Подготовка к замене ирро-жидкости. Стерилизация помещения.
— Запускаю подготовку. Затребование дополнительной капсулы для перемещения тел особей J-1 M-1.
— Готовность капсулы — в течение пятнадцати минут.
— Принято. Выполняю системную команду. Стерилизация помещения на пятнадцать минут. Покиньте помещение. Три… Две…
Леонардо вышел в коридор, обзорное окошко тотчас залило красными лучами активной стерилизации. Прислонившись спиной к стене, Лео набрал Ярина.
— Да, Лео? Что-то срочное? На мне Ладан висит.
— Код красный, один-ноль-один. Жду через полчаса в Сейде с двумя литрами крови Александры ГолденЯр.
Потрясенное молчание на две секунды и очень тихое, безэмоциональное:
— Код принял, выполняю приказ, — и гудки.
Лео усмехнулся: когда требуется, парни, будь они триста раз мужья и отцы, исполнят всё что угодно, призыв Стража не требует объяснений и возражений. Никаких.
Академия ХИРО
Ульяна
В ХИРО нас уже ждали, неодобрительный в своем молчании один из моих бывших преподавателей по стихийным порталам проводил нас с Адрианом в кабинет ректора, а там нас тоже ждали, целый консилиум из преподавателей, в том числе я узнала среди множества лиц и архаров академии АрхиО. Заметив знакомые лица, Адриан скривился и нехотя тем кивнул.
Ректор мрачно вскинул руку, заглушая гул голосов при нашем появлении, и пригласил нас с Адрианом присесть на демонстративно выставленные посредине просторного кабинета не слишком удобные на вид стулья.
— Оставим глупые пересуды, рассусоливания и всё тому прочее на другой раз и затронем конкретно сложившуюся довольно-таки непростую проблему, — говорил ректор в полной тишине, впрочем, тишина была условная, обращенные на меня презрительные многозначительные взгляды вейдаров ХИРО и, что уж там, АрхиО говорили похлеще иных слов. — Мы с коллегами уже обсудили ситуацию, взвесили, отыскали решения и пригласили вас, вейдари Лисова, чтобы сказать своё слово.
Помимо воли вдоль позвоночника пробежал холодок, ничего хорошего от того «слова» я не ждала.
— Начнем с пути разрешения конфликта, а затем перейдем к наказанию. Или вы сначала желаете выслушать вынесенное на суд и решенное в вашем отношении наказание, вейдари Лисова? — с долей ядовитой ироничности уточнил ректор.
— Благодарю за позволение узнать моё мнение, ректор, мы с архаром Адрианом предпочтем идти по порядку.
— Бывший архар, огонь его пожри, — пробубнил под нос некогда учитель Адриана – вредный Шедай, на что мой лис клыкасто ему улыбнулся. Шедай скривился и демонстративно отвернулся.
— Тишина! — гаркнул ректор, и все резко опустили головы, будто бы нас пригнуло к земле, пригнуло вообще-то, могущественной силой, ведь ректор Валенсо не просто так занимал пост ректора самой великой вейдарской академии. — Тишина во время тяжбы! Будь по-вашему, Лисова. Итак. Для разрешения конфликта вы обязаны вернуть фолиант предков, не обсуждается. Вы принесли его с собой?
— Конечно, я и не собиралась обсуждать, — бурчу, выуживая из сумочки на свет книгу из кожи предка Леонардо.
Боже, до сих пор тошно, а Леонардо, кстати, об этом интересном моменте так и не узнал. Зря мы, конечно, эту хрень утащили в свой мир. Верно говорят: воровство до добра никогда не доводит. Никогда! Вон, нас до сдвигов во временных рамках довело, это раз, а два — подвело под скачки и замены инореальных душ вместе с ветвями. Позорище.
— Разрешите вам отдать, ректор Валенсо?
— Разрешаю, мы сами вернем украденную реликвию по месту хранения, — помимо воли щеки потеплели от стыда. В два шага подошла к столу ректора и опустила на него книгу, слегка подвинув пальцем к ведьмаку, тот одобрительно покосился на мои руки, закованные предусмотрительно в перчатки. — Ну, хоть додумались больше не касаться реликвии голыми руками, плюс вам в чарму, Лисова. Вернитесь на место.
С радостью это сделала, от находящегося не в духе ведьмака так сильно фонило враждебной силой, что находиться с ним рядом было непросто, его магия жгла виновника раздражения носителя, как бывает у архивейдаров.
— Пункт второй. Вы обязаны вернуть из немагического мира кольца засунутого туда без суда и следствия вейдара Альгера. Выполняйте, Лисова.
Сглотнула.
— Сейчас?
Ректор выгнул бровь: мол, проблемы?
— А это не повлияет на моего ребенка?
— Мы вас подстрахуем. Не тяните, Лисова!
— Хорошо. Куда его переместить? Сюда?
— В подвалы академии, всё же этот вейдар в самом деле провинился, мы сами решим, как поступить с нашим бывшим куратором, вам и координаты не нужны, верно? Вы в своё время облазили запретные подвалы вдоль и поперек, — язвительно.
Вздыхаю. И всё-то он знает. Развернула свою силу. Вместе с поиском Альгера по Земле, я услышала на подкорке тонкий звон нити, которую привязала к Дину Картену, и дрогнула. Дин меня звал! Почему я не слышала раньше? Так, прости, Динушка, я попозже к тебе вернусь. Уж нашла этого гада куратора. М-да… А время на Земле его на щадило, он бомжевал, и его жизнь едва теплилась в теле. Ещё пара дней, и всё, капут бывшему куратору. Выдернув орущего благим ором ведьмака, закинула куда сказали и отряхнула руки.
— Готово. Что дальше?
Ректор покосился на декана боевки, и тот плавно выскользнул за дверь, явно куратора проверять отправился.
— Слезы вашего раскаянья, — серьезно заявил ректор и передал мне небольшой флакон.
Озадаченно на него покосилась. Серьезно?
— Серьезно, вейдари, и не затягивайте! Подумайте о своем нерожденном ребенке и что его жизнь на волоске.
С тяжким сердцем грела в руках стекло. И я расплакалась, особенно как подумала об оставленных в другой реальности детях и что никогда, возможно, к ним больше не прикоснусь, рыдала в три ручья.
Спустя некоторое время передала бутылек удовлетворенному ректору.
— Молодец, Лисова. Теперь начнем исправлять вашу ошибку.
Уловив команду, преподаватели рядом встали, образуя вокруг нас с Адрианом плотное кольцо, мы
