и пояснил, я уже смирилась немножко. Как родители?
— Они пока ничего не знают, думают, ты все ещё гостишь на Реа, но… мне придется сказать сегодня-завтра, всё зашло слишком далеко.
— Я понимаю, — Снежа прикусила губу от волнения, нежно погладил девочку по волосам. — Скажи папе и маме, что я счастлива и защищена, у меня самый лучший защитник, и что мы скоро вернемся, да и не одни, а с внуком.
— Прям так с внуком?
— Ага. Дин сказал, это мальчик.
— Я очень за вас рада. Правда. Мне пора. Попробую на днях ещё бросить связь, постарайся не закрываться, Дин. До связи.
— Ульяна!
— Да?
— А что насчет… ну… инореальностей этих? Удалось разобраться?
Ведьма погрустнела, улыбка померкла.
— Можно и так сказать. Всё будет хорошо. Вашему ребенку уже ничего не угрожает, кстати, и не угрожало. Твоему братику или сестричке тоже, как и моему.
— А как же те дети?
— Вернуть всё на свои круги нельзя, знаешь, я видела их и понимаю: это к лучшему. Мне пора. Ещё поговорим.
Ведьма махнула рукой и исчезла.
— Получается, реальности выровнялись, и больше никто из детей не умрет, но Ульяна и Адриан останутся здесь, в нашей ветке?
— Судя по всему. Не бери в голову, тебе нельзя волноваться.
— Ой, брось. Я же не человек.
— Иди сюда, кошечка, — подхватил пару под ягодицы и потащил на постель. — Буду тебя любить долго и приятно.
— Ты же говорил: не хочешь вредить малышу. Правда, я не понимаю, как ты ему можешь навредить? В матку же ты органом не пролезешь.
— А я по-прежнему не хочу, но я знаю другие способы, как сделать друг другу приятно, не вторгаясь в твоё сладкое лоно.
— Боже мой, Дин Картен, да ты романтик!
— Бываю иногда.
Пара весело рассмеялась, даже не подозревая, как своим звонким смехом топит мою душу в зефирной нежности.
Глава 40
Бункер, он же Сейд
Заложив руки за спину, Леонардо встречал своего подчиненного на нулевом этаже Сейда в проходе длинного, подсвеченного белыми фонарями коридора. Загудела платформа, пропуская в нутро святая святых «верхних» оборотней одного из братьев Флайм. Легким военным шагом Ярин спустился по лестнице, за широкой спиной экипированного оборотня виднелся рюкзак.
— Страж, по вашему приказанию прибыл, — отчеканил тихо Яр бесцветным тоном.
Леонардо развернулся в сторону лестницы.
— Разрешаю действовать не по протоколу.
За спиной выдохнул Яр, несмотря на дозволение, следовал за начальником по-прежнему пружинистыми военными, едва слышимыми даже для самого Лео шагами.
— Лео, могу я узнать, в чём дело и зачем потребовалось столько крови Алексашечки? Дело связано с нашей ведьмой, снова неприятности?
— С ведьмой не связано. Идем, сам вскоре всё поймешь.
— Уж надеюсь. Тебе не передать словами, как мне пришлось извернуться, чтобы незаметно улизнуть из-под внимания Алекс. Хорошо, брат из наших, не пришлось изъясняться. И, знаешь ли, тебе крупно повезло, что у меня в схроне имелось четыре литра свежей крови и столько же плазмы на всякий непредвиденный случай.
— Именно поэтому я с тобой и связался, понадобится твоя помощь в одном щекотливом деле.
Ирбис нахмурился и придержал множество скопившихся и возникших вопросов при себе, Страж и без того прямым текстом сказал: он и так сейчас всё узнает.
Ярин безмерно удивился, оказавшись на шестнадцатом секретном этаже, озадаченно и не без уважения поглядывал в белый затылок Стража. Яр про себя покачал головой: сколько же тайн хранит их начальник! Сколько он его знает, а до сих пор поражается умениям и могуществу этого оборотня. Однако большее потрясение ожидало его впереди.
В некотором волнении он прошел с дозволения и по приказу Стража непростую идентификацию в одно из запретных помещений секретного уровня, предварительно облачившись в защитный костюм. После считки опечатка сетчатки глаза надел шлем, защелкнул задвижки в пазах и с опаской проскользнул за начальником вперед, с непривычки прикрывая изгибом локтя глаза, по которым резануло после темного коридора яркое белое освещение, и, медленно опустив руку в белой толстой перчатке, с любопытством огляделся, недоумевая: какого хрена происходит в Сейде?
Вниманием оборотня завладела капсула из необычного металла, напоминающая цинковый саркофаг с иллюминатором, у которого застыл Леонардо, закрывая спиной обзор на сам люк. Не оборачиваясь на него, Страж подозвал Флайма жестом. От неясного предчувствия у Ярина зашевелилась шерсть на загривке.
Лизнув языком по клыкам, он поправил на плече рюкзак и осторожно подошел к Леонардо, становясь с ним плечом к плечу. Мимолетно мазнул взглядом по привычно огромной, занимающей всю центральную стену машине-орудию Стражей – ироскандеру, мазнул по трубкам, что тянулись от сканера к саркофагу, и переместил взгляд на люк. Брови Яра поползли к белым волосам, черная прядка встала дыбом.
Обалдело моргнув, он хватанул ртом воздух, разглядывая «плавающую» в анабиозной жидкости оборотницу с очень знакомыми чертами лица, какие он с удовольствием рассматривал каждое утро. Шок. Настоящий шок, вот что он при этом ощутил. Зверь в груди тревожно завозился, царапая когтями грудную клетку.
— Это же…
— Да, — бесцветно-глухо согласился Страж.
Ярин нервно дернул головой, сконцентрировал внимание на находящейся на грани жизни и смерти женщине, только тогда замечая ещё один немаловажный элемент, а именно крошечного младенца. У Флайма заныли виски, во рту образовался металлический привкус.
— Как? — выдавил он, стискивая шлейку рюкзака. — Как тебе удалось? Когда? Почему мы не были в курсе о спасенных двух объектах рода ГолденЯр?
Леонардо промолчал, впрочем, его молчание говорило лучше слов: потому что он так решил. Он их спас. Позаботился, и точка на том. Какая разница, что и почему.
Яр шумно вздохнул.
— Каково их состояние?
— Стабильное. Ты мне нужен был, чтобы принести кровь, помочь с транспортировкой тел из лаборатории и в качестве подстраховки.
Ирбис сглотнул, переводя взгляд на мать Алекс и ребенка.
— Они всё это время лежали здесь?
— Да.
— Почему? Почему раньше нельзя было их оживить?
Леонардо криво усмехнулся.
— Не имелось подходящего ресурса для «оживления». Ты готов?
— Всегда, — машинально выдавил Яр.
— Хорошо, — Леонардо переместился к ироскандеру. — Готовь материал, начинаем через пять минут, после повторной стерилизации облегченной формы.
Двенадцатый уровень, тренировочный бокс
Ночь
Операция «ВОЗРОЖДЕНИЕ ЯР» прошла успешно. Наблюдая за тем, как Ярин проводит медицинские манипуляции сначала с женщиной, что безмятежно спала
