в завываниях теней. Густая, непроницаемая мгла смещалась, перекрывая обзор и внушая тем, кто остался на поле, чувство обречённости.
Следом началась эвакуация: бесы, словно охотники в ночи, выдёргивали солдат, перенося их за пределы оккупированной мятежниками воинской части. Всё это сопровождалось резко обрывающимися на середине криками ужаса, что добавляло ситуации очень эффектных красок. Особенно это сильно отражалось на бойцах вражеской армии, которые теперь как заведённые волчки крутились на месте и беспорядочно махали перед собой клинками и другим оружием, отчаянно выискивая хотя бы одну ощутимую цель в окружившей их тьме.
«Спусти меня вниз», — бросил я для бесовки и в ту же секунду оказался на воинском плацу.
Густая тьма едва рассеялась вокруг меня, оставляя узкое пространство, освещённое лишь всполохами магии и редкими очагами пламени. Земля была усеяна телами, оружием, остатками разрушенной техники. Здесь в воздухе ещё сильнее пахло гарью, металлом и кровью.
— Вам привет от императора, сударь, — бросил я, останавливаясь в паре метров от командующего вражеской армии.
Мужчина медленно повернулся всем телом, выискивая источник голоса. Несмотря на плотный мрак, его поза оставалась уверенной, а дыхание ровным.
— Господин Черногвардейцев, я полагаю? — без капли страха в голосе произнёс он, весьма точно направляя лицо в мою сторону.
— Он самый, — предусмотрительно сдвигаясь в сторону, бросил в ответ я. — Не желаете сдаться?
— Увольте, — качнув головой, ответил мужчина, эффектно крутанув клинком сбоку от себя и вновь поворачиваясь на мой голос.
— Что ж, как вам будет угодно.
Я шагнул вперёд и тут же ушёл в сторону, срезая угол и избегая прямого выпада врага. Лезвие скользнуло в полуметре от меня, рассекая воздух с тихим свистом, но уже в следующий миг мой клинок полоснул противника по плечу.
Он не дрогнул. Только стиснул зубы, а затем выдал мощный импульс энергии, который в ту же секунду отбросил от него подкрадывающихся со спины Кали и Аластора. Я этот напор выдержал, но со своей атаки сбился — словно наткнулся на невидимую стену.
В тот же миг всё пространство вокруг нас, в радиусе десяти метров, резко вспыхнуло огнём. Мой барьер тут же принял на себя урон, не впуская огонь внутрь, но даже сквозь него я чувствовал жар. Противник стоял внутри этого горящего круга, а его глаза уверенно смотрели в мою сторону, несмотря на тьму.
Это было странное зрелище: пылал огонь, но окружающий мрак он развеять не мог. То бишь темнота никуда не делась, но оппонент отчего-то всё равно в точности понимал где я нахожусь.
— А ты как думал? — усмехнулся он. — Только у тебя есть сюрпризы? У всех свои фокусы.
— Приятно встретить достойного соперника, — честно признался я, делая короткий трудный вдох перед следующим выпадом.
Слов больше не было. Не таясь, я шагнул вперёд, резко атаковал — и мы закрутились в боевом танце. Клинки столкнулись с сухим металлическим звоном и высекли искры, озаряя и так пылающее пространство краткими вспышками. Я ушёл в сторону, отражая выпад, чувствуя силу противника в каждом движении. Он действовал слаженно, без лишней суеты, каждый его удар был выверен и опасен. Мы кружили по крошащемуся от температуры бетону, проверяя друг друга на прочность, пока наши клинки со звоном скользили в воздухе, оставляя в нём искрящие вспышки при соприкосновении.
Жар становилось всё труднее терпеть. Воздух дрожал, пропитанный магией и пламенем, и всё отчётливее начинал ощущаться недостаток кислорода. Каждый мой удар встречался мощной контратакой, каждый шаг требовал предельной концентрации. Враг явно был обученным мечником и, несмотря на десяток мелких ранений, истекая кровью, продолжал хладнокровно сражаться.
Впрочем, я в свою очередь отнюдь не пытался закончить схватку в ту же секунду, а ещё это никак не сказывалось на действиях моих бесов, упорно ждущих своего момента.
Ещё через минуту, когда раны наконец начали давать о себе знать, оппонент, вынужденный постоянно отбиваться и уворачиваться от моих непрекращающихся атак, невольно подставился под неожиданный для себя удар. Сдвигаясь по кругу, он в какой-то момент оказался возле бесовки, которая, взорвавшись резким движением, тотчас воткнула под рёбра противника острый кинжал. Едва это произошло, как, скользнув сбоку, свой удар нанёс и Аластор, буквально на ходу срубивший голову нашего оппонента.
Тело грузно рухнуло на бетон, с громким шипением заливая его потоками бордовой крови.
— Так-то его бы следовало живым взять, — задумчиво проговорил я, отводя меч в сторону. Впрочем, был ли такой шанс? Против одарённого такого уровня? — Ох не знаю… — буркнул я, отвечая на собственный вопрос и оглядывая потрескавшийся бетон под ногами. Жарко, чёрт возьми.
Огонь вокруг нас в течение нескольких секунд пропал, причём так же быстро, как и здесь появился. Гореть вокруг, по сути, толком было и нечему, поэтому со смертью стихийника пришло и облегчение.
Тут же сместившись в сторону, я огляделся по сторонам. Да, бесы хорошо так порезвились от всей своей чёрной души — трупы мятежников валялись повсюду, впрочем, как и имперских солдат, которых враги нещадно губили до моего прибытия.
В этот момент позади раздался тихий гул — это открылся портал. Оттуда вышли Святогор с бойцами из моей охраны, а также Максим со Стёпой. Я тут же развеял дымку вокруг них, чтобы они могли оценить ситуацию и не стоять посреди поля боя как слепые котята.
— Да уж… Лёха, как всегда, без нас не скучает, — первым отозвался Максим, внимательно оглядевшись по сторонам и следом встречаясь со мной взглядом.
— Тут Наумова нет. Бесы докладывают, что станцию он уже захватил, — бросил я вместо ответа и приветствия.
Пока его армия сражалась здесь, безумный аристократ приказал демонам перенести его на стратегический объект. Где, судя по всему, картина нас поджидает не лучше этой.
«Мы пока не можем попасть внутрь некоторых зданий станции, господин», — раздался в голове голос Рикса. — «Они под защитой артефактов».
Глава 13
Очень скоро на военной базе не осталось ни единого живого мятежника. Мы с моими людьми в битве участия не принимали — всё было сделано руками «Тёмного легиона», как их теперь стал называть Святогор. Бесы с артефактными клинками в руках — поистине страшное оружие.
Отдельные всполохи огня всё ещё тлели в руинах, изувеченные здания, покрытые следами магии и боя, возвышались немыми свидетелями произошедшего. Воздух был донельзя насыщен тем неприятным запахом, что всегда витает в местах недавних боестолкновений, а над землёй
